Меняя правила - Анастасия Уайт

— Будем надеяться. — ее едва слышный шепот проходит сквозь меня и застревает в груди.

На поверхности Белла и Одри ладят. Но если присмотреться, трещины видны. Одри делала комментарии, думая, что я не слышу, и это увеличило пропасть между нами.

Говорила, что моя девушка — причина всей ненависти, которая обрушилась на меня после того, как наши отношения стали публичными. Что Белла такая же эгоистичная и испорченная, как ее бывший Миллер. Я не позволю никому, даже сестре, ранить мою девушку, поэтому мне нужно придумать, как изменить ситуацию между ними.

Отстраняюсь и пью ее взглядом. Боже, она прекрасна.

— Как насчет ванны перед сном?

На ее губах расцветает улыбка, глаза теплеют.

— Звучит прекрасно.

Одним движением поднимаю ее и направляюсь в ванную. Место, которое связало нас. Место, наполненное нами и нашей любовью. Место, где я не могу перестать поклоняться ее телу.

Потому что она заслуживает именно этого.

ГЛАВА 2

ОНА ЗНАЛА

БЕЛЛА

Год и четыре месяца назад

Апрель

— С днём рождения, Иззи!

Едва я открываю дверь, как Мэг буквально набрасывается на меня, чуть не сбивая с ног.

— Люблю тебя, люблю, люблю!

— Я… тебя… тоже… — бормочу я, пытаясь перевести дух. Её объятия душат.

Наконец она отпускает меня, отстраняется, и на её губах расплывается нежная улыбка.

— Ты такая красивая, именинница.

— Спасибо, — тихо отвечаю я, сердце тает, пока я втягиваю её в дом. — Я так рада, что ты пришла.

Она смеётся, снимая обувь.

— Ты моя лучшая подруга. Где же мне ещё быть?

Мы с Ксандером провели утро вместе, но он фанатично поддерживает форму в межсезонье, так что, когда Дрю и Марко настояли на встрече в спортзале, он согласился.

Это значит, что у нас с Мэг есть несколько часов только для себя. Не могу сказать, что мне это не нравится. Спокойный день рождения с лучшей подругой — именно то, что мне нужно. С парнем мы отпразднуем позже… в спальне. У меня в этом году особое желание.

— Чем займёмся? — спрашивает она, морща нос. — В прошлый раз ты была так загадочна.

— Я заказала пиццу, купила две бутылки вина, — ухмыляюсь я. — И будем смотреть наши любимые фильмы.

— «Дьявол носит Prada»? — Она приподнимает бровь, глаза сверкают.

Я киваю.

— И, если успеем… — нарочно затягиваю паузу, — потом посмотрим…

— О, не говори — хочу сама угадать! — Она прикусывает нижнюю губу. — «Супер Кайф»?

— Да, — подтверждаю я, и она взрывается смехом.

Через два часа непрерывного хихиканья, воспоминаний, охватывающих целую жизнь, и бутылки с половиной вина мы с Мэг изрядно под хмельком.

Я без умолку тараторю об отпуске, который мы с Ксандером возьмём через две недели. Мы ещё не решили, куда поедем, но, честно говоря, это неважно. Просто хотим сбежать из Бостона и от наших семей. Май кажется подходящим временем.

— Сестра Ксандера уже вернулась? — спрашивает Мэг.

— Да, они здесь уже неделю. — Делаю глоток вина, прячась за бокалом, стараясь не замечать тяжесть в груди.

— И? — Она сжимает губы, приподнимая обе брови, явно уловив перемену в моём настроении.

Вздыхаю, ставлю бокал на стол.

— И ничего.

— Что случилось? — Мэг разворачивается на диване, чтобы смотреть на меня. — Только что я не могла заткнуть тебя ни на секунду, а теперь ты закрываешься. Почему?

Пожимаю плечами, проводя рукой по голове Мило.

— Они сняли дом в пятнадцати минутах отсюда.

— Разве это плохо?

Тяжесть нарастает, становится трудно дышать.

— Не знаю. — Полин поздравила меня с днём рождения, как и Грег. Они пригласили нас с Ксандером на ужин на следующей неделе. Райан тоже прислал поздравление, а Одри… — Она меня недолюбливает, — говорю я.

— Что? Почему? — Мэг подтягивает ноги, не отрывая от меня глаз.

— Сначала я ей нравилась, но после всей этой истории с Джейком всё изменилось. Ей не нравится негативный пиар, который получил Ксандер. Она чувствует, что я заняла её место в его жизни — так мне сказала их мама.

— Я немного пьяна, так что, может, не совсем понимаю, — говорит она, моргая, будто пытаясь прояснить мысли, — но это не имеет смысла. Ревновать брата к его девушке — это жутко. — Она вздрагивает.

— До меня Одри была единственной девушкой, о которой он по-настоящему заботился. Он сделал бы для неё что угодно. — Сглатываю ком в горле. — Теперь, когда он заботится и обо мне, ей это не нравится.

— Прости, — говорит моя подруга чуть громче, чем нужно, — но её брату двадцать шесть. Она не может всерьёз ожидать, что он будет любить сестру больше, чем свою девушку.

— В августе ему исполнится двадцать шесть, — поправляю я.

— Пфф. — Она размахивает руками. — Неважно, двадцать пять ему или двадцать шесть. Да хоть тридцать! Этой даме нужно успокоиться.

— Нет, — голос звучит слабее, чем хотелось бы. — Они близки, всегда были. — Провожу пальцами по шерсти Мило. — Я не знаю, каково это — иметь настоящую семью. У меня никогда не было братьев и сестёр, так что то, что есть у Одри и Ксандера, для меня ценно. Я не хочу становиться между ними.

— Ты слишком добра. — Мэг изучает меня, морща лоб. — Ничего хорошего не выйдет, если ты продолжишь молчать о своих чувствах. Тебе нужно установить границы, поговорить с ним об этом. Я согласна, это прекрасно, когда братья и сёстры близки. Но если она постоянно подрывает тебя — это проблема.

Нежеланные слёзы наворачиваются на глаза.

— Ты права. Спасибо, что помогла мне это увидеть.

— Прекрати. Если ты заплачешь, я заплачу — а ты знаешь, какая я уродина, когда плачу! — ноет Мэг, обнимая меня.

Мы сидим рядышком, досматривая «Дьявол носит Prada», и меня охватывает спокойствие. С Мэг я чувствую себя в безопасности. Её энергия заряжает меня, даёт силу и уверенность. Мне стоит быть больше похожей на неё, а не возвращаться к своей старой привычке прогибаться. Это дорога в никуда.

Когда фильм заканчивается, я иду на кухню за добавкой и ещё закусками. Возвращаясь в гостиную, вижу, что Мэг разговаривает по телефону с Марко.

Он уже вернулся из спортзала?

Прислушиваюсь, пытаясь уловить его реплики, но безуспешно.

Если он дома, то где же Ксандер?

— Я тоже, малыш, — нежно мурлычет Мэг. — Было бы здорово, если бы ты подождал меня, но не чувствуй себя обязанным… Конечно. Угу. Люблю. — Она бросает телефон на стол, на губах играет игривая улыбка. — Марко такой милый. Он уже дома, но