Бывшие. Папа для пуговки - Рина Фиори

– Точно? – с подозрением заглядывает ко мне в глаза.

Чувствует меня мамуля, сразу понимает, что что-то не договариваю.

– Евочка, иди в ванную, я сейчас подойду, – подталкиваю дочку в сторону совместного санузла.

Здесь даже двери нет, и это ужасно неудобно, но деваться нам пока некуда.

– Мам, – выдыхаю, чувствуя нереальную тяжесть на сердце. – Нам посоветовали сменить обстановку, – обречённо опускаю плечи и отворачиваюсь, чтобы родительница не заметила влагу в моих глазах.

– Не переживай, доченька, всё образуется, – утешает.

Касается пальцами моего предплечья, поглаживает.

– Всё наладится, – поражаюсь тому, насколько мама спокойна на этот раз.

Ей это несвойственно, обычно она паникует сильнее, чем я.

– Оливия, – неожиданно называет полным именем, – ты только не волнуйся… – явно собирается сказать что-то ещё, но не успевает.

– Здравствуй! – густой мужской бас заполняет пространство вокруг.

Этот голос я ни с каким другим не перепутаю. И, вскинув голову, понимаю, что не ошиблась.

Тимур. Он только что вышел из кухни и теперь стоит напротив меня, сложив руки в карманы стильных дорогих брюк.

Его плечи стали ещё шире. Лицо – мужественнее, а взгляд – острее.

Мы развелись, когда я уже ждала ребёнка, но муж так и не узнал об этом.

А теперь стоит напротив и сверлит меня чернотой своих глаз.

Я замираю, не зная, что и сказать.

Зато Тимур, судя по всему, настроен серьёзно.

И на этот раз сбежать от него будет гораздо сложнее…

Глава 2

– Здравствуй… – отвечаю тихим, бесцветным голосом.

С Тимура перевожу взгляд на маму и обратно.

Как он нас нашёл? Да и зачем вообще стал искать, непонятно.

Мы расстались и расставили все точки над «i», как мне тогда казалось. По крайней мере, я точно выразила всё, что было у меня на душе, а Тимур…

Макаров был против развода, но у меня не было моральных сил соглашаться на продолжение того безумия, которое творилось в нашей совместной жизни.

– А я Евочку пока обедом покормлю, – весело щебечет мама и убегает в ванную.

Спустя примерно минуту родительница за ручку выводит мою дочурку и идёт вместе с ней на кухню. Мельком замечаю, с каким любопытством и нескрываемым интересом Ева смотрит на Тимура.

На своего родного отца…

Да уж, не так я себе представляла их встречу. Когда мы развелись, я ещё была слишком наивна, поэтому надеялась в будущем утереть нос бывшему.

Мама рано отдала меня в школу, поэтому среднее образование я получила немного раньше и в двадцать один уже окончила ВУЗ. Хотела работать, но муж, с которым мы расписались, когда мне было девятнадцать, был против.

Точнее, его мама была против, которая вечно совала нос в нашу жизнь.

Я всё равно находила возможность принести в дом копейку, причём, мой вклад в семейный бюджет был на тот момент чуть ли не решающим. Но об этом потом. Куда важнее то, что после развода вместо места в какой-нибудь престижной фирме, я получила от судьбы болезненный щелчок по носу.

Купила билет и уехала к маме в село.

– Выйдем во двор, – киваю на входную дверь.

Не хочу общаться с бывшим мужем в доме при матери и дочке. Лишнее это.

– Выйдем, – скупо бросает Макаров и первым выходит на улицу.

Да уж, манерами так и блещет бывший муженёк, а точнее их полным отсутствием.

А ведь раньше какой был: на руках меня носил, осыпал комплиментами. Только комплиментами, потому что на подарки у мужа не было тогда денег.

Это после развода он поднялся, стал успешным. Миллиардером, если верить статьям в интернете.

Развился в сфере IT, получил ещё одно образование, стал известным. Сейчас у Тимура бизнес, кажется, в сфере онлайн-обучения.

А я так… Продавщица в продуктовом магазине.

В горле встаёт ком.

Может, зря я от него ушла?

Впрочем, этот вопрос я уже задавала себе не раз на протяжении минувших лет и каждый раз приходила к одному и тому же выводу: я всё сделала верно.

– Как ты нас нашёл? – всё-таки решаюсь спросить.

Усаживаюсь на старые садовые качели, которые даже под моим небольшим весом жалобно поскрипывают.

Здесь есть ещё одно место, но я специально сажусь по центру, чтобы Макарову даже в голову не пришло садиться рядом со мной.

– Я не искал, – признаётся вдруг бывший, шокируя меня своим ответом. – Мне твоя мама позвонила, – пожимает широкими плечами.

– Ч-что? – не верю своим ушам.

Может, Тимур просто пытается выкрутиться? Только зачем ему это? Ведь трусость в длинном списке недостатком бывшего мужа никогда не значилась.

– Мне позвонила твоя мать, сказала, что у тебя проблемы, и я приехал.

– Вот так просто? – в лёгких заканчивается воздух, а руки безвольными плетьми падают на деревянный каркас качелей.

– Да, а что? – смотрит на меня с вызовом.

Интересно, а что ещё ему рассказала моя мама?

Может, у неё хватило выдержки промолчать про тайну рождения моей дочурки. Не хотела бы я сейчас выслушивать от Макарова гневную тираду о том, что лишила его общения с дочерью.

Пусть считает, что Ева не от него, так мне будет проще.

– Ты ко всем бывшим по первому зову приезжаешь, если у них проблемы возникают? – язвлю в ответ.

Не знаю, что мной руководит. То ли старые обиды напоминают о себе, то ли желание хоть как-то возвыситься в глазах бывшего мужа тому виной.

В любом случае, мне нужно как можно скорее выпроводить Макарова и заниматься домом и дочерью, на пустые беседы нет времени.

– У меня одна бывшая! – рычит, раздувая ноздри, как бык.

Его ответ бьёт прямо в цель. Да, мы были первыми друг у друга, и если бы в данный момент передо мной был тот, старый добрый Тим, я бы поверила в его непорочность, но не сейчас.

Передо мной стоит шикарный мужчина, про которого, не переставая, пишут все светские блогеры и называют завидным женихом, а он утверждает, что ни с кем не встречается?

Хотя, может, это мне хочется, чтобы так всё было, может, у Тимура есть кто-то. То есть, настоящая, а не бывшая.

И почему меня, собственно, это так волнует?

– В общем, Тимур, – поднимаюсь с качелей и поправляю блузку, – у меня всё в порядке, мама просто немного переволновалась, потревожила тебя напрасно. А у тебя дела, наверное, не стоило отвлекаться. Прощай, – разворачиваюсь и иду в сторону дома.

– Стой, – хватает меня за локоть и резко разворачивает к себе. – Ты понимаешь, что я уже не тот Тимур, каким