Мотель - Эван Хантер

class="p1">— Наверное, — ответил он и улыбнулся в ответ. — Ну... как тебе? Не дожидаясь ответа, он продолжил: — Мне за него не раз высказывали похвалу. Более того, руководитель отдела творчества Хоуп лично позвонила мне, чтобы...

— Хоп?

— Нет, Хоуп. Хоуп Кромвель. Она креативный директор агентства. Это её официальная должность.

— А какая у тебя официальная должность?

— Я? Я просто копирайтер, и всё.

— Ну, я бы не сказала, что просто копирайтер.

— Ну, Хоуп, видишь ли, вице-президент. А я просто… — Он пожал плечами. — Просто копирайтер.

— Майкл тоже вице-президент, — сказала она. — Мой муж. Он биржевой маклер, я тебе об этом рассказывала? Она сделала паузу, а потом спросила: — Хоуп симпатичная?

— Нет, нет. Ну, да, наверное. Наверное, её можно назвать привлекательной. Наверное, её можно назвать красивой рыжей.

— О, — сказала Милли. — А она вообще хороший человек?

— Вообще-то, иногда она бывает просто невыносимой.

— Майкл тоже, — сказала Милли. — Особенно когда он начинает обсуждать фьючерсы. Ты, например, интересуешься соевыми бобами?

— Нет, но мужчины любят обсуждать свою работу, ты же знаешь. Думаю, он...

— О, я это понимаю. Но я даже никогда не видела соевых бобов, а ты?

— Я видел соевый соус, — сказал Фрэнк.

— Но ты когда-нибудь видел сам соевый боб?

— Никогда.

— Так почему же мне должно быть интересно то, чего я ни разу в жизни не видела?

— И не должно.

— И едва ли увижу в будущем, — сказала Милли. — Конечно, Майкл интересен в других отношениях. У него математический склад ума, понимаешь ли. Я рассеянная, а Майкл…

— Я бы так не сказал.

— Правда, поверь мне. Если бы не Майкл, я бы даже не знала, как поставить будильник. Ну, я, конечно, преувеличиваю, но ты понимаешь, о чём я. У него ко всему такой логичный и чёткий подход, а я просто метаюсь туда-сюда и половину времени даже не осознаю, что делаю. Я очень импульсивна. Делаю всё под влиянием импульса.

— Например, пришла сегодня на обед, — сказал Фрэнк.

— Да. И как приезд сюда, в мотель.

— Для меня это тоже было спонтанным решением, — сказал он.

— Ну, для тебя это было не так импульсивно, как для меня. Ведь, в конце концов, ты же вчера вечером загрузил проектор в свою машину.

— Верно, — сказал Фрэнк. — Да, в этом смысле это было не так спонтанно, ты права.

— Что бы ты ответил, если бы твоя жена увидела, как ты кладешь проектор в машину?

— Наверное, я бы сказал, что понёс его в ремонт или что-то в этом роде.

— А она бы в это поверила? Она тебе доверяет?

— О, конечно. Я никогда не давал ей повода не доверять мне. Почему она не должна мне доверять?

— Ну, если ты таскаешь кинопроекторы в свою машину тайком…

— Я его не прятал. Я просто вынес его. На самом деле её даже не было дома.

— А где она была?

— В магазине. У Мэй есть небольшой антикварный магазин в Мамаронеке.

— О? А как он называется?

— „Всяческое старинное“.

— Правда? — сказала Милли. — Это такой милый магазинчик! Это действительно принадлежит твоей жене? Я там бывала несколько раз. А кто из них твоя жена?

— Ну, в магазине их всего двое, и одной из них шестьдесят лет. Моя жена — вторая.

— Та маленькая брюнетка? Она очень симпатичная. В прошлом месяце я купила у неё кувшин из керамики. Как, ты говорил, её зовут?

— Мэй.

— Красивое имя. Очень весеннее.

— Да. Ну, пишется М-э-й, понимаешь.

— А, не М-е-й?

— Нет, М-э, — сказал он, и они оба замолчали.

— Ну, — сказала она.

— Ну, — сказал он.

— Ты зарегистрировал нас как мистер и миссис Макинтайр? — спросила она.

— Да. Ну, я же не мог зарегистрироваться как мистер и миссис Ди СантанжелоIV, разве не так?

— А почему бы и нет?

— Я бы до сих пор сидел там и подписывал открытку, — сказал он и рассмеялся. — Ди Сантанжело — необычно длинная фамилия, понимаешь.

— Моя девичья фамилия была длиннее. Тебе стыдно, что ты итальянец? — резко спросила она.

— Стыжусь? Нет, нет, почему я должен стыдиться?

— Мне просто кажется странным, что ты выбрал типично англо-саксонское имя, такое как Макинтайр...

— Это не имя из круга белых англосаксонских протестантовV.

— Ты выбрал его вчера вечером? Когда складывал проектор в машину?

— Нет, я выбрал его, когда регистрировался.

— Моя мама бы тут же умерла, если бы узнала, что я нахожусь в номере мотеля с англосаксом по фамилии Макинтайр.

— Он не из их общины, он — католик.

— Ещё хуже, — сказала Милли. — Твоя жена тоже итальянка?

— Она шотландка.

— Как думаешь, мы сможем что-нибудь выпить? — спросила Милли.

— Вообще-то, у меня в машине есть бутылка, — сказал Фрэнк.

— Ого, ты очень хорошо подготовлен, да? — сказала она и улыбнулась. — Проектор в багажнике...

— Ну, я подумал...

— Но, может, нам просто стоит уехать, — сказала она. — По дороге обратно найдём какой-нибудь бар.

— О, конечно, мы можем так сделать, если ты хочешь.

— А ты хочешь так?

— Ну, здесь уютно и комфортно, так что, может, нам стоит… Не хочешь выпить, Милли?

— Я с удовольствием выпью, — ответила она, и он тут же встал и направился к двери. — Но только если это не доставит тебе хлопот.

— Никаких хлопот, — ответил он и снова вышел на улицу.

Она поразмыслила, не снять ли сапоги, но решила не делать этого.

Вместо этого она села на край кровати. На тумбочке рядом с кроватью стоял автомат — „Волшебные пальцы“VI. Она молча прочитала инструкцию, всё-таки сняла сапоги, вставила в автомат четвертак и прилегла на кровать. Кровать всё ещё вибрировала, когда Фрэнк вернулся в комнату. В руках у него был коричневый бумажный пакет.

— Тебе делают массаж? — спросил он.

— Там написано — успокаивающий и расслабляющий.

— Так и есть?

— Это успокаивает, — сказала она. — Не знаю, насколько это расслабляет. Аппарат внезапно