Красавец и чудовищ...ная ведьма - Татьяна Антоник

Мне было легче, чем сестренке. Она тоже была магом, но менее одаренным, чем я. Мне достался шикарный дар, умение, которое я всячески культивировала, взращивала в себе. Впервые я его почувствовала на несостоявшейся свадьбе.

Дотронувшись ладонью до жениха, я в слезах бросила, чтобы он ушел. И он ушел. Ошалев, я в тот день коснулась всех гостей и стражников, чтобы они убрались куда глаза глядят. Как я изумилась, когда они меня послушались. Это было своеобразным проявлением менталистики. Мысли чужие я не читала, но заставить что-то делать могла.

Позже я натренировалась до такой степени, что мои приказы выполнялись беспрекословно. И на такое количество времени, которое я укажу.

Я могла бы жить припеваючи, ничего и никого не бояться, но я знала, что когда-нибудь за мной явится ОН.

Он — это дракон, который неосторожно меня приютил во время побега. Сыграл со мной в шахматы, попросил свой приз и пострадал от руки моей, не в меру ретивой, подруги. Я узнала, что он дракон позже, обнаружив у себя на лопатке метку истинности.

Помню все, как вчера.

— Нам капец, нам капец, — взрывался Крис, взъерошивая непокорные волосы. — Ты не могла сделать так, чтобы крылатый тебе не касался? Он же дознаватель.

— Метка, значит, — шмыгнула я носом, — и пусть.

— Это не пусть, — возмущенно задохнулась Маргарита, — драконы могут почувствовать истинных, когда ты окажешься вблизи. И что нам делать? Ты ведь не хотела замуж.

— Тем лучше, — любовалась я рисунком в виде виноградной лозы, — при всем желании, мне уже не выйти замуж. А тот бедолага, и сам не захочет. На кой ему невеста, которая его провела. Гордость драконов всем известна.

— Зря ты так, — не верила в меня Мэгги, — рано или поздно все вскроется.

В общем, своеобразную прививку от замужества я получила. И не могу сказать, что наличие метки истинности меня расстраивало. Прошло не меньше четырех лет, а тот дракон не объявился.

— Мэгги, — позвала подругу, — Мэгги, кто у нас сегодня по записи?

Наше дело процветало. Получив передышку, осознав, в чем мы лучшие, мы условились с моей наперсницей, чем именно хотим заниматься. У нас идеально выходило избавляться от неугодных женихов. Кто-кто, а «Несчастливая Вив» понимала в этом толк.

И клиентов набралось немало. Тяжело объяснить, как много томилось аристократок, переживавших из-за свадьбы. Девушки мечтали о лучшей жизни, об истинной любви, о великих чувствах, а семья подсовывала им не любимых, но выгодных. Естественно, мы разбогатели.

А уж если учесть мой дар, заставлявший терять разум всех, к кому я прикасалась...

Маргарита у нас отвечала за информационный шум. Статная, очень красивая, умеющая флиртовать и заручавшаяся мгновенным доверием у невест, она с легкостью находила новых клиентов. Еще нам помогал служка-Крис, умеющий взламывать самые хитроумные замки. Впрочем, подобное требовалось редко.

Все организовывала, так сказать, креативила по большей части я. Но друзья мне лихо помогали.

— Леди Найтветт, — лениво отвечала девушка. — Ты читала ее дело?

— Минуту...

Визит мачехи выбил из колеи. Стыдно признаться, что о леди Найтветт я запамятовала. Вроде робкая брюнетка с дрожащими губами.

— Не ищи, — отмахнулась Мэгги. — Скорее всего, ничего не найдешь. Она не хочет избавляться от жениха, напротив, она жаждет свадьбы.

— А зачем же заявилась к нам? — щелкнула я удивленно челюстью.

— Потому что бывший ухажер ее третирует. Глупышка писала тому страстные письма, но встретив ненаглядного, образумилась.

— Получается, — насторожилась, — у нас шантаж, вымогательство и запугивание?

В логику я умела.

— Угу, — хмыкнул неподалеку Крис.

— Моя любимая комбинация, — удовлетворенно поправила ожерелье на шее. — В котором часу она заявится?

Оказалось, что совсем скоро. Буквально через несколько минут в нашу гостиную вошла дрожащая девушка, не выпускавшая из пальцев белоснежный платок. Она то и дело прикладывала его к глазам и горько всхлипывала.

— Вот подлец!

— И будет сурово наказан, — пообещала ей. — Вы можете обозначить точнее, где искать письма?

— Он хранит их в кабинете отца, в сейфе, — шмыгнула она носом.

— А имя его назовете?

Лучше бы не спрашивала.

Девица огляделась по сторонам, словно искала шпионов, которые ее преследуют. Удостоверившись, что мы одни, и что нас никто не подслушает, она сказала, как зовут утырка-шантажиста. Я возмущенно затрясла головой.

Иногда у меня складывалось мнение, что чем богаче, чем выше семья по положению, тем хуже молодые люди, которые произошли из этой семьи.

Дело явно усложнялось, ведь шантажист не простой мальчик, он сын одного из важных чиновников.

— Они на этой неделе дают бал, — затряслась клиентка. — Он будет гулять и развлекаться, а я дрожать от страха.

— Подлец, — согласилась с ней. — Когда бал?

Незаметно щелкнула пальцами, чтобы Мэгги все записала и добыла приглашения. Подруга понимающе кивнула.

Задаток от юной леди мы получили, проводили ее до дверей и принялись активно обсуждать, как разберемся с новым заданием.

— А что здесь думать? — закатил глаза Крис. — Я проберусь в дом и взломаю сейф.

— А если письмо не там? Что тогда будешь делать?

— Тогда пусть эта дурочка думает, что будет делать. Их матери, вообще воспитывают? — возмущался юноша. — Не предупреждали, что переписываться с мужчинами опасно.

— Цыц, — щелкнула по лбу отличного, доброго, но не самого умного парня. — Если письма там нет, то пригожусь я и Мэгги. Пофлиртуем, отвлечем...

— Я прямо чувствую какой-то подвох, — хмурился наш взломщик.

Но лучшего плана не было.

Маргарет на следующий день махала красивыми конвертами, выписанными на наши имена. Всегда поражалась, как ей это удается.

В светском обществе мы обе были париями. Она бывшая служанка и танцовщица, а я «несчастливая» Вив, распугавшая всех женихов. Нас не хотели звать примерно никогда, но если Мэгги вознамерилась куда-то прийти, то ее ничего не остановит. Вот и сейчас мы спорили, какие наряды нам надеть, какие прически заплести, куда засунуть нож, и почему в удобных ботинках на бал нельзя.

* * *

Через несколько дней я вместе с Мэгги вошла в бальный зал городского дома маркиза Торпа. Где-то внутри уже прятался Крис, выдавая себя за лакея и официанта. Слышалась музыка, тихий рокот множества голосов, звон бокалов и охи-ахи наряженных дам.

Едва мы перешагнули за порог, как злая леди Торп нервно толкнула мужа. Наше появление ее возмутило, а наличие приглашений ошарашило. И как, наверное, для нее ужасно, что выставить ни меня, ни Мэгги она не могла, иначе оскандалится на ровном месте.

— Доброго вечера, леди Андерсон, вы с подругой, — назвать Маргариту леди у старого хрыча язык не повернулся.

А ведь он ее узнал.

— А мы-то