Измена. Она между нами - Айлина Якуба

туфли и шлёпаю босыми ногами по лестнице. Неспособна я разговаривать, разве не ясно? Шаги Бориса ускоряются. Он догоняет меня и, взяв за локоть, с силой, поворачивает к себе. С разлёту втыкаюсь носом в шею. Запах родного человека болезненно окутывает и заставляет наполниться глаза слезами.

Такой родной, такой далёкий теперь.

Позволяю себе ещё раз вдохнуть и отталкиваю.

— Борь, я хочу принять душ. Устала, — сжав зубы, цежу.

Цедить — это прерогатива мужчин, но, видит Бог, я тоже не справляюсь и временно отбираю право в пользу женщин. Совсем немножко, но становится легче. Дома, по крайней мере, я могу не соблюдать чёртовы светские рамки. Вот и цежу.

— Лейла, — склоняется ниже. Минутка слабости возвращает меня в то, где было «до» пока не раскрываю глаза, сканируя недовольный взгляд. Всё! Взрыв! Пропадает иллюзия. — Прекрати себя вести, будто ты сошла с ума.

— Я? — начинаю задыхаться от несправедливости. — То есть, это… я дёргалась при встрече со своей бывшей и всем видом сдерживала … свои … чёрт побери! — выкрикиваю, не таясь уже. — Порывы! Или ты думаешь, что я дура, Борь? Я женщина и умею считывать все штучки скрытого посыла! И ответную реакцию мужчин тоже знаю. Что скажешь, муж мой?

Слишком трясёт от негодования. Ну почему всё случилось с нами? Почему Людмила встревает между? В отчаянье сжимаю кулаки и луплю Бориса по груди. Он не отвечает, и никак не реагирует. Просто смотрит, и всё. Безучастный, попросту ледяной.

— Послушай, — отмирает муж и, засунув руки в карманы, нависает надо мной. — Я не знаю, что там у тебя, возможно ПМС или сбои гормональные, но ты несёшь откровенный бред. Мы общаемся только по работе. У Люды другой мужчина. У неё другая жизнь. А то, что нас связывает прошлое, — по лицу скулы ходят коловоротом, — извини!

Разводит руками и чуть не пинком открывает дверь. Я с минуту стою, обдумывая, как поступить. Что же делать, чтобы сохранить своё достоинство, м? Но я ревную. Да-да! Ревную! Разве не имею право, м? Неужели меня так трудно обнять и понять? Сказать: люблю, и уверить, что я единственная.

Обнимаю себя дрожащими руками, с неимоверными силами пытаюсь успокоиться. Только бы не перегнуть. Боюсь превратиться в истеричку. Я реально опасаюсь стать тёткой с навязчивыми идеями об измене мужа. Тогда всё, пиши пропало.

Но как же тяжело не скатиться на ту сторону. М-м-м …

Зубодробительно!

В душ я, конечно, иду. Стараясь не столкнуться с мужем, пока он переодевается в гардеробной. Сбрасываю платье и бельё, проскальзываю в кабину. Долго-долго стою, успокаиваюсь. Может, и правда надумала слишком много?

Что такого-то?

Мы давно и счастливо женаты. Борис нежен, заботлив и вообще у нас всё в порядке. Зачем нагнетать ситуацию, нужно хорошенько всё взвесить. Случился незначительный кризис. Такое бывает. Может и правда у меня гормоны шалят?

Задумываюсь крепко. Медленно промокаю волосы. Вытираю запотевшее зеркало, рассматриваю себя. Без ложной скромности — красивая. Нет, я не вамп, как Людмила, даже не сравниваюсь, но посмотреть есть на что. Всё на месте, глазки распахнуты, губы пухлые, выразительные скулы. Веду плечами, стряхиваю халат. Бесстрастно оцениваю себя. Выступающие ключицы, тонкая талия, тяжёлая грудь и в меру округлые бёдра.

Всё у меня в порядке!

Немного сомневаюсь, но решаюсь.

Голая, направляюсь в спальню. Шествую к супружескому ложу под недоумённый, но заинтересованный взгляд мужа. Тряхнув влажными волосами, забираюсь в кровать. Боря молча поднимается и уходит в душ. Я остаюсь ждать. Спать не собираюсь. У меня есть план.

Мне очень хочется взглянуть в его мессендж. Телефон остался на прикроватной тумбочке, как магнитом тянет. Я знаю, что он не запаролен. Не выдерживаю. Быстро хватаю и смахиваю заставку.

Боже! Да что же за …

Открыта беседа. С ней.

Бегаю глазами по строчкам, не в силах уловить суть. Позже успокаиваюсь и сосредотачиваюсь. Ничего такого, просто рабочие моменты. Мне придётся стерпеть их совместное пребывание по текущему проекту. Ничего не поделать. Не бросать же из-за неё начатый проект.

Хлопает дверь. Я всё кладу на место, возвращаюсь на свою половину.

Красивый у меня муж. Он никогда до конца не вытирается. Вот и сейчас залипаю, наблюдая, как с его рельефного торса сбегают редкие капли воды. Боря выглядит потрясающе. Мужественно, брутально, и вообще — лакомый кусочек. Только он мой кусочек и ничей больше!

— Спокойной ночи, детка, — зевая, гладит по щеке.

— Борь, — мурлыкаю и скребу ноготками по косой мышце. Я очень хочу всё наладить, забыть произошедшее, как страшный сон. Мне необходимо заняться сексом и уснуть в крепких руках родного человека. — Боречка, я соскучилась. Извини за вспышку, м? Я так тебя люблю.

— Не сегодня, детка, — на секунду обнимает и тут же откатывается. — Устал. Давай завтра, а?

Глава 5

Лейла

Его “детка” вымораживает и звенит в ушах, как издевательской усмешкой. Своим отказом от секса проходится как танком, даже гудит в ушах.

Отвернувшись спиной к мужу, тихонько закапываю простынь слезами. Мне так горько и больно, что хочу встать и уйти прочь из квартиры. Но пересиливаю своё желание в пользу здравомыслия. И мне уже не восемнадцать, чтобы оскорбиться и в соплях убегать от проблем.

Засыпаю не сразу, всё время слушаю сопение мужа. Отчаянно хочу треснуть ему по носу, чтобы прекратил вообще какие-либо звуки издавать, а лучше исчез на время. Обида превращается в злость. Долго ворочаюсь, чтобы утихомирить оскорблённую девочку внутри себя.

С мыслями:“утро вечера мудренее”, наконец погружаюсь в мир снов, но они тревожные и неприятные. Один точно помню, потому что там я умирала. Снилось, как я открываю дверь в нашу спальню, слыша оттуда протяжные стоны мужчины и женщины.

Всё это происходило как в замедленном кадре: неторопливо открываю дверь, и мне открывается картина, как два человека, совершенно голые, занимаются сексом. В них я узнаю Борю и Людмилу. Мне хотелось кричать от увиденного, но невидимая сила не давала этого сделать. И я молча наблюдала, как они страстно трахаются.

Этот ужас заставляет меня окончательно проснуться. Грудь ходит ходуном от прожитых эмоций, словно я пробежала стометровку.

За окном уже светло и сквозь лёгкую занавеску пробиваются лучи солнца. Обращаю внимание, что Бори нет рядом. На его месте смятая простынь и подушка. Из ванной раздаётся шум воды, а значит, он там.

Прибитая кошмарным сном, встаю с кровати. Обычно утром обязательно готовлю завтрак мужу и провожаю его на работу. Пусть немного обижена на него за вчерашний вечер, но утренний ритуал нарушать не