Гулящий. Отдана брату мужа - Иман Кальби

— Милена и Джаннет мне не жены… Скорее наложницы. Любовницы. Шлюшки… — усмехается он пошло, — Брюнетка и блондинка. Сочная и субтильная. Чтоб было разнообразие… Мне нравится делить с ними постель.

— Можно без подробностей?

Просто побоялась их спрашивать — делает он это одновременно или по какому-то графику, поочередно…

Тошно. Одна грязь вокруг.

Но мне нужно справиться…

Не буду ждать восьми месяцев. Свяжусь с Рамазаном, как только смогу. И так, чтобы не подставить брата.

О том, что для решение своих проблем ему пришлось бежать на время из страны, я была в курсе. Мы специально старались свести общение к нулю — чтобы меня не пасли и не пытались надавить тем самым на него, но… вот оно как все вышло…

Рома не хотел, чтобы я оставалась с Джалилом, но я убеждала его в обратном… Говорила, что он все равно мой муж… Что я… люблю его…

Врала безбожно. Но а что было делать? Они и так были на ножах. Рома и так сильно обидел семью Гусейновых, отобрав у них солидный кусок бизнеса и отвергнув невесту из их рода… Если бы я ушла — это бы была уже не просто война, а битва за смерть…

Я больше не хочу смертей. Не хочу крови. Не хочу боли.

Я хочу тишины…

Просто сбегу сама.

У меня есть образование… Несмотря на то, что Джалил все эти годы планомерно уничтожал мою самостоятельность, я найду способ выкарабкаться…

За этими мыслями даже и не заметила, как мы съехали на территорию коттеджного поселка рядом с морем.

С первого взгляда это место захватывало дух. Монументальные ворота с коваными узорами открывали путь к истинной роскоши — белоснежному дворцу, отражающемуся в зеркальной глади бескрайнего моря. Архитектура — смесь современного минимализма и восточного величия: высокие колонны, панорамные окна от пола до потолка, террасы с резными перилами, утопающие в зелени пальм и оливковых деревьев.

Перед домом — безупречный ландшафтный парк: мраморные фонтаны, шелковистый газон, дорожки, выложенные золотистым камнем, ведущие к частному пляжу с белым песком. Воздух наполнен ароматом морского бриза и цветущих жасминов.

Стоило нам заехать во двор, припарковать машину и выйти к крыльцу, на нем тут же появляются две гурии в пеньюарах, с визгом кидающиеся ему на шею.

И правда, совсем разные.

Чтобы глаз не привыкал.

Они целуют его, смеются, вешаются…

Я в шоке смотрю на происходящее.

Батыр держится снисходительно. Видно, что происходяшее его искренне забавляет.

После жарких объятий все трое переводят глаза на меня.

— Знакомьтесь, девочки. Это Диана. Он только спустилась с гор и будет прислуживать в этом доме вместо Марины, которую вы выжили общими усилиями. Сразу предупреждаю, что Диана вдова. Она набожная, скромная и неразговорчивая. А еще ей очень нужны деньги. Пожалеем бедняжку и не будем над ней глумиться, правда? — шлепает за аппетитный зад одну из красоток, которые оглядывают меня с таким презрением, что хочется врасти в землю с корнями и не переступать порога этого дома. Но выхода у меня нет.

— Здравствуйте, — говоря я тихо, понимая, что от «собачонки» ждут голоса.

Я все еще босиком. Благо, что земля тут прогретая от дневного пекла. Но ощущение, что я как Серсея Ланнистер перед толпой зевак…

— Можешь обращаться ко мне Милена Альбертовна, — говорит светлая.

— А ко мне Джаннет Магомедовна, — с важным видом добавляет вторая.

На вид она кажется стервознее и умнее. Худая.

Они младше меня.

Правда, все искусственные, как это нынче модно, но…

Чувство ошеломительного превосходства над несчастной вдовой явно зашкаливает у обеих.

— Молодцы, девочки… Для Дианы этот дом — последнее пристанище. Это последнее место, где бы ей дали приют и работу. Так что работать она будет самоотверженно.

Он снова полосует по мне злым неоднозначным взглядом.

В голове набатом мои слова, брошенные ему много лет назад.

Он не зря столько акцентов на слове «последний» делает.

«Ты будешь последним мужчиной, с которым я свяжусь, Батыр. Твой дом станет последним, куда я приду просить о помощи. Ты ничто для меня… Я презираю тебя… Лучше бы я тебя не встречала никогда…»

Вы хотели знать, какая на вкус месть мужчины?

Она горькая.

Очень-очень горькая.

Как слезы беспомощной женщины, загнанной в тупик.

Только мало кто знает, что эти слезы могут быть ядовитыми.

Даже сама эта женщина иногда до поры-до времени не знает…

Глава 4

Мой распорядок в доме Батыра предельно четкий, почти поминутный.

Он встает очень рано, занимается спортом, быстро завтракает и уезжает до самой ночи. Это радует.

В целом все не так страшно — я успела это понять за неделю.

Мальвина Магомедовна, повар на кухне у Гусейнова, очень приятная женщина в возрасте. Вопреки заветам Батыра, мы с ней можем хотя бы раз в день попить вместе чай.

Больше тут ни с кем не пообщаться. «Гурии» Батыра занимаются собой и бездельем либо ссорятся. На меня не реагируют. Садовник Анвар — молодой парень, которого я мельком видела только раз — в дом не заходит…

Короче, царство для интроверта…

— Спасибо, Мальвина Магомедовна, — убираю за собой чашку в кран, — очень вкусные сочники.

Она подкармливает меня. Говорит, я худенькая. Знала бы, что последние три дня я вообще провела без еды и воды.

— На здоровье, Дианочка. Дом большой. Сил много нужно. Ты точно справляешься?

— Дома я тоже часто занималась уборкой сама. Это помогало нервы расслабить, голову занять. Не любила приглашать…

Осекаюсь…

По легенде я простая молодая вдова с гор.

Не хочу, чтобы они знали не только то, что я была замужем за его братом. Не хочу, чтобы думали о моем достатке, чтобы что-то там себе в голове надстраивали…

Мне тут не нужны ни сплетники, ни враги…

Батыр четко дал понять, что я могу получить свободу…

А пока я добросовестно буду выполнять свою работу. Меня устраивает и перспектива отсидеться под его защитой. Как вспомню дикий взгляд Луизы, плохо становится…

Мне выделили просторную комнату с довольно удобной кроватью, аккуратную скромную форму, да и на график я не жалуюсь — с девяти до девяти… То, что нужно…

Даже время остается заниматься своим образованием.

Я врач, пусть никогда и не работала по специальности, но старалась не терять квалификацию как минимум в части учебно — научной.

Вместо ерунды читаю по вечерам работы ученых. А еще мечтаю, что наступит день, когда я смогу надеть белый халат и начать помогать людям…

— Диана! — слышу писклявый голос Джаннет. Она