Феечка - подарок к новому году - Надежда Новикова

Раздавшийся звонок домофона заставил меня вздрогнуть. Никого не ждали. Но Оля, словно кошка, сорвалась с места и, опередив меня, нажала кнопку, не спросив, кто там. Через минуту в дверь позвонили. Она снова открыла первой. На пороге стояла Анжела, секретарь Юры. В руках у нее была папка.

— Здравствуйте, Ольга Ивановна, — девушка нервно улыбнулась. — А эти документы... они подписаны? — Тут ее взгляд упал на меня, и ее лицо перекосилось от испуга. — Лена! Ой, то есть, Елена... здравствуйте! — Она заерзала на месте, словно школьница, пойманная за подсказкой.

Я застыла, пытаясь осмыслить картину. Секретарь моего мужа, знающая Ольгу по имени-отчеству, приносит документы ей, а не Юре? В наш дом, в выходной день?

Глава 4

Роман участвует в литмобе «Снегурочки такие разные»

Каждая Снегурочка — уникальна, как узор на зимнем стекле! И именно эта неповторимость позволит им создать самые необыкновенные новогодние праздники в своих мирах. Объединяет Снегурочек одна магия — магия предвкушения чуда

https:// /shrt/2qBG

❆ ❆ ❆

Там, где они — всегда праздник!

Глава 5

Оля

Анжела, не дожидаясь вопросов, выхватила из папки, которую держала Оля, несколько листов и, пробормотав «Все, спасибо, до свидания!», пулей вылетела в подъезд.

Ольга медленно закрыла дверь и повернулась ко мне. Ее лицо снова ничего не выражало.

— Рабочие моменты, — равнодушно бросила она. — Иногда нужно срочно подписать бумаги.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. В горле стоял ком. Мне нужно было уже собираться за Дашей, но ноги не слушались. Оставить спящего мужа наедине с этой женщиной, в квартире, где пахло чужими духами и тайнами, стало вдруг непросто.

Я чувствовала себя не хозяйкой, а гостьей в собственном доме, затерявшейся в лабиринте чужой, хорошо спланированной игры.

Я зашла в спальню, двигаясь, как автомат. Юра по-прежнему спал, повернувшись к стене. Посмотрела на его спину, на знакомый контур плеч и он показался мне чужим, почти враждебным.

Тихий голосок внутри нашептывал: «Она знает секретаря. Она отдает ему распоряжения. Она здесь главная».

Мне нужно было уже бежать. Выбраться из этой удушливой атмосферы. Чтобы обдумать все, что-то тут было не так. И я засобиралась в детский сад, к Даше, к ее простому и ясному миру.

— Я еду за дочерью, — громко, почти с вызовом, сказала я в тишину комнаты. Юра не шевельнулся.

На кухне Оля, доедая бутерброд, смотрела в окно.

— Хорошо, — бросила она через плечо, не оборачиваясь. — Мы с Юрой тут пока разберем кое-какие вопросы.

«Какие вопросы?» — хотелось крикнуть мне. Но я сжала зубы и, схватив ключи и сумку, вышла из квартиры. Дверь закрылась за мной с глухим щелчком, словно захлопнулась клетка.

На улице я прислонилась к холодной стене подъезда, глотая ртом морозный воздух. Сердце колотилось где-то в горле. Я закрыла глаза, и передо мной встали картины: Оля с документами, испуганное лицо Анжелы, ее почтительный тон... «Ольга Ивановна».

Было ощущение, что я в паутине, которую сплели вокруг меня мой муж и его сестра?

Я посмотрела на часы. До закрытия садика оставалось полчаса. Мне нужно было срочно забрать свою дочь, прижать ее к себе, почувствовать ее тепло.

Я почти побежала к машине, ощущая, как трещина, прошедшая утром по моему сердцу, трещит и разрастается. И в голове звенел один-единственный вопрос: что еще они от меня скрывают?

Мы вернулись с дочкой, я тихо закрыла дверь, стараясь не шуметь, и скинула пальто в прихожей. Раздела Дашу, она была какая-то вялая и молчаливая.

В квартире царила звенящая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов. «Спит еще», — с облегчением подумала я и на цыпочках направилась в спальню.

Дверь была приоткрыта. Дочь прошмыгнула в комнату первая. Я заглянула внутрь и застыла на пороге.

Кровать была пуста. Одеяло смято, подушка сохранила вмятину от головы, но самого Юры в комнате не было.

Сердце дрогнуло и упало куда-то в пятки. Я обернулась, скользнув взглядом по пустой гостиной, и тут мой слух уловил приглушенный голос из комнаты Даши. Тот самый голос, бархатный и сладкий, что я слышала прошлой ночью.

… Оля?

Я подошла ближе, не в силах пошевелиться, прилипнув к косяку двери. В щель была видна часть комнаты. Юра стоял у окна, спиной ко мне, в одних спортивных штатах. Его плечи были напряжены.

—...понимаешь, это было глупо, надо было меня разбудить— говорил он, и в его голосе слышалась несвойственная ему подобострастная нотка. — Но она ничего не поняла? А Анжела? Думает...

Тихий, насмешливый смех Оли и ее слова:

— Конечно, ничего не поняла. Она же у тебя простушка, домашняя. Такие редко что-то замечают. Хотя я считаю, что вопрос нужно решать кардинально… я не собираюсь так жить в твоем курятнике.

Глава 6

Лена

От этих слов у меня перехватило дыхание. «Простушка. Домашняя. Курятник». Каждое слово впивалось в сердце, как раскаленная игла. Я прижала ладонь ко рту, чтобы не вскрикнуть.

— Ну ты сама пожелала…, — пробормотал Юра, но прозвучало это неубедительно, почти жалостливо.

— Как скажешь, — парировала его сестра. — А теперь иди, оденься. А то твоя курица уже скоро вернется.

Тут я не выдержала. Я толкнула дверь, и она с глухим стуком ударилась о стену. Они оба резко обернулись. На лице Юры расцвел настоящий ужас. Оля же, небрежно развалившаяся на диване моей дочки, лишь подняла бровь, и в ее глазах вспыхнул холодный, торжествующий огонек.

— О, Лена, ты уже вернулась, — произнесла она, растягивая слова. — А мы тут с твоим мужем бизнес-план на следующий год обсуждаем. Домашний, так сказать.

Я не смотрела на нее. Я смотрела на Юру. На моего мужа, который стоял там, в пижамных штанах, в комнате нашей маленькой дочери, и не мог вымолвить ни слова. И в этот момент в груди что-то надломилось.

— Выйди, — тихо сказала я ему. Голос звучал чужим и плоским.

Развернувшись, я пошла на кухню, не оглядываясь. Следом донеслись торопливые шаги и приглушенный шепот. А потом я услышала:

— Лена, мне нужно проводить Олю по магазинам. Мы спешим, ведь нужно вернуться до твоего корпоратива. Я пошел одеваться, — и он ушел.

А через некоторое время, хлопнула дверь, я подошла к окну и увидела, как Юра и Ольга садятся в машину. Оля что-то весело говорила, запрокинув голову.

Я осталась одна. В тихой, пустой квартире, где на столе лежал конверт с премией, которая еще утром казалась символом общего счастья и новой, лучшей жизни.