Заперты в люксе. Босс моего жениха - Ксения Фави

и попросить забрать. Потом кто-нибудь из приближенных сотрудников увезет пиджак из отеля в офис. Там его и заберет Максим. Ничего страшного.

Хм, а что это там?..

Документы!

Лучше бы Шульгин не изображал тут из себя, а был повнимательнее. Черт… И ресепшн опять не берет трубку!

Пока дозвонюсь, пока они изволят подняться. Максим точно уедет без паспорта и прав. А может, что-то еще есть в кармане пиджака. Карты, к примеру.

Ну, не пропал бы большой босс. По первому зову доки ему быстро бы доставили. Но я решаю попробовать его догнать… В конце концов, немного сглажу ситуацию. Только ради Юры.

Накидываю свою темно-серую курточку, сую ноги в кроссовки и бегу к лифту. Наудачу приезжает быстро.

На ресепшн спрашиваю, уехал ли Шульгин. Девочки лениво говорят — только что вышел. Ура!

Окажу ему услугу. Заключим мир и, Бог даст, больше никогда не встретимся.

Территория перед отелем освещена. Тут парковка, и я кручу головой в поисках Максима. Вон… там он, кажется! Ну точно его фигура. Надел черное пальто вместо пиджака, и как будто так и надо.

Что у него в голове? Рассчитывает бизнес-схемы?

Неважно, спешу к нему. А он, говоря по телефону, вдруг направляется от машины куда-то вглубь парковой зоны. Там что-то типа аллеи.

Хорошо, я надела куртку. Куда понесло большого босса?

Максим стремительно движется вперед. Перекрикивается с кем-то по телефону. Я на автомате его преследую.

Почему не окликнула? Забыла отчество, но не настолько же он стар. Полного имени хватило бы. Но мой мозг что-то отказал после всех происшествий.

А Шульгин идет и идет, пока совсем не отходит далеко от здания отеля. Комплекс загородный, и в теплое время здесь, видимо, работает прокат велосипедов, самокатов, роликов. Территория огромная.

Сейчас же дорожки обледенели. Я кое-как держусь, чтобы не поскользнуться.

— Макс, ну прости ты меня!!!

Мужской голос звучит с истерикой. И так громко, что я замираю.

Фонари в этой части парка есть, но светят тускло. Гораздо меньше, чем поблизости с отелем. Видимо, даже такой элитный отель экономит.

Да и нет тут больше никого, кроме нас.

Нас! Снова я попала…

Присаживаюсь на корточки. Мужчины, слава Богу, не смотрят в мою сторону. А если быстро пойду назад, то могу привлечь внимание. Кутаю руки в пиджак Шульгина.

Мужчины — потому, что их там трое.

Шульгин, еще один здоровый и чуть сутулый мужик в куртке. И мелкий ростом, полноватый мужичок в чем-то белом сверху. Как будто в одной рубашке. Ну и брюках, конечно.

Максим что-то говорит этому мужику низким голосом. А тот совсем впадает в истерику.

— Прости-и-и-и меня, Шульгин! Я честно, честно так не хотел!

— А как ты хотел, гнида? — как гром раздается голос Макса. — Жизни тебе не будет теперь.

У меня стынет кровь.

— Пощади!!!

Третий мужик что-то говорит, не разберешь — бубубу. А мелкий чуть ли не заливается слезами.

Фигура Шульгина в бело-разреженном свете выглядит холодно и сурово. Босс даже не жестикулирует совсем. Руки держит в карманах.

Его человек, а здоровый явно работает на него, поднимает на ноги провинившегося. Тот хрюкает, захлебываясь соплями. Бугай же что-то достает из кармана, тянется к его голове…

Меня на инстинкте подбрасывает.

— А-а-а-а!

Я не совсем дура и не кинулась бы к ним. Просто подскочила от нервов.

Именно в этот момент подошва кроссовок меня подвела! Я лечу к ним по скользкой аллее. Вперед… Все больше набирая скорость.

— Это что за нахуй? — кажется, говорит здоровый.

— Дана?

Как меня ловят, толком не помню. Мы стукнулись друг о друга. Вместе упали. Я на что-то упругое.

Прихожу в себя, лежа сверху на Шульгине. Этот вечер может стать еще хуже?

— Ш-ш, — говорит он словно ребенку, — цела?

— Не знаю… — отвечаю честно. — Вроде.

— В груди не болит?

Он перекатывает меня на бок, распахивает мою куртку. Ощупывает рукой мои ключицы, ведет ниже… Его ладонь на моей груди!

— Максим Николаевич! — от возмущения вспоминаю его отчество.

— Хм… Дышать глубоко вы можете. И орать… Не больно при этом?

— Нет!

3

Барахтаюсь, чтобы встать на ноги. Но все равно ничего не получается, пока Шульгин сам не встает и за руку не поднимает меня.

— Спасибо… — тут до меня доходит. — Ваши документы! Они выпали у меня из рук вместе с пиджаком… Где же?

— Авдеев забрал.

Оглядываюсь по сторонам и только сейчас понимаю, что мы одни. Ни сутулого здоровяка, ни мелкого плаксы.

Чем же он так провинился?

А этот жесткий тон Шульгина… Не дам жизни! Бр-р.

— Дана, все, что тут произошло…

— Не мое дело! — перебиваю. — Раз документы у вас, я…

Я снова чуть не падаю! Этот день меня доконает.

Надо бы потребовать у Шульгина объяснений. Что здесь вообще происходило? Вдруг что-то незаконное?

А если нет, то это не мое дело. Да и… Я банально трушу.

Если он и мне жизни не даст потом? И Юре? Или я вообще не вернусь из этого парка?! Бедная моя мамочка… Дрожу.

— Вы замерзли, я провожу вас в отель. Держитесь.

Последнее слово прозвучало как приказ. А на фоне того, что я себе надумала, слушаюсь беспрекословно. Да и так реально лучше.

Беру босса жениха под руку, и он быстро уводит меня из парка.

Шульгин жесткий, словно скала. И внутренне, и внешне. Твердые мышцы чувствуются даже через рукав пальто. Боюсь я таких мужчин… И в то же время с каким-то доверием крепко держусь за его руку.

В лобби мне становится легче. Здесь тепло, людно.

Отпускаю локоть Максима, и мы просто стоим лицом друг к другу.

— Я решила, вам понадобятся документы. Хотела перехватить на парковке. Не знала, что вы… заняты, — поджимаю губы.

— У меня каждый день много дел, и они бывают разные. Насчет сегодняшнего…

— Вы не обязаны ничего говорить, — снова его прерываю, — надеюсь, ваше дело закончилось хорошо. Для всех. А я больше не буду тратить ваше время.

— Спешите к жениху?

Опять.

— Надеюсь, у вас нет к нему претензий?

— Я видел его две минуты.

— Зато со мной успели пообщаться…

Встречаюсь с ним взглядом и вижу насмешливый прищур.

— Даже если бы вам удалось меня задеть, я бы не стал отыгрываться на вашем женихе. Считаете, я настолько мстительный? Так говорит ваша педагогическая интуиция?

— Я заметила, какой вы не мстительный.

Выдыхаю. Язык мой враг.

— И хорошо.

Не понял сарказм? Или сделал вид?

Так, зачем вообще копаться в этом?!

— Прощайте, Максим Николаевич.

— Хорошего вечера, Дана.

Издевается? Уже почти