Училка. Любовь не знает границ - Алисия Лань

— Так вот какой ты бываешь, когда сбрасываешь маски, — хрипло произнес я. — Нежная и… опасная.

Мои губы накрыли ее рот — на этот раз поцелуй был глубоким, требовательным, полным невысказанной страсти. В моих глазах читалось желание.

Она медленно расстегивала мою рубашку, но пуговицы поддавались плохо. Ее пальцы едва касались моего горячего и крепкого торса, и от этих касаний хотелось сорвать эту ненужную вещь.

Я ощутил, как меня переполняют чувства от этих нежных и неуклюжих манипуляций. Дыхание стало чаще, в груди разливалась теплая волна. Я осторожно взял ее руку в свою, на мгновение задержал, затем тихо произнес:

— Ты даже не представляешь, что со мной делаешь…

Отпустив ее руку, я сорвал с себя рубашку и отбросил ее в сторону. Целуя ее сладкий рот и поглаживая спину, я искал этот дурацкий замочек, что стягивал ее платье. Найдя молнию в складках наряда, я быстро справился с ним, и тяжелое платье с шелестом упало к моим ногам, оставляя девушку в одних кружевных трусиках темно-зеленого цвета — под цвет платья, что уже валялось на полу.

Обняв любимую за талию, я прижал ее к себе. Она обхватила меня ногами и впилась жадным поцелуем в мои губы. Ее возбужденные и острые соски терлись о мою грудь, доводя до сумасшествия. Взяв себя в руки, я отнес ее в комнату и бережно усадил на широкий подоконник. Из окна открывался вид на озеро, и утреннее солнце, освещая всю ее наготу, дарило ее новому дню. Вид ее тела при свете утренних лучей был потрясающим.

— Сейчас я тобой пообедаю, не оставив без внимания ни одного блюда.

От его слов и взгляда мне хотелось съежиться, но это же и заводило меня. Чтобы не соскользнуть с подоконника, я схватилась за него обеими руками. Ноги я удобно пристроила на его бедрах и завороженно наблюдала за его действиями. Соски набухли, покалывали и требовали внимания. Он смотрел на них. Глаза его горели страстью, жаждой и чем-то еще, совсем не человеческой похотью. Он впился в грудь — сначала пальцами, а после губами, зубами...

— Ах... — я стонала и понимала, что безумно хочу этого. Я и не знала сама, на что готово мое тело. Но это действительно было нужно мне. А он с жадностью брал их поочередно своими губами и играл язычком, заставляя меня задыхаться в этих ощущениях, то обжигая горячим дыханием, то даря прохладу.

Глава 24.3

Когда он насытился «первым блюдом», его язык начал прокладывать горячую дорожку ниже, чуть прикусывая кожу на моей груди, по животу, к самому низу. Затем он взял мою ногу в свои руки и принялся разминать пальцы. О боже, какие же это были новые, ни с чем не сравнимые ощущения! Он принялся за второе блюдо… Целовал каждый пальчик, и возбуждение внутри меня нарастало, словно тысячи мелких иголочек прошли сквозь тело, направляя искры блаженства прямо к стенкам влагалища. Я перестала понимать, где нахожусь — в каком мире и какой вселенной. Я стонала, тело сводило сладкой судорогой от его ласк. А он тем временем уже прокладывал поцелуями дорожку от щиколотки выше, к колену, по внутренней стороне бедра всё выше. Отодвинув в сторону мои уже мокрые трусики, он приступил к третьему блюду…

О нет, казалось, я больше не вынесу… Голову кружило, тело стонало и требовало его целиком. А он продолжал свои мучительные игры: проводил языком по влажным складкам, то приближаясь к заветному узелку, то отдаляясь, то проникая вглубь меня. Я стонала, кричала, приподнимала бёдра и отводила их в сторону, умоляя прекратить эти сладкие пытки. Но он лишь крепче сжал мои бедра руками и продолжил играть язычком, всасывая и слегка прикусывая мой клитор. Волна внутри нарастала, закручивалась туже. Я уже не могла сдерживаться: судорога прошла по всему телу, и от собственных криков я совсем потеряла контроль…

Тишина… Где я? Мне так хорошо, что хочется остаться здесь навсегда. Что-то мягкое, влажное и такое желанное коснулось моих губ… Это были его губы. Я открыла глаза и увидела его — он смотрел на меня темными глазами, в которых пылали желание, а довольная улыбка не сходила с лица. Мне показалось, прошла вечность, но ощущение его ласк всё ещё пульсировало внутри моего тела.

Он припал к моим губам с нежностью, подхватил меня на руки, и я легко соскользнула в его объятия. Поцелуи стали требовательнее. Прижав меня к стене, он сорвал мои трусики, поднял мою ногу на своё бедро и, удерживал её одной рукой, а другой направил свой ствол к моим влажным складкам. Я чувствовала, как его головка медленно прокладывает путь вглубь, всё глубже…

— Пожалуйста! Войди в меня весь, — взмолилась я.

Но он лишь улыбнулся, глядя мне в глаза, и вдруг вышел.

— Нет, не мучай, пожалуйста! — простонала я. — Это жестоко…

— Дааа… — протянул он хрипло. — Я так долго этого ждал, чтобы наказать тебя за то, что отказывала себе в этом. — Он снова ввел головку, чувствуя, как я сжимаюсь вокруг него. — Какая ты влажная и горячая…

Он вводил всё глубже и глубже, но медленно, и я чувствовала, как стенки влагалища пульсируют, принимая его.

— Хватит мучений, дай мне его, — прошептала я с дрожью в голосе.

И тогда он вошёл резко, до конца, без остатка. Лёгкий стон сорвался с моих губ. Мы замерли, наслаждаясь этим ощущением полноты, когда мы дополнили друг друга. Влагалище пульсировало, сжимая его, принимая форму.

— О боже, какой это кайф — чувствовать тебя всего внутри… — прошептала я, прижимаясь губами к его губам. — Я больше никогда не откажусь от тебя.

Начав с медленных движений, он ускорялся с каждым мгновением. Мы двигались в унисон: я подавалась бёдрами навстречу его толчкам, а он вбивал меня в стену. В какой-то миг он выпустил мою ногу, чуть отстранился и вышел из меня.

Я подняла на него полные грусти и разочарования глаза. Он усмехнулся.

— Что, моя ненасытная девочка, совсем голодная? — спросил он ласково, с хрипотцой.

Развернув меня спиной к себе, он наклонил меня к столу, задрал одну ногу на столешницу и вошёл снова — уже резко, без игр, с силой. Я вскрикнула. Не успела опомниться, как оказалась грудью на холодной поверхности стола, прижатая его рукой за шею. Он вошёл быстро, нетерпеливо. Толчки были сильными, частыми. Это был другой секс — и