Девиант - Крофт Эмери

ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «М-м, хочешь быть моей маленькой сучкой?»

Я дерзко ухмыльнулась.

МЭЙ: «А разве я уже не она?»

ЖЕСТКИЙ НАЕЗДНИК: «Пока нет, но после вечера пятницы — будешь».

Я терпеливо сидела на кровати родителей и наблюдала, как мать укладывает их вещи в уродливый коричневый чемодан для поездки с ночевкой в отель «Ривертон», что в городке Каррик.

Вау, съезд банкиров. Должно быть, дико захватывающе.

Зевок.

— Ну что, ты справишься или Таня придет?

Я подумала обо всех камерах вокруг дома и дорогой сигнализации, которая срабатывала от прикосновения перышка.

Потом я подумала о Жестком Наезднике и улыбнулась.

— Мам, я буду более чем в порядке.

Она застегнула сумку, когда в комнату вошел отец.

— Черт бы побрал...

Он сражался с узлом на затасканном шнуре от своего ноутбука. Мать спокойно забрала его и распутала.

— Я могла бы попросить Брайса остаться, но...

— Нет, мам!

Ее темно-синие глаза расширились.

Это прозвучало слишком резко, поняла я и тут же заулыбалась:

— Пожалуйста, мам, пусть остается у Декса, если хочет. Мне он тут не нужен. Только если у вас не припасены деньги на залог, чтобы выкупить меня из тюрьмы к вашему возвращению.

Отец чмокнул меня в щеку, хватая ключи от «Мерседеса».

— Пожалуйста, веди себя прилично, пока мы не вернемся. Хотя бы ради меня, милая.

Я послушно кивнула:

— Конечно, папочка, разве я не всегда так делаю?

Родители рассмеялись, и я не обиделась. Я умела вести себя прилично, когда хотела.

Может, не сегодня — но умела.

Сегодня у меня было свидание для жаркого траха, и всё, о чем я могла думать, — это встреча с Жестким Наездником.

Внутри меня всё дрожало от возбуждения.

Отец подхватил сумки, а затем мать крепко меня обняла. Я едва могла дышать.

Она была такой драматичной.

Каррик находился в получасе езды, а она вела себя так, будто они уезжают из страны.

— Звони, если я понадоблюсь, детка — по любому поводу.

Я улыбнулась:

— Обязательно, мам.

Итак, на сегодняшнюю ночь были четкие правила — Жесткий Наездник настоял на них.

Он хотел полной анонимности.

Еще в начале нашего «знакомства» я поняла, что он, вероятно, тоже из Гейтс-Фоллс.

Наш городок маленький, и я была уверена, что, возможно, знаю его, потому что он определенно знал меня. Этот факт меня не пугал, но в то же время слегка напрягал.

Итак, правила:

Правило № 1 — Я должна ждать его к 11 часам с выключенным светом во всем доме.

Правило № 2 — Камеры и сигнализация должны быть отключены.

Правило № 3 — Я должна оставаться покорной во всём, потому что он не будет со мной разговаривать.

Правило № 4 — Наша встреча — это просто анонимный секс-трах.

Всё достаточно просто.

К восьми я приняла горячий душ и надела новый сексуальный комплект белого белья.

Я позвонила Тане, чтобы убить время и немного унять тревогу.

Это была довольно рискованная затея.

А что, если Жесткий Наездник мне совсем не понравится?

Глупо так рисковать.

Но почему-то я должна была довериться своим инстинктам.

За два месяца мы много переписывались, и я знала, что он особенный. Что-то внутри подталкивало меня довести это до конца.

Время тянулось невыносимо медленно, и я едва могла дождаться.

Глава 4

Я одержимо заглядывала в щели между шторами в каждом окне дома, как только пробило одиннадцать.

Ожидание сводило меня с ума.

От Жесткого Наездника не было ни одного сообщения с прошлого вечера.

Я вернулась в спальню и стала ждать в темноте.

В 11:15 я извелась окончательно и рухнула на кровать.

Сомнения начали проедать дыры в моем идеальном плане.

А что, если это шутка, и он меня подставил?

Может, он сейчас сидит со своими друзьями и ржет надо мной!

Я вздохнула.

Надеюсь, это не так, потому что я действительно этого хотела!

СКРИП.

Я резко обернулась в полумраке комнаты, и дыхание перехватило.

— О боже.

Высокий мужчина, весь в черном и в шерстяной лыжной маске, стоял в моей комнате у закрытой двери.

Он наклонил голову и уставился на меня.

Блядь, я даже не слышала, как он вошел!

С губ сорвались бессвязные слоги:

— Ж... Жест... Жесткий Наездник?

Боже мой — я даже не знала его настоящего имени, но уже хотела с ним трахаться.

Он хмыкнул и сделал шаг ко мне.

Он не произнес ни слова, и это окончательно меня выбило из колеи.

Я отодвинулась к изголовью кровати.

Мои движения были быстрыми и нервными, сердце заходилось в яростном ритме.

Я не ожидала, что почувствую страх перед ним.

Жесткий Наездник был охуенно высоким и крупнее, чем я предполагала.

Фотографии так обманчивы.

Дыхание стало коротким и прерывистым, пока я рассматривала его черные джинсы и свитер.

— Погоди!

Я была в замешательстве.

Внезапно уверенность испарилась.

Жесткий Наездник не шевелился.

Мои глаза пробежали по его широким плечам, узкой талии и вернулись к скрытому лицу.

Его рука в перчатке скользнула к штанам, и он приспустил их — ровно настолько, чтобы его огромный член триумфально выскочил наружу.

Я шумно вдохнула.

Он обхватил его и провел рукой по впечатляющей длине.

Я наблюдала, как он становится восхитительно твердым. Волна жаркого желания прошила мое тело.

О боже, а мальчик-то крупный!

Должно быть, он понял, что я напугана, потому что у меня не было возможности опознать в нем Жесткого Наездника, и свободной рукой он слегка приподнял свой черный свитер. Я мельком увидела татуировку змеи на его левом боку, и внизу живота запорхали бабочки.

Это он!

Сердце загрохотало, когда он подошел к кровати и притянул меня к себе.

Его пряный аромат заполнил все мои чувства.

Вокруг стояла тишина, нарушаемая только моим тяжелым дыханием и тиканьем гигантских часов в прихожей.

— Я... э-э...

Его кожаные перчатки были прохладными на моей коже.

Он развернул меня спиной к себе.

Я почувствовала нежное прикосновение кашемировой ткани, которую он плотно завязал у меня на глазах.

— Эй!

Пульс взлетел до небес.

— Ты не говорил, что будет повязка на глазах!

Тем не менее он затянул её покрепче и снова развернул меня к себе лицом.

А потом — тишина.

Я постаралась успокоить рваное дыхание. Я чувствовала себя уязвимой. Но это была игра, и я согласилась на правила.

Мои руки оставались по швам, пальцы сжаты в кулаки. Я должна быть покорной.

Это значит — он главный.