Жрицы резонанса - Романчик А.В.

думая, что к ней заглянули дети Феты. Однако для детей руки были какие-то большие и крепкие, да и переместились на грудь. Вита моментально открыла глаза и перевела шокированный взгляд на… Ита.

— Как настоящая, даже запах, — выдохнул он с ошалелым выражением лица.

Движения стали более требовательными и настойчивыми. И Вита дала ему пощечину, когда он начал стягивать с неё нижнее белье. Ит замер и коснулся щеки, куда пришелся удар, словно не ожидал получить по лицу и почувствовать боль.

Наконец, Вита начала понимать, что происходило. Они в общем сне. Казалось, что две комнаты сплелись воедино из его и её воспоминаний. Одна часть представляла собой её уютную спальню, а вторая сухую комнату общежития туретов. Даже кровать выглядели соединение из жесткой койки Ита и мягкой постели Виты.

И это так же означало, что Ит каким-то образом попал в её сознание. Она так делать не умела, значит, это он как-то освоил новую для него способность или сделал это неосознанно.

Сердце тронула тревога и страх, когда Вита увидела, как он на неё посмотрел. И бежать непонятно куда и как. Дверей не наблюдалось, словно Ит отрезал саму возможность к побегу. Его пространство, его правила, его добыча.

— Остановись! — воскликнула она, метнувшись в угол, но была поймана за ногу.

Его прикосновения, тяжесть тела были почти, как настоящие и сколько не повторяла себе Вита, что это сон и надо как-то проснуться, реальность наступала жестко, а одежда рвалась, желание накатывало, словно ей передалась часть его страсти. И просьбы никакие не помогали, словно он не слышал и был опьянен самой возможностью её безнаказанно касаться.

И вот препятствий никаких не осталось, а её ноги широко раздвинули, но Ит снова замер уставившись на то, что ранее скрывало белье. Вита залилась краской стыда. Без наличия связи риеткой невозможно овладеть…

— Зубы? — выдохнул Ит с толикой брезгливости и осторожно коснулся того, что назвал зубами.

И как бы Вита не хотела оставаться закрытой и для него, но на его прикосновение тело призывно отозвалось, мол, входи, мы не против, хотя испуганное сознание кричало обратное.

— Как же я ненавижу тебя, проклятая ведьма, — отстранился Ит, так и не войдя.

— За что⁈ — пискнула Вита, отползая и прикрываясь одеялом. — Это ведь ты на меня набросился! Ты заставил меня сейчас дрожать от страха!

— Это всё твое колдовство! — заорал он. — Залезла в голову! Делаешь из меня похотливого зверя! И как я не сопротивляюсь, мне становится только хуже!

— Нет… это вы сами в себе развиваете! — гневно возразила Вита. — Первобытное, страшное и сильное! Наша магия другая! Она не превращает нас в зверей!

— Это всего лишь иллюзия, — подполз Ит к ней. — Ты — обман. Попытка меня соблазнить на полный резонанс. Вы все этого хотите. Подчинить, обезволить, привязать, сделать из нас свои игрушки.

— Тогда откажись! — толкнула его в обнаженную грудь Вита. — Обрети свободу! Возьми любую другую девушку и наша связь ослабнет навсегда! Ты станешь обычным!

— Не могу, — его рука потянулась к её бедру. — Семья на меня рассчитывает. Я должен это сделать, даже если мне не хочется, даже если мне мерзко от связи с чудовищем таким, как ты.

— Я — чудовище⁈ А тогда кто ты⁈

— Твой раб и ты пытаешь меня каждую ночь, — Ит уткнулся в её ключицу, — а сейчас и вовсе всё такое реальное, такое настоящее, словно ты реально здесь передо мной… и мне так сильно этого хочется…

— Не надо! Сдержись! — отчаянно попросила Вита, оттягивая его назад за бордовые волосы.

— Твоя метка на мне с рождения, так почему я должен сдерживаться, когда ты сводишь меня с ума⁈

— Ради Клеи… — использовала запретное оружие Вита.

Подействовало. Он отстранился, тяжело дыша.

— Ты сильный, ты выносливый, ты продержался так долго, — продолжала Вита с дрожанием в голосе, — ты сильнее искушения. Здесь должна быть она, а не я.

— Без связи с риеткой мне Клею не отдадут, — совсем поник Ит.

— Но как она отнесется к тому, что ты будешь с ней, но желать меня? — не смела даже лишний раз пошевелиться Вита. — И я не искушаю тебя, а взываю к голосу разума, прячусь. А здесь мне даже негде спрятаться, некуда бежать. Ты не оставил мне выходов.

— Но мне плохо…

Вита осторожно встала и села к нему за спину.

— Я не чудовище, — сказал она, — я не хочу тебя искушать, я хочу, чтобы ты сохранил себя. Чтобы сам выбрал, чего ты хочешь, а ты не хочешь приходить ко мне, хочешь свободы. На тебя давят, тебя принуждают. Даже девушка, которую ты любишь, пишет тебе о связи со мной.

— Она не виновата… Она тоже пленница и подчинена воле отца…

— А думаешь, я не пленница? — Вита осторожно коснулась его спины. — Ты видел. Я выбора не имею, но готова тебя отпустить. Просто тебе надо немного смелости, чтобы сказать своей семье «нет» и не придти ко мне. Сбежать в день твоего первого резонанса. Я даже покажу тебе, как это сделать.

— Я не могу! — он резко развернулся к ней.

— Сдержись! Ты сильнее этого! — едва сумела отлепить его от себя Вита.

— Но это всего лишь сон, — не останавливался Ит.

— Что будет, если ты влюбишься? — всё сильнее дрожала Вита. — В образ, в фантазию, а в реальности столкнешься с холодной презрительной стеной, которая тебя никогда не полюбит и не простит того, что в твоем сердце другая?

— Риеткам всё равно. Они любят полный контроль. Любят рабское подчинение своей воле.

— Так зачем ты пытаешься через сны разрушить этот образ? Зачем делаешь меня такой живой? Для чего?

— Я делаю из тебя Клею… — обнял её за талию Ит, крепко прижимая к себе. — Пытаюсь представить её, но всё равно вижу тебя.

— Прекрати! Ты понимаешь, что сейчас не я тебя искушаю, а ты меня⁈ — пыталась отстраниться Вита и не думать о том, что их разделяло лишь тонкое одеяло и что чувствует через ткань очертания его возбужденного тела.

— Это моя реальность. И искушение здесь ты.

Ит повалил её, навалившись всем телом, но к счастью она в ужасе