Капкан паучьей лилии - Лили Крайн

На заднем дворе царил своеобразный предпраздничный хаос, довольно непривычный для верхних слоёв общества: дети носились по лужайкам, женщины сновали с подносами и тарелками, несколько мужчин занимались установкой навеса. Сонни придерживался современных взглядов на быт, выступал против расовой дискриминации и за равенство полов, поэтому такое классическое консерваторское проявление в разделениях обязанностей ему не очень понравилось. Он поморщился, но вышел через раскрытую нараспашку дверь, думая о том, что был прав в разговоре с Патриком — они приехали слишком рано.

К нему тут же засеменила рослая, несколько крупная женщина с высокой причёской. В тёмных волосах, несмотря на явно тщательную укладку, просматривались седые пряди, а на руках, словно в противовес повязанному фартуку в голубых цветочках, виднелись крупные перстни. Она широко ему улыбнулась:

— Вы, наверное, мистер Хейтс? Очень похожи по описанию. Так это о вас говорил Эльдар, как об очень талантливом и успешном молодом человеке? — и подмигнула ему.

Неприятное предчувствие холодом отозвалось в позвоночнике Сонни. Каким же образом студии удалось впихнуть его на это торжество счастливого традиционного брака? Здесь мог быть лишь один вариант: его представили как возможного жениха. Хотя нет, не представили — подставили. Сонни удержал спокойное выражение лица, улыбаясь в ответ.

— Миссис Мазе, если я не ошибаюсь. — И даже склонился, чтобы поцеловать её руку. Нежелание принимать консерватизм — одно, а вот хорошее воспитание, которое он получал во вполне себе традиционных заведениях никуда не делось. — Очень рад познакомиться, от всей души вас поздравляю.

Женщина звучно засмеялась, махнула только что поцелованной рукой и подхватила его под локоть.

— Вы уже мне нравитесь. Хорошие манеры — залог хорошего будущего, но у нас тут так не принято. Зовите меня Тойба. Вас ведь Сонни зовут, верно? — и тут же отвлеклась, обращаясь к кому-то в стороне. — Эй, Файгель, не трогай! Я всё вижу! — затем повернулась обратно. — Вы пришли в самый разгар, Сонни!

Уточнять, в разгар чего, он не решился. Только собирался ответить, как Тойба снова отвлеклась.

— Рэд, принеси мальчику попить, давай-давай! — Она буквально оттащила его в сторону, заставляя опуститься на один из стульев, которые ещё не успели расставить возле столов. — Вы пока отдыхайте, Рэд принесёт вам чего-нибудь. Отдыхайте-отдыхайте! — прикрикнула, увидев, что он собирается подняться. — Силы вам сегодня понадобятся.

Сонни снова улыбнулся, кивая и опускаясь на место. От этой кутерьмы голова шла кругом, он совсем не привык к подобному. С самого детства родители прививали ему определённую культуру и манеру поведения на различных мероприятиях — сказывалось их высокое положение и огромные суммы на банковских счетах — но вот на таких ему не доводилось бывать никогда.

Словно из ниоткуда перед глазами возник высокий бокал с насыщенного жёлтого цвета жидкостью, и глухой глубокий голос произнёс:

— Аран.

— Что? — Сонни машинально принял бокал и поднял взгляд на говорившего.

— Я говорю, это — аран, традиционный ликер, — улыбнулась ему незнакомка. — Меня зовут Рэд.

Кровавая женщина. Женщина в красном. Рэд. Сонни судорожно отхлебнул из стакана, стараясь скрыть накатившее волнение. Нет. Просто совпадение. Странное имя и не более того.

— Сонни. — Он не знал, как лучше и правильнее её поприветствовать. Рэд, будто ощутив его замешательство, протянула руку.

Он с облегчением пожал хрупкую ладонь, отмечая, что та буквально утонула в его руке. Такая маленькая, как у ребёнка. Рэд заправила прядь коротких чёрных, как смоль, волос за ухо — слишком чёрных, чтобы цвет был настоящим — и склонила немного голову, наблюдая за ним.

— Впервые на таких мероприятиях, да?

— Вы о праздновании годовщины? — уклонился Сонни от ответа.

Она усмехнулась, явно раскусив задумку.

— Поверьте, не всё так плохо, как кажется. — Откуда-то из дома донеслось громкое «Рэд!», и она встрепенулась. — Постарайтесь расслабиться, всё будет хорошо.

Так же внезапно, как и появилась, Рэд исчезла в дверном проёме. Сонни стало интересно, с чего она вдруг решила, что он вообще напрягается. Хотя так оно и было, но внешне это точно никак не проявлялось. Сделав ещё один глоток арана, он чуть было не поперхнулся — слишком сладко. А хаос тем временем набирал обороты: столы были разложены, навес поднят, гирлянды включены и даже расчищена небольшая площадка для танцев. Несколько мужчин начали расставлять стулья, а женщины с ещё большим воодушевлением занялись оформлением столов.

Сонни поднялся, отходя немного в сторону и наблюдая за происходящим, когда к нему подошёл Патрик.

— Ну как? — Не терпелось Сонни. — Когда должна будет прибыть эта де Лирио?

— Не знаю. — Тот поморщился. — Но не волнуйся. Я поговорил с Мазе, он нас представит.

Сонни кивнул. Его взгляд зацепился за тонкую фигуру в белом шифоновом платье с крупными зелёными цветами до колен. Женщина в цветах… Он встряхнул головой, но снова принялся выискивать её глазами. Чёрные волосы, едва достигающие подбородка, убраны за уши, открывая высокий лоб, не скрытый чёлкой, круглую форму лица, маленький нос и губы, и непропорционально большие глаза насыщенного зелёного цвета. Ни намёка на значение её имени. Рэд — Красный.

Наблюдая за этой невысокой женщиной, едва достигающей ему до плеч, Сонни думал о том, как устроена вселенная. Откуда вообще взяться таким совпадениям? Или он просто видит символы там, где их нет? От раздумий снова отвлёк Патрик. Не спрашивая, он потянул Сонни знакомиться с прибывающими гостями, число которых уже перевалило за двадцать персон. Как оказалось, не зря — разношёрстность компании просто поражала. Собравшись с силами, Сонни влился в колею, включая свой «актёрский режим». Где-то здесь среди этой толпы скоро появится та, ради которой всё и было затеяно. И он не собирался упускать своего шанса.

Серия 4

— Ещё один танец — и я умру, — жаловался Патрик, обмахиваясь бумажной салфеткой.

Сонни хмыкнул неопределённо и постарался сжаться, чтобы его тоже не увлекли в этот безумный хоровод. Он своё отстрадал: трижды выходил на общие танцы и дважды танцевал с хозяйкой вечера, которая всё время пыталась выяснить, какие ему девушки нравятся, а затем и вовсе плюнула на условности, начав рассказывать о любимой племяннице. Но, судя по всему, он был единственным из присутствующих, кому эти танцы не были по душе. Вон та же Рэд весь вечер вертелась на танцполе, как ни в чём не бывало, а к той песне, что звучала сейчас, и вовсе скинула обувь, пустившись в пляс босиком. Но что ещё больше омрачало его состояние — отсутствие де Лирио. Их так и не представили.

Он напряжённо вглядывался в гостей, стараясь понять, кто же из них — де Лирио. С