Проклятье для вождей орков - Эстер Рейн

легкими, не тяжелее крыла бабочки. Удивленная, я открыла глаза. Сосредоточенное лицо Драх’эна было почти красивым, а движения пальцев – плавными и чуткими, невольно я засмотрелась на игру света на золотых узорах, которые были нанесены на его тело. Плечи, грудь, руки – все было покрыто ими. Они чарующе переливались в ритме дыхания и движения мускулов. Странно, нам рассказывали об орках, как о страшилищах, но Драх’эн выглядел просто очень мужественно: тяжелый, волевой подбородок, мощные скулы, большой прямой нос, выразительные глаза, четкие брови с изломом. Мой взгляд вернулся ниже – к губам. В меру мягкие и подвижные, они закрывали зубы, даже клыки не торчали. Если бы не выдающиеся размеры вождя, то в темноте его можно было бы вполне принять за кузнеца с развитыми широкими плечами.

– Что, понравился? – губы орка тронула легкая ухмылка, и я, вздрогнув, отвела взгляд.

Мне сразу же стала казаться слишком интимной его поза, слишком сокровенные места он мог увидеть. Щеки снова заалели, но я не хотела, чтобы орк догадался о моих мыслях.

– В сказках орков описывают, как страшных чудовищ, у которых торчат клыки. Но ты не такой. – наконец, нашлась с ответом.

– Как говорится: у страха глаза велики. Мазь надо наносить несколько раз в день. А сейчас я поищу тебе одежду…

Поднявшись, Драх’эн отошел в сторону огромного сундука. Я сразу испытала облегчение – эмоции от его прикосновений к моей коже и близости были слишком странные, неправильные. Порывшись в недрах ящика, орк достал огромное желтое платье, украшенное железными пластинами, и вернулся ко мне.

– Это дары для моей будущей избранницы, но придется отдать тебе.

Боясь обидеть орка отказом, я взяла вещь, которая явно была мне велика. Драх’эн отвернулся, а я нырнула в желтое море ткани. Было ощущение, что на меня упал шатер, и теперь я ищу выход – настолько платье было мне велико. С трудом добравшись до горловины, я вынырнула, а затем помогла себе с рукавами. Половина платья лежала на полу вокруг меня, а вырез доходил до пупка, и при этом тяжелые пластины клонили меня к земле.

– Боюсь, мне великовато…

– Сейчас ремешком подвяжем, – Драх’эн обернулся и замер. – Надо же… А я ведь самое маленькое выбрал. Нет. Так не годится.

Орк снова полез в сундук, после чего достал белое свободное платье без украшений.

– Вот, рубаху примерь.

Стряхнув желтое платье с плеч, которое опало с неприятным лязгом, я легко надела «рубаху». Закрытый ворот сел впору, рукава были слишком длинными, но их я закатала, а длина мне была по колено. Все равно так не принято – но лучше, чем быть голой.

– Какая же ты… маленькая, – обернувшись, произнес орк.

Я пожала плечом:

– По людским меркам – нормальная. Это вы очень большие.

– Да еще и языкастая. Я болтливых не люблю.

– Так я и не для любви здесь, – ляпнула и тут же обругала свой бестолковый язык.

– Для чего ты здесь – только духам известно, – спокойно ответил орк. – Ложись спать, твоему телу нужен отдых.

Я заозиралась по сторонам, ища подходящее место – скамью или сундук. Взгляд натолкнулся на тот самый, с подарками. Если постелить на него шкуру – будет очень удобно. Взяв одну шкуру с постели, я укрыла ею сундук и забралась сверху, поджав ноги.

– И чего это ты удумала? Свалиться хочешь ночью?

Подхватив меня на руки, не обращая внимания на протесты, орк вернул мое тело на кровать, а сверху заботливо прикрыл той самой шкурой.

– Я с незнакомцем кровать делить не стану, – заупрямилась я.

– А кто тебя об этом просит? Я найду, где лечь.

Драх’эн отошел прочь и стал чистить оружие в другом углу шатра. Размеренное шуршание звучало так успокаивающе, что я не заметила, как провалилась в сон. Но вот покоя он мне не принес. Сначала мне снился медведь – он угрожающе поднялся на задние лапы, я попыталась запеть, но голос хрипел. Это вызвало ярость в звере, и он с громким рыком помчался на меня. Я что есть силы побежала прочь. А когда оглянулась – увидела, что на медведе пылает шкура.

Глава 4

Проснулась я тяжело, словно вынырнула из воды, было жарко, и что-то массивное придавливало меня сверху. Повернув голову, я увидела орка. Крик сам вырвался из груди.

– Что случилось? – недовольно буркнул огромный зеленый мужчина.

Сердце все еще бешено колотилось после страшного сна, а в голове медленно всплывали воспоминания о вчерашнем вечере и племени орков. Тем временем рука Драх’эна бесстыдно легла на мою грудь и сжала ее.

– Что ты делаешь?! – возмутилась я.

– Дары духов по праву принадлежат мне, – пробормотал орк.

Тут я осознала, что в мою поясницу упирается что-то большое и твердое. Совсем наивной девушкой я не была, мы не раз целовались с Никитавой, и я чувствовала сквозь плотную ткань брюк его мужское желание. Но то, что упиралось в меня сейчас, ни шло ни в какое сравнение…

– Нет, пусти! – мои щеки запылали, а сердце забилось еще быстрее.

– Никогда… – рука сжала меня сильнее, удерживая на месте, не позволяя отстраниться. – Тише. – орк чуть наклонил голову, и его горячее дыхание обдало мое ухо. – Не дергайся, как напуганный крольчонок. Я не причиню тебе зла.

– Тогда убери руку! Ты говорил, что ляжешь в другом месте, – я стала обвинять Драх’эна.

– Ты металась и стонала во сне. Я лег рядом, чтобы убаюкать тебя.

– Мне снился медведь. Но теперь сон закончился.

– А мне снилась ты. Снилась твоя мягкая кожа и мелодичный голос, твоя улыбка и сладость губ, которыми ты шептала, чтобы я целовал тебя снова и снова.

– Это… всего лишь сон! – выдохнула, испытав странное волнение внутри от слов Драх’эна.

– Это знак, который мне послали духи. И теперь я хочу узнать, на самом ли деле ты такая сладкая.

Рука орка вернулась на мою грудь, а шершавые большие пальцы нащупали чувствительный сосок и аккуратно сжали его. Я удивленно охнула. Нужно было бороться, кричать, царапаться, но вместо этого я растерянно замерла. Тем временем орк продолжал ласкать мою грудь, зарождая внутри меня что-то теплое, тягучее и волнующее.

– Ты моя, – хрипло и низко выдохнул Драх’эн, после чего осторожно прикусил ушко.

Словно маленькие молнии разбежались от этого