Ожившая невеста некроманта - Элиза Маар

Следующая волна энергии была такой ощутимой, что стала видимой — ядерно‑зелёной. Когда она прошла сквозь нас, Винстона свалило на задницу, знатно оглушив, а меня окатило приятным теплом, от которого дыхание перехватило. Запах дыма, кожи и мирры заполнил собой всё.

Её глаза резко распахнулись, и я чуть сам не слёг с сердечным приступом. Особенно когда она медленно повернула голову в мою сторону и посмотрела пустым взглядом, от которого по телу побежали мурашки.

— Боги мои, — выдохнул шокированный Винстон. — Как?..

Никто и никогда не восставал из мёртвых без помощи ритуального некроманта.

— Мэвис? — осторожно позвал её я. — Мэвис, ты меня слышишь?

Она моргнула, и вот в её глазах появилось что‑то живое, настоящее — растерянность.

Её большие серые глаза осмотрели меня и заскользили по остальной части группы, которая работала на месте её смерти.

* * *

— Это удивительно. Феноменально. Непостижимо науке!

— Может, уже скажешь что‑нибудь конкретное, Мортимер? — обратился отец к некроманту‑ритуалисту.

Его вызвали сразу же, как отцу доложили о Мэвис. Тот даже с заседания Совета спешно ушёл, чтобы лично увидеть чудом — или не совсем — ожившую любимицу. Радоваться отец не спешил: он понимал, что вместо Мэвис могла вернуться какая‑то зараза, а потому следил за ней, как орёл, находясь в другом конце комнаты.

Он был сильнейшим спиристом королевства, членом Совета и главой спиристического управления, отвечавшего за защиту страны от всего, что прорывается в наш мир. Но даже в Мэвис он не чувствовал ничего лишнего: никакая злобная тварь не вселилась в её тело, с его слов. Но мы всё равно были осторожны.

Сама Мэвис вела себя… необычно. Может, это и не удивительно — ведь ей пришлось пережить не очень приятный опыт, — но меня её состояние напрягало. На все вопросы Мортимера она не отвечала, смотрела в одну точку, или шептала что-то, что услышать было крайне сложно.

— Девочка в порядке, — заключил Морт.

— В порядке? — я хмуро посмотрел на него. — Она буквально была…

— Сын! — перебил меня отец. — Не здесь.

— У неё шок, это точно. Но она в порядке. Её жизни ничего не угрожает.

Взгляд отца вернулся к молчаливой Мэвис, и я заметил, как напряжение покинуло его плечи. Она всё так же странно смотрела то на свои руки, то на окружение, то на нас — словно так и не могла понять, что с ней, кто она и кто вообще мы.

Закрыв свой чемоданчик с приборами, Морт молча кивнул в сторону двери, и они с отцом вышли. Я же остался с Мэвис, осторожно подошёл к ней ближе и мягко спросил:

— Как ты?

Её большие серые глаза тут же метнулись ко мне. Отвечать она не спешила.

— Мэвис?

— Я… я… — она потёрла область под шеей кончиками пальцев и прошептала: — Я ничего не помню. Ничего…

Глава 3

Незваные гости не нужны

Это было первое, что она сказала с момента пробуждения.

— У тебя шок, Мэвис.

— Мэвис — это моё имя?

— Да.

— А ты?..

— Малакай.

— Малакай… — повторила она, прикусив пухлую нижнюю губу. — Ты кажешься знакомым.

— Ты всё вспомнишь чуть позже, воронёнок.

Её чёрные брови сошлись на переносице, и, когда она опустила взгляд на мою руку в перчатке, чёрная чёлка упала на один глаз.

— Она назвала меня Ворон, — тихо‑тихо, едва слышно сказала она.

— Что?

— Ворон… — Мэвис перестала моргать, смотря в одну точку, и повторяла: — Ворон… Ворон… Ворон.

Ядерно‑зелёные завитки её магии потянулись от шеи к рукам. Мне хватило секунды, чтобы понять: она потеряла контроль над магией. И всё равно я едва успел схватить её за руки, чтобы перенять потоки её энергии на себя.

Боль разлилась по каждому дюйму моего тела, и я стиснул зубы, издав стон, когда удержал всё в себе. Мэвис была не просто сильной — она была аномально сильной. И пока я удерживал её магию внутри, у меня буквально рвалась кожа. Обычно при передаче эфира между нами такого не происходило, потому что она отдавала его добровольно, но сейчас…

Её вспышку почувствовал и отец, который ворвался в кабинет почти сразу же.

— Держи её!

— Держу! — процедил я и выругался, рухнув на колени. — А‑а‑а!

Мэвис не видела и не слышала ничего. Она буквально отключилась, запрокинув голову, пока её магия текла наружу неуправляемым бурным потоком, который грозил порвать меня на части.

Если бы не отец, целители потом собирали бы меня по лоскуткам. Он перехватил потоки её энергии и направил их в себя — и вдвоём нам стало легче держать Мэвис под контролем.

Когда последняя унция её силы погасла, тело Мэвис повалилось вперёд, и я перехватил её, прижав к себе. Она была такой горячей, что я испугался, как бы она себя не выжгла. Так что сразу подхватил её на руки, вынес из кабинета (чуть не прибив при этом Морта) и понёс Мэвис в ближайшую уборную.

Только когда холодная вода соприкоснулась с её кожей, девушке стало легче. От неё буквально шёл пар, пока остужалась перегретая кожа. Больше пяти минут мы вместе стояли под ледяным душем, и я прижимал её трясущееся маленькое тело к себе.

— В‑в‑в‑ворон…

— Тише. Тут нет ни одного предвестника смерти, Мэвис.

— В‑в‑ворон…

Сев в ванную, я посадил её к себе на колени. Отец, который наблюдал за нами, стоя в дверях, вышел — и я был благодарен ему за это. Обхватив ладонями лицо Мэвис, я заглянул в её полные ужаса серые глаза.

— Ты дома, Мэвис. Здесь нет никого, кроме меня. Здесь только я.

В её глазах появилась осознанность. Расслабившись в моих руках, Мэвис прижалась ко мне и уткнулась носом в мою шею.

Когда я отнёс её в комнату, где за ней осталась присматривать Альба — подручный дух отца, — я убедился, что с ней всё в порядке, и вышел. Морт и отец были в его кабинете.

— Пока утверждать что‑либо рано, друг мой, — услышал я, не стучась, зайдя внутрь. — Её душа тела не покидала. Смерти как таковой не было.

— Её сердце не билось, это, во‑первых, — отец мельком посмотрел на меня, когда я прошёл к стеллажу, где