Мои драконы. Император, князь и я - Татьяна Демидова

Тем удивительнее, что мои ноги сами, независимо от меня, легко скользят по паркету в заученных движениях танца, а я…

Напряжение вдруг отпускает меня, и я окончательно поддаюсь его давлению, полностью признавая власть императора надо мной.

Вдыхаю его мощный притягательный запах, закрываю глаза и растворяюсь в нашем танце.

Император уверенно и жёстко ускоряет темп, кружит меня так, что дух захватывает!

Голова кружится, и я совершенно теряю всякие ориентиры. И мне даже кажется, что мы здесь вдвоем остались. Никого больше нет вокруг. Все в странной дымке растворилось по его властному приказу.

Но мне очень и очень легко. И даже совершенно не страшно. В его больших сильных объятиях я точно знаю, что не споткнусь, не упаду.

Его рука, сжимающая мою руку вдруг сдвигается, гладит большим пальцем середину моей ладони. А потом смещается ещё ниже, на запястье, надавливая подушечкой на тонкую кожу над венами.

Я ахаю, от вспыхнувших во всём моём теле острейших непонятных ощущений. Сбиваюсь с ритма, но жёсткая рука императора уверенно прижимает меня к нему, поднимая от пола, кружа нас так быстро, что мне кажется, сейчас мои бальные туфельки слетят.

— Спокойно, Ролана, — хрипловато-бархатный низкий голос императора над моей головой повергает меня в томительно-сладкий трепет. — Я вижу, что слишком быстро для тебя. Сейчас верну тебя жениху.

Император и правда замедляется, и я, едва касаясь пола, с лёгкостью продолжаю танец в его властных умелых объятиях.

Правда, теперь он так и продолжает удерживать меня за запястье, легко гладит его сильными пальцами.

И метка Стейна, и второе запястье под рукой императора горят огнём. Совершенно теряюсь и едва не падаю, когда музыка, наконец, стихает, и наш танец заканчивается. Хотя как я могла бы упасть, когда он меня держит так сильно, так надёжно…

Замираю испуганно, чувствуя, как глубоко император вдыхает воздух у моих волос…

— Стейн, ты редкий счастливчик и везунчик, — говорит император хриплым голосом, даже не думая выпускать меня из своих властных объятий.

А я почему-то смотрю на моё запястье под большим пальцем императора — он так и держит его, поглаживая подушечкой тонкую кожу, под которой лихорадочно бьётся пульс.

Я бы поклялась, что там, под его пальцем, сейчас появится вторая метка, настолько обжигающие ощущения охватывают меня.

Но нет. Моя кожа остаётся девственно чиста.

Поднимаю взгляд и смотрю на императора. На его красивое мужественное лицо с крупными гармоничными чертами, жёсткой линией чувственных губ. В его чуть прищуренных глазах с вертикальными зрачками столько огня…

Вижу краем глаза высокую подтянутую фигуру моего жениха, чувствую его всего нашей истинной связью, и совершенно не понимаю, почему император ощущается не слабее его, моего князя… Это из-за его силы повелителя драконов?..

— Всё бы отдал, чтобы обрести истинную пару, — улыбается император уголком губ, лаская внимательным взглядом моё лицо. — Чтобы была именно такая, как Ролана. Красивая, нежная и наивно чувственная. Очень рад за тебя, брат. Истинное сокровище. Благодарю за танец.

Я просто пылаю, кажется, мои щёки сейчас пеплом осыпятся… От похвалы императора, от его близости и от того, как он передаёт меня в руки брата, и тот тут же уверенно и собственнически прижимает меня к себе.

Особенно от неожиданного сожаления, вспыхнувшего вдруг во мне. Нет, мне не жаль императора, кто в здравом уме вообще подумает о жалости к этому властному могущественному дракону, умелой и твёрдой рукой управляющего громадной империей?

Нет, тут не жалость, ничего подобного. Я просто искренне желаю ему, если это вдруг станет возможным, всё же встретить истинную пару. Даже несмотря на то, что у повелителя драконов её быть не может, потому что законы магии нашего мира непреодолимы.

Глава 4. Возвращение

Не знаю, как я пережила этот бал. Император, хвала высшим силам, не подходил к нам больше. А потом и вовсе коротко поздравил брата с помолвкой и удалился.

Мне сразу стало легче и спокойнее по сторонам смотреть, тем более, что Стейн не отпускал меня от себя ни на шаг, тормошил, расспрашивал, отвлекал от моих странных беспокойных мыслей.

Никак из головы не шел его брат. Слишком сильное впечатление на меня он произвел при личной встрече. Даже не ожидала, что я так бурно отреагирую. Ведь готовилась, настраивалась. С самим императором же встречаться пришлось, а Стейн меня загодя предупредил. Знал о моей чувствительности.

А бал между тем продолжался. Я выдохнула. Щеки тоже больше не пылали, лишь слегка розовели.

Да и метка успокоилась. Не тревожила меня больше. Просто ощущения изменились. Теперь оба моих запястья были окутаны лёгким ненавязчивым теплом. Будто на мне мягкие бархатные браслеты. Уютное и успокаивающее чувство.

Остаток бала мне даже понравился. Я смогла, наконец, расслабиться, смеялась над умными шутками Стейна и даже сама позволила себе несколько раз легко пошутить, поддерживая нашу непринужденную беседу, чем приводила моего дракона в неописуемый восторг.

Когда Стейн провожал меня домой после бала, он в очередной раз попытался затронуть тему моего переезда к нему. Мой жених был в этом очень настойчив в последнее время. Уже с самого моего первого дня в столице он пытался меня уговорить.

Но нет. Здесь я была непреклонна. Я буду жить в своём скромном доме рядом со своей работой, с главной общественной лечебницей столицы, до самой свадьбы. Пусть мой дом совсем небольшой и не в центральном районе расположен, но здесь прошло мое детство, мне все здесь привычное и родное.

Этот дом достался мне от моих покойных родителей, но долгое время стоял пустым, потому как я после учебы предпочла провинциальный госпиталь работе в столичной лечебнице. Меня всегда тянуло на окраины и на подвиги, смеялась моя мама, когда я озвучила им свое решение после получения диплома.

Так бы я там и осталась, в провинциальном госпитале, если бы не та судьбоносная встреча на параде.

И я ведь даже не сразу переехала в родительский дом после обретения истинного. Моя работа требовала от меня максимальной отдачи во время военных действий. Наш городок был ближайшим крупным населенным пунктом рядом с границей, где и велись бои.

Именно к нам свозили всех тяжело раненных, кого не могли вылечить на месте штатные армейские целители.

И Стейну не удалось в тот раз заставить меня. Я нужна была раненым. С появлением угрозы нападения наш госпиталь и так лишился части опытных целителей.