Безжалостный союз - Айви Дэвис

Она пытается убрать руки, но он удерживает их. — Тебе, должно быть, тоже тяжело. Риккардо был твоим братом.

— Был. Но он был твоим мужем. Надеюсь, ты справишься сама. Ты все еще молода. Тебе предстояло еще много лет вынашивать детей. Жаль, что тебе придется потратить их впустую.

Я пристально смотрю на Франко. Это такие ужасные вещи — говорить такое маме. Но она не отвечает. Она просто натянуто улыбается.

Отвечает Джемма. — Какого черта ты ей это говоришь?

— Джемма, — снова ругается мама. — Не выражайся. И не надо.

— Да, — говорит Франко, отпуская мамины руки. — Не надо. Детей нужно видеть, а не слышать.

Джемма выпрямляется. — Мне шестнадцать. Уже не ребенок.

— Ммм. Ты все еще ребенок во многих отношениях. — Взгляд Франко останавливается на мне. — Но Эмилия, наконец, взрослая. Как ты себя чувствуешь?

— Я чувствую себя прекрасно, — отвечаю я.

— Хорошо. — Он бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем снова поворачивается к Джулии. — Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, позвони мне.

Мама неуверенно кивает. Франко подмигивает ей, прежде чем уйти.

— Ты в порядке? — Спрашиваю я.

— Я буду. Я должна быть.

Я смотрю на маму еще несколько секунд. Хотя то, что сказал Франко, было отвратительно, в одном он был прав. Моя мама все еще молода. Ей всего под тридцать, она родила меня, когда ей было восемнадцать. Я пока не могу представить, что стану матерью. Я чувствую, что мне еще многому нужно научиться.

Мой отец был значительно старше ее, но, казалось, это никак не повлияло на их брак. Интересно, насколько старше будет мой муж.

После того, как мы заканчиваем принимать всеобщие соболезнования, мама встает перед группой людей. — Я не могла говорить на церемонии, но... теперь я чувствую себя более способной. — Ее лицо красное от слез. Это никоим образом не умаляет ее красоты. Ее светлые волосы все еще умудряются переливаться в солнечном свете, льющемся через окно. Кажется, что ее голубые глаза сияют еще больше после всех ее слез. Мужчины в толпе очарованы ею.

— Риккардо был моим миром, — продолжает она. — Он был сильным лидером. И теперь мой сын Антонио должен взять верх. — Она жестом просит Антонио подойти и встать рядом с ней. Он как маленькая мужская версия ее, такой же бледный и белокурый. Она достает что-то из сумочки. Это кулон с волчьим гербом на нем. Герб моей семьи. Глаза Антонио загораются при виде него.

— Это папино? — спрашивает он, его голос все еще тихий и писклявый. Половое созревание еще не совсем наступило.

— Да. И теперь он твой. — Она надевает кулон ему на шею. — Будь сильным лидером, как твой отец.

Антонио выпрямляется. — Буду.

Я смотрю на толпу и замечаю, как осунулось лицо Франко, когда он наблюдает за разговором между моей матерью и братом.

Остаток дня проходит как в тумане. Какое облегчение, когда мы все наконец расходимся по домам. Но в ту минуту, когда я переступаю порог нашего особняка, я чувствую себя так, словно мне дали пощечину. Папа официально не вернется домой.

Я сбрасываю туфли и, шаркая, подхожу к дивану, плюхаясь на него. Джемма присоединяется ко мне. Антонио показывает Сесилии свой кулон, и они вдвоем шепчутся, поднимаясь по лестнице в свои комнаты.

Миа устраивается поудобнее рядом с Джулией на другом диване. Франческа нерешительно подходит к нашей маме. — Ты не могла бы помочь мне расстегнуть молнию?

Мама не отвечает.

— Мама? — Повторяет Франческа.

— Мам, — говорю я, кивая на Франческу.

Джулия моргает, и ее взгляд останавливается на Франческе. — О. Я тебя не заметила. Что тебе было нужно?

— Моя молния? — Спрашивает Франческа.

Мама вздыхает, крепче обнимая Мию. — Что? Я сейчас слишком устала, чтобы чем-то помогать.

Франческа выглядит так, словно вот-вот снова расплачется.

— Вот. — Говорю я ей. — Давай я. — Я расстегиваю молнию на спине ее платья, и она слегка кивает мне в знак благодарности, прежде чем умчаться в свою спальню. — Ты не должна игнорировать Франческу, мама.

— Я не собиралась. — Она играет с волосами Мии. — Просто она такая тихая, я даже не заметила ее сначала.

— Это потому, что ты можешь быть такой сукой по отношению к ней, — бормочет Джемма.

Мама бросает свирепый взгляд на Джемму. — С меня хватит твоего отношения, Джемма. Либо сиди здесь и молчи, либо иди в свою комнату.

Джемма так сильно закатывает глаза, на что способны только шестнадцатилетние, прежде чем встать и театрально потащиться вон из комнаты.

— Что теперь? — Спрашиваю я маму.

— А теперь пришло время поговорить о твоем браке.

Я сажусь прямее, прочищая горло. Я знала, что этот день настанет. — Хорошо.

— Мы с твоим отцом заключили брак перед его смертью. — Она начинает заплетать волосы Мии. — В тот момент, когда он узнал, что болен, он начал принимать меры, чтобы гарантировать хороший союз для дальнейшего укрепления могущества нашей семьи. Теперь, когда Риккардо нет, любой может ворваться и занять его место.

— Но Антонио...

Она перебивает меня. — Антонио всего двенадцать. Я устроила шоу, подарив ему кулон его отца, но этот кулон не защитит его. Любой из людей твоего отца может решить забрать все это себе. Мы в опасности.

Миа резко оборачивается. — Мы в опасности?

Мама вздыхает и целует ее в макушку. — Милая, иди в свою комнату. Нам с Эмилией нужно кое-что обсудить.

— Но я не хочу оставаться одна.

— Я знаю, но это взрослый разговор. Мне нужно поговорить с твоей сестрой.

Миа надувает губы, вставая.

— Я почитаю тебе сказку на ночь, — обещаю я ей. Она слегка улыбается перед уходом.

— Я просто не могу справиться со всем этим в данный момент, — говорит мама, больше себе, чем мне.

— Все в порядке. Я проверю всех после того, как мы закончим разговор. — Я все равно привыкла проверять своих братьев и сестер. В этом нет ничего нового.

Она благодарно улыбается мне. — Спасибо тебе за это.

— Итак, этот брачный союз...

— Верно. Твой отец заключил союз с человеком по имени Марко Алди. Он глава итальянской мафии в Лос-Анджелесе.

Я моргаю. — Лос-Анджелес? Никто никогда не говорил, что мне придется переехать, чтобы выйти замуж. Я не могу оставить тебя и семью.

— Я знаю. Но ты должна. — Она протягивает руку и хватает меня за руки. — Эмилия. Этот брак, который твой отец заключил для тебя. Все уже спланировано, и прямо сейчас, пока мы разговариваем, все претворяется в жизнь.

— Ты хочешь сказать... что свадьба уже запланирована?

— Да. Я купила тебе платье. Думаю,