Дьявол - Мишель Хёрд

Честно говоря, я бы с радостью переехала во Флориду, чтобы быть ближе к ним, но тогда они сразу увидят, в каком я состоянии. Легко притворяться всякий раз, когда они звонят, но если мы будем жить вместе, они быстро поймут, что я уже не та женщина, которую они воспитали.

— Привет, Дженна. — Мистер Кахун выходит из-за прилавка, натягивая куртку. — Распакуй коробки, которые пришли сегодня.

Сгорбившись, я киваю и быстро проскакиваю мимо него, чтобы занять место за прилавком.

— Увидимся в пять утра, — говорит мой босс и, не дожидаясь моего ответа, выходит из магазина, направляясь в сторону автомастерской.

Я достаю из рюкзака бейджик и быстро надеваю его. Приступая к работе, я нажимаю кнопку на кассе, и когда ящик открывается, пересчитываю долларовые купюры и монеты. С недостачей мне сталкиваться не приходилось, но по привычке я все равно проверяю, сколько денег есть в кассе.

К первой заправочной колонке подъезжает машина, и я резко вскидываю голову. Я наблюдаю, как Мюриэль заливает бензин, и, ожидая, когда она зайдет в магазин, достаю ее любимую марку сигарет. Она постоянная клиентка и всегда заезжает сюда по дороге домой.

Заправив машину, она забегает в магазин и кладет на прилавок точную сумму наличных. Схватив пачку сигарет, она устало улыбается мне.

— Спасибо, Дженна. Увидимся завтра.

Ничего не говоря, я вяло машу ей рукой, после чего направляюсь к трем коробкам, сложенным у стены.

Чем быстрее я все распакую, тем скорее смогу продолжить просмотр дорамы, которую начала сегодня днем.

Моя жизнь жалка. Все, что я делаю, – это смотрю дорамы, ем, сплю и работаю.

Когда-то у меня были большие мечты. Я хотела стать успешной бизнес-леди в Нью-Йорке, добиться славы в Лос-Анджелесе и даже путешествовать по всему миру.

Но все эти мечты умерли за неделю до того, как мои мама и тетя переехали во Флориду.

К счастью, мама и тетя Шерри крепко спят, когда я пробираюсь в дом.

Я иду прямиком в ванную и снимаю с себя порванную одежду. Открыв кран в душе, я встаю под холодные струи, вздрогнув от резкого холода.

Все мое тело ужасно болит, и мне кажется будто меня разорвали изнутри.

Я все еще чувствую их руки на своей коже. Чувствую их внутри себя.

Я прикрываю рот руками, пытаясь заглушить любые звуки, и опускаюсь на пол. Сжавшись в комочек, я начинаю тихо плакать.

Ужас того, что со мной сделали четверо мужчин, не отпускает меня. Волны отвращения и стыда накатывают одна за другой.

Эти люди угрожали убить меня и моих близких, если я хоть словом обмолвлюсь о том, что они со мной сделали.

Как мне скрыть это от мамы и тети Шерри?

Я могу сказать им, что упала с велосипеда. Это объяснит все мои синяки.

О Боже.

Всхлипы вырываются из меня, когда я плачу, не в силах справиться с шоком и болью от группового изнасилования, которое мне пришлось пережить.

Я изо всех сил трясу головой, чтобы избавиться от воспоминаний, и заставляю себя сосредоточиться на распаковке одной из коробок, набитой различными пачками чипсов.

Расставляя товар на полках, я думаю о дораме, которую сейчас смотрю. Она о женщине, живущей в сельской местности в дружной общине.

Так было и со мной до нападения. Я ладила со всеми в городе. Я была счастлива.

Но после той ночи люди начали считать меня слишком странной. Теперь большая часть города игнорирует меня, а на Хэллоуин дети подначивают друг друга постучать в мою дверь.

Вдалеке я слышу рев мотоциклов, и мое тело тут же покрывается холодным потом.

Резко вскочив на ноги, я пугаюсь еще больше, когда в магазин заходит мужчина.

В отличие от остальных посетителей, он одет в безупречный костюм-тройку. Такие костюмы часто носят герои моих дорам.

Его темно-каштановые волосы аккуратно уложены, а лицо словно сошло с экрана фильма.

Он похож на актера. Или, может быть, на какого-нибудь городского миллионера.

Затем он переводит взгляд на меня, и у меня по спине пробегает ледяной холодок. В его карих глазах плещется что-то похожее на гнев и опасность.

Мужчина останавливается и смотрит на меня, как на приведение, и меня охватывает жуткое стеснение.

Мое лицо заливается ярким румянцем, и я низко опускаю голову, быстро возвращаясь к прилавку, как будто он сможет защитить меня.

— Вы продаете кофе? — Его голос звучит как раскат грома, и я вздрагиваю. Я также улавливаю акцент, но моих знаний о мире и культурах недостаточно, чтобы понять, откуда он родом.

Я быстро указываю на кофемашину, все еще не поднимая головы, в то время как все мои чувства сосредоточены на незнакомце.

Клянусь, я чувствую, как сам воздух вибрирует, когда он движется по маленькому магазинчику, а когда он ставит на прилавок дымящуюся чашку кофе, мое тело снова вздрагивает.

Дрожащей рукой я быстро пробиваю покупку, а затем указываю на экран, где отображается сумма к оплате.

Когда он достает черную карту из бумажника, я быстро подготавливаю аппарат к оплате. После успешного завершения операции я нажимаю кнопку для печати чека. Обычно люди говорят мне выбросить его, но когда я протягиваю чек мужчине, он удивляет меня, беря клочок бумаги. Наши пальцы соприкасаются на долю секунды, и по моей руке пробегает искра.

Быстро отдернув ее, я смотрю на его лицо. Когда наши взгляды пересекаются, кажется, что из магазина выкачали весь воздух.

Обычно я всячески избегаю смотреть людям в глаза, но его взгляд притягивает меня, лишая возможности и отвернуться.

Этот мужчина почти на две головы выше меня и выглядит очень внушительно. От него исходит какая-то странная аура, от которой мне становится не по себе.

— Tão Linda, — бормочет он, а затем берет свой кофе и выходит из магазина, направляясь к припаркованному черному внедорожнику.

— Меня зовут не Линда, — бормочу я себе под нос, пожирая глазами его широкие плечи и то, как хорошо костюм сидит на его мускулистом теле.

Плюхнувшись на потертое кожаное сиденье табурета, я продолжаю наблюдать, как этот красавец забирается во внедорожник.

Что ж, в Ороре такое не часто увидишь.

Он, наверное, проездом в городе, потому что мужчины, подобные ему, в этих краях – большая редкость.

И слава богу. Мне кажется, он приносит одни неприятности. А их у меня было столько, что