Сдайся мне - Валерия Иванова

моей головы, а вторую он протянул к моим волосам и намотал прядь на палец. У меня перехватило дыхание, а сердце стучало так громко, что стук был слышен по всему кабинету.

— Здесь я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Я жду, — потянул за прядь волос сильнее.

Никто так со мной еще не обращался, как… Как с обычной девушкой. Но этот мужчина точно знает, кто я. Хочет меня напугать? Не получится.

Он не увидит мой страх. Выпрямила спину, расправила плечи и посмотрела на него со всем достоинством Абрамовых. Мужчина хмыкнул.

— Маленькие и послушные девочки уже давно спят. Но я не маленькая и не послушная, — дерзко ответила.

Голову задрала, чтобы в лицо его смотреть. Сама не понимаю своей реакции. Внутри все сладкой судорогой сводит, хочется растянуть мгновения вместе. Мужчина улыбается, выпускает мой локон и… Проводит по моим губам пальцами, растирая красную помаду по лицу. Его руки пахнут никотином, я стою в шоке и машинально облизываю губы, цепляю языком по его пальцам. Его глаза становятся совсем черными, бездонными, завораживающими. У меня перехватывает дыхание и начинает трясти.

— Разве папа не говорил, что в ночи водятся монстры? — спрашивает тихо. — Иди, смой с себя косметику и ложись спать, принцесса.

Это его «принцесса». Да, меня часто так называли, потому что я старшая дочь Амирхана Абрамова. Но в устах этого незнакомца прозвище звучит так грязно и развратно.

Мужчина отталкивается от стены и отходит от меня, я делаю спасительный вдох.

— Чтобы я тебя больше здесь не видел. Ни в клубе, ни возле. Увижу — накажу. Тебе это не понравится. А теперь уходи.

Дважды повторять не нужно было. На нетвердых ногах я пошла к двери. Мне казалось, что я все делаю так медленно. Дернула ручку раз, другой, она не открывалась. Я почувствовала его за своей спиной, кожу начало покалывать. Мужчина положил свою ладонь на мою, она была такой огромной, мозолистой и теплой. Я вздрогнула всем телом от этого прикосновения.

— Мне больше нравятся твои кудри, Лейла, — прошептал на ухо и открыл дверь.

Я буквально выбежала в коридор. Я боялась обернуться, поэтому, не сбавляя скорости, пошла к боковой лестнице. Двое охранников следовали за мной по пятам. Я спустилась в клуб, нашла подруг, и мы уехали. Девочки были против, но я не могла там находиться.

Лежа в постели, я постоянно думала об этом странном мужчине. Я пыталась найти информацию о нем в интернете, но ничего не находила. Он был словно призрак. Клуб, ясно, был записан на подставного человека. Я закрыла глаза, и перед внутренним взором было его лицо. Я никогда таких не встречала.

Надеюсь, и не встречу.

* * *

Через несколько дней я прилетела домой. Папа настаивал на том, что я должна провести время с семьей. Если честно, мне не особо и хотелось. Скучала я лишь за младшим братом и сестрой.

— Как долетела? — спросила Зара, моя, так называемая, мачеха.

— Хорошо, спасибо, — улыбнулась ей и тут же сцапала брата на руки.

Малыш засмеялся и дернул меня за волосы.

— Лея, — обнял меня, а я едва не задохнулась от нежности.

Какой он сладкий и хороший.

— Привет, малыш, я так скучала по тебе. Какой ты большой! У меня есть подарок.

Я опустилась на колени, прямо в фойе, и стала рыться в сумке. Достала машинку, и мелкий с визгом вырвал ее из моих рук и куда-то пошел. Ему скоро исполнится два, совсем самостоятельный.

— А где Алия? — спросила я.

— Она в саду, скоро приедет. Пошли на кухню, выпьем чая и немного посекретничаем.

Мы пошли на кухню, помощница присматривала за Амирханом-младшим. Да-да, они назвали ребенка в честь отца. Зарина разлила чай по кружкам и придвинула ко мне бутерброды.

— Рассказывай, как университет?

— Да нормально, — ответила и сделала глоток напитка. — О чем там можно рассказывать.

— А как ты провела день рождения? Чувствуешь себя взрослой?

— Ну, я могу официально пить и курить, так что… — я недоговорила и улыбнулась.

Зара засмеялась.

— Твоего отца хватит удар, пощади.

— Я подумаю. Слушай, а тебе не показалось странным, что он решил меня увидеть прямо посреди учебной недели? Неужели настолько соскучился?

Я видела, что Зара старается не смотреть на меня. Вот это уже интересно.

— У него есть новости. Не спрашивай у меня. Пусть сам рассказывает.

Сердце пропустило удар, и я похолодела.

— Что-то с… — каждый раз, когда я произношу его имя, чувствую физическую боль. — Исхаком?

— Нет, — тут же заверила Зарина. — С ним все хорошо. То есть он в стабильном состоянии.

— Это хорошо.

Я не видела его почти два года. Я просто не могла. Мне казалось, что я предаю его. Предаю свою любовь тем, что продолжаю жить. Знаю, что это глупо, но ничего не могу с собой поделать. Если я увижу его, то просто рассыплюсь на части и больше не смогу нормально функционировать. Я трусиха и ненавижу себя за это.

Боковая дверь щелкнула, и я вздрогнула. Посмотрела за плечо Зары и увидела папу. Увидев меня, он улыбнулся и раскинул руки в стороны. Я тут же подошла к нему и крепко обняла. Нет надежнее места, чем в объятиях папы.

— Привет, родная, — поздоровался и поцеловал меня в щеку.

— Привет, пап.

— Я рад, что ты приехала.

— Зара сказала, что у тебя ко мне разговор, — я обернулась и показала девушке язык, она лишь закатила глаза.

— Сразу к делу, деловой подход. Да, есть разговор, Лейла. Пройдем в мой кабинет.

Мы пошли в его кабинет. Я здесь не часто бывала, не смотря на то, что жила почти всю жизнь в этом доме. Кабинет был полностью «отцовский». Темный, холодный, сдержанный. Я села в кресло и, к моему удивлению, отец не сел напротив меня. Он сел рядом со мной в другое кресло. Я занервничала еще больше.

Отец посмотрел на меня так, как может только он: с любовью и с определенными ожиданиями.

— Я собираюсь пойти в политику, — произнес он.

Я ожидала чего-то такого. Мой отец добился всего. Пришло время для нового вызова.

— Хорошо… — протянула я.

— Здесь все по-другому. Люди поколениями занимаются политикой, набирают единомышленников, обзаводятся поддержкой. И мне тоже нужна поддержка.

— Я поддерживаю тебя, если ты об этом, — сказала.

Папа улыбнулся и покачал головой.

— Спасибо. Ты моя дочь, Лейла, и моя наследница. И этот факт накладывает определенные обязательства.

— Обязательства? Какие?

Папа протянул ко мне руку и взял мои ладони в свои.

— Мне нужен политический брак. Ты выйдешь замуж. Мужа я уже