Стану твоей первой болью - Маша Демина

Парень поднимает руку и щелкает пальцами перед моим лицом, а я замечаю на предплечье россыпь татуировок, которые выглядывают из-под закатанного рукава.

— Глухонемая, что ли? — наконец доносится до меня глубокий мужской голос и сомнения вновь поселяются в голове.

Я слышала его вчера. Но мысли разбегаются, когда парень берет и дергает меня за косичку…

Я выдыхаю с дрожью и мгновенно прихожу в себя, будто в меня только что разрядили обойму электрошокера.

Порываюсь обойти эту скалу из мышц, но незнакомец преграждает мне путь, и я испуганно отшатываюсь назад. Снова улавливаю мерзкие чавкающие звуки за спиной, и меня передергивает. Почему они это делают?

— Ты не похожа на любительниц мужских туалетов, — хмыкает парень передо мной.

Его, кажется, совершенно не заботит, что девушка позади нас задыхается и кашляет… В голове звучат сигналы тревоги, и я ничего не хочу сильнее, чем оказаться дома.

— Отойди… Пожалуйста, — прошу, насколько мне позволяет это сделать неровный ритм моего дыхания.

Парень неожиданно делает шаг ко мне, по-хозяйски обхватывает мой подбородок жесткими пальцами и, удерживая на месте, склоняется ближе.

Из меня вырывается глухой звук, в груди все сжимается, и я напрягаюсь, ожидая, что сейчас станет больно, но парень лишь прищуривается, всматриваясь в мое лицо, а затем грубо проводит по щеке большим пальцем. С моих губ срывается ошарашенный вздох. Что он…

Он проводит жесткой подушечкой еще раз, и еще, будто что-то оттирает.

Я высвобождаю голову и тут же прижимаю ладонь к пылающей щеке, глядя, как парень растирает на своих пальцах остатки моего плотного тонального крема.

Его губы дергаются в однобокой ухмылке, и я практически уверена, что это тот самый парень из арки. И кажется, он тоже понял, в чем подвох…

— Блядь! — раздается разраженный голос, но я не оборачиваюсь на него, с ужасом услышав, как девушка делает шумный вдох. — Что ты с ней возишься, братан? Пусть пиздует. Или закройте на хер дверь с той стороны!

Ухмылка незнакомца мгновенно исчезает, и он впервые отрывает от меня взгляд.

Его лицо моментально становится настолько агрессивным, что даже пугает меня, и я тихонько вскрикиваю, когда его пальцы вновь сильно, сильнее прежнего, сжимают мой подбородок. Затем он резко убирает руку и приближается к парочке.

Я зачем-то поворачиваюсь. Вижу, как тот парень отпускает девушку, и она быстро отползает на коленках в сторону.

— Э-э, братан, ты чего?.. Рус… я же…

Слежу за руками перепуганного парня: он пытается запихнуть свой мокрый от слюны орган в штаны, но в этот момент мой незнакомец впечатывает ему в лицо кулак.

Парень хватается за нос руками, сквозь пальцы мгновенно начинает сочиться кровь.

Я не понимаю, почему смотрю на это, и с запозданием зажмуриваюсь, чувствуя, как вся горю от стыда.

Если бы брат сейчас меня увидел, я бы первым же рейсом вернулась обратно и оказалась заперта в каком-нибудь ауле.

— Еще раз назовешь меня братом — и дышать будешь через трахею, — угроза доносится до меня гулким эхом. — А ты — проваливай, — рычит он. Мозг судорожно осознает, что я в опасности, и ноги наконец срываются с места. С удовольствием!

— Стой! Я не тебе!..

Но я вырываюсь из туалета в коридор, более людный, чем некоторое время назад. Куда-то бегу, сталкиваясь с прохожими. И ненавижу все свое существо за то, какой слабой себя сейчас ощущаю…

4. Звезда моя

Даже не раздумывая над своим решением, я сбегаю из универа.

И пусть мне не нравится, что я пропускаю свой первый учебный день, оставаться здесь сегодня больше не могу. Я до сих пор до конца не осознаю, что со мной произошло.

Если бы я знала, что ко мне будет такое предвзятое, откровенно издевательское отношение, возможно, настояла бы остаться в своем старом универе. В своем городе. Там с таким неуважением мне сталкиваться не приходилось. А тут… Что это вообще было? За что? Что я сделала? Не понравилось нерусское имя? Внешность?

А больше всего меня разочаровывает собственное трусливое поведение.

Я не привыкла пасовать перед трудностями, но то, что случилось, произошло со мной впервые. Я просто растерялась, поддалась панике, а приступ удушья все усложнил…

Даже думать не хочу, какой жалкой я выглядела.

До квартиры брата я добираюсь как в бреду, действуя на автомате: на ходу накидываю куртку, вызываю такси, всю дорогу трясу коленом и кусаю щеку изнутри, пытаясь не прокручивать в голове отвратительные кадры сегодняшнего утра.

Я в таком шоке, что только чудом мне удается проделать весь путь домой без слез, но стоит открыть дверь и переступить порог тихой квартиры, внутри что-то надламывается, и я прямо в коридоре сползаю по стеночке, подтягиваю колени к груди и утыкаюсь в них лбом, содрогаясь от беззвучных слез.

Как же унизительно… Все эти перешептывания, смешки и презрительные взгляды в мою сторону… а потом эта подножка и задранная юбка.

Мне остается только молиться, чтобы об этом оскорбительном случае все просто забыли, а тот, кто снимал мой позор на камеру, провалился сквозь землю.

Если мой брат узнает об этом… не представляю, что будет и что он обо мне подумает, но последствия не понравятся никому. И в первую очередь мне.

Я заставляю себя подняться и пойти в ванную умыться, чтобы Ратмир не застал меня в таком состоянии.

Я понятия не имею, когда брат вернется, а главное… что мне ему сказать при встрече? Он ведь собирался забрать меня из универа после пар…

Но в порыве эмоций я даже не подумала об этом, а теперь не представляю, как ему рассказать о причине своего бегства.

От одной только мысли, — сказать правду, — кровь приливает к лицу и становится трудно дышать.

Я не сомневаюсь: брат не задумываясь отстоит мою честь, но, скорее всего, на этом мое обучение закончится, и все, что я буду видеть, — только бездушные серые стены этой квартиры. А я и без того слишком долго жила в ограничениях.

Выключив воду, вцепляюсь в края раковины и смотрю на свое отражение в зеркале.

Капли стекают по лицу, усыпанному яркими веснушками, которые я усердно сегодня утром маскировала тональником.

И напрасно, ведь обезьяна с фамилией Трофимов докопался до меня и без них. Таким, как он, найти над чем поиздеваться — плевое дело.

Но в следующий раз, обещаю, я найду, что ответить этому имбецилу. Надеюсь, в этом вузе есть более достойные люди.

Тяжело сглатываю и прикрываю глаза, мысленно