На хрустальных осколках. Исцели мое сердце - Анна Осокина

крупные капли пота, но кардиомонитор показывал отсутствие сердечной деятельности, а я все продолжал реанимацию, несмотря на непривычную тишину, которая образовалась вокруг меня, если не считать писка приборов.

— Леша, — через некоторое время услышал я сзади голос Ильи — коллеги-анестезиолога и по совместительству лучшего друга. Наверное, кто-то позвал его ко мне. — Леша, она умерла, — мягко сказал он.

— Нет! — Я упрямо продолжал реанимацию. — Не умерла! Нет!

— Леш. — Он дотронулся до моего плеча. — Это не Лера, слышишь?

— Что?.. — Я вдруг остановился и растерянно уставился на Илью, как будто в первый раз увидел. Он словно мысли мои прочитал. В какой-то момент мозг действительно сыграл со мной злую шутку.

— Это не твоя жена, дружище, дыши. Дыши спокойнее. — Илья взволнованно заглядывал мне в лицо.

— Есть пульс! — вдруг воскликнула медсестра.

Мы оба обернулись на монитор. Кажется, друг точно так же, как и я, не верил своим глазам.

— Но как?.. — только и выдавил он из себя. А я в это время пришел в себя настолько, чтобы сориентироваться:

— Звоните в операционную, пусть готовятся, мы едем! — крикнул я.

Майя

Я всегда была уверена, что у меня счастливый брак. Мы познакомились с будущим мужем, когда мне было двадцать, я тогда еще училась в университете. Роман казался таким взрослым, таким серьезным — разница в семь лет очень хорошо чувствовалась. Все мои парни-одногодки в это время думали или о тусовках, которые я никогда не любила, или об онлайн-играх, что тоже проходило совсем мимо меня. Рома же был на тот момент уже успешным политическим обозревателем, несмотря на довольно молодой возраст. Он вел колонку в популярном журнале и имел непередаваемую харизму, которая покорила меня с первой встречи.

Я пришла на практику в издание, где он работал, надеясь, что закреплюсь там и буду писать о культуре. В итоге мне, зеленому практиканту, не смогли даже выделить рабочее место. Я приходила в редакцию со своим ноутбуком и ютилась то там, то здесь, пока однажды, покупая кофе в холле, не разговорилась с Романом. Он предложил мне место в своем кабинете, пока у меня не закончится практика. Не использовать такую возможность я не могла, а потому в тот же день уже работала рядом с Ромой. С открытым ртом наблюдала, как мастерски он разговаривает с людьми, берет комментарии прямо по телефону, договаривается на интервью. И все у него получилось так просто, как будто все, кто попадал под влияние его голоса, тут же очаровывались, неважно, женщины или мужчины.

Отношения закрутились стремительно, через несколько месяцев я переехала к Роману в новенькую, недавно построенную квартиру, оставив общажную жизнь. Некоторые одногруппники были уверены, что таким образом я решила строить карьеру, но они плохо меня знали. Я всегда хотела добиться всего самостоятельно, а потому после окончания практики ушла из того журнала и стала сотрудничать с другими изданиями, в итоге оставшись работать в газете после окончания университета.

Роман никогда не ставил мне условий. Я была уверена, что он просто любит меня любой. Любит и хочет быть со мной. Мы были счастливы. Я думала, что мне сильно повезло с мужем. Остроумный, начитанный, увлеченный своим делом, к тому же с прекрасным чувством юмора и не лишенный романтики. На выпускном он сделал мне предложение, и в том же году мы поженились. Наверное, я имела все, о чем только можно мечтать: любимого мужа, собственную квартиру, обожаемую работу… Все, кроме одного элемента, который связал бы все воедино. Мы с Ромой очень хотели ребенка. Родители отговаривали меня, мол, рано, поживите для себя. Но мы с мужем почти с самого начала отношений знали, что хотим малыша или нескольких, поэтому, когда расписались, перестали предохраняться.

Почему-то я представляла, что через пару месяцев узнаю о том, что ношу ребенка. Но жестокая реальность оказалась такова, что месяцы и годы шли, а желанная беременность все не наступала. Я ходила к врачам, проверялся и Рома, но специалисты разводили руками. Я все надеялась, но ничего не происходило, пока один врач не смог поставить диагноз: ранняя менопауза. Эта новость ударила, словно электричеством. Мне не было еще и двадцати четырех! Какая менопауза? К сожалению, организм не спрашивал меня, а врач объяснил, что так бывает, хотя и очень редко.

Сперва общая беда сплотила нас с Ромой, мы стали как будто ближе. Он поддерживал меня, как мог. Решили попробовать ЭКО, пока это еще возможно, Рома сам предложил. И мы почти сразу же начали подготовку. Следующие полтора года вертелись вокруг медицинских процедур.

Мне казалось, что от переизбытка гормонов в моем организме что-то взорвется. Сама себя не узнавала. Именно тогда начались первые проблемы. Мы с Романом часто ругались, иногда доходило до битья посуды с его стороны, а после Рома не ночевал дома. Однако когда мы готовы были сдаться, врач на очередном осмотре сообщил невероятную новость. Мне удалось забеременеть! Эмбрион закрепился в матке!

Несколько недель я пребывала в эйфории, не обращая внимания на то, что Рома поменялся. Конечно, он обрадовался известию, но его как будто что-то беспокоило. Краем сознания я отмечала изменения, но так сосредоточилась на будущем материнстве, что отложила мысли обо всем другом.

Потом меня огорошили еще одной тревожной вестью: кровь показывала, что у плода высокая вероятность синдрома Дауна. Это стало новым испытанием. Амниоцентез — забор околоплодных вод на анализ — и ожидание его результатов окончательно расшатали мою нервную систему. Не было дня, чтобы я не плакала, пока не получила на руки заключение: плод здоров, мальчик.

Только тогда, на восемнадцатой неделе беременности, я вздохнула спокойно. И только тогда наконец заметила, насколько муж отдалился от меня. Мы стали совершенно чужими людьми. Прекратили разговаривать после работы, как это бывало раньше, каждый начал заниматься своими делами, выходные мы тоже теперь проводили порознь. А мои попытки поговорить вызывали у Романа лишь раздражение. Я не хотела снова ругаться, а потому на некоторое время оставила его в покое. Подумала, что это просто стресс, и мужу нужно немного отойти от всех переживаний.

Наверное, я и дальше предпочитала бы закрывать глаза на все, что с ним происходило, но жизнь решила иначе. Словно нашкодившего котенка, она взяла меня за шкирку, и ткнула носом в то, что я так усердно старалась игнорировать.

Роман вернулся домой внезапно, прямо посреди дня. Я в это время готовила обед, потому что взяла отгул за то, что работала в прошлые выходные. Меня наконец отпустил токсикоз, который не давал спокойно жить весь