Картографка генерала-дракона. Я должна была оставить его в буре - Лилия Карниенко

Но вопросы уже появились.

Кто подготовил маршрут моего отхода? Почему в расчётах допустили ошибку, которую заметил бы любой выпускник училища? Зачем маршал уверял, что Хесс находится на переговорах, если сначала сообщил о его прибытии в гавань? И почему отказался прямо подтвердить, что генерал лично участвовал в нападении?

Эти сомнения не делали Рорка Хесса невиновным. Они лишь превращали простой приказ в задачу с неизвестными величинами.

Я не любила неизвестные величины.

Воздушная гавань показалась за последним рядом складов. Шесть причальных башен поднимались над восточным обрывом, соединённые подвесными мостами и широкими платформами. Между ними висели торговые суда, грузовые платформы и лёгкие разведывательные корабли. Одни удерживались на высоте воздушными камерами, другие опирались на раскрытые боковые крылья, ловившие восходящие потоки.

За гаванью начиналось небо.

Далеко на востоке, за цепью низких гор, тянулась Чёрная буря.

Она не походила на обычные грозовые облака. Огромная воздушная стена поднималась от нижнего тумана до высоты, на которой не могли летать даже драконы. Тёмные слои медленно вращались друг вокруг друга, пронизанные бледными вспышками. Иногда внутри открывались светлые разломы, напоминавшие дороги, однако через несколько минут они смыкались или меняли направление.

Две империи столетиями пытались нанести на карты хотя бы часть этих путей.

Никому не удалось приручить бурю.

У главных ворот меня остановил караул. После проверки допуска старший стражник провёл меня к третьей платформе. По мере подъёма ветер крепчал, заставляя края плаща биться о сапоги. Сквозь решётчатые ступени была видна гавань: люди внизу казались фигурками на картографическом макете.

Корабль Хесса занимал дальний причал.

Я остановилась ещё до того, как сопровождающий назвал его.

«Аркент» оказался больше, чем следовало из штабного описания. Тёмный корпус вытягивался почти на двести шагов, носовая часть напоминала голову хищной птицы, а четыре боковых крыла расходились в стороны, удерживая судно над обрывом. Между мачтами были натянуты серебристые паруса, способные менять форму в зависимости от направления потока.

Над верхней палубой вращались три навигационных кольца. Внешнее определяло высоту, среднее удерживало курс, внутреннее считывало изменения давления. При правильной настройке они двигались независимо, однако сейчас два кольца шли почти в одном ритме.

Я задержала внимание на механизме.

На платформе кипела подготовка. Матросы переносили ящики, проверяли канаты и закрепляли створки двигательных камер. Люди двигались слаженно, без лишней суеты. Команды отдавались коротко, но никто не повышал голоса.

У трапа меня встретил высокий мужчина в форме капитана.

— Госпожа Кловер?

— Да.

— Эдрен Восс.

Он представился без звания и протянул руку. Капитану было около сорока, его светлые волосы уже тронула седина, а на левом виске тянулся тонкий шрам.

— Ваш пакет находится в картографической рубке. Генерал просил предоставить вам полный доступ ко всем системам судна.

— Генерал уже на борту?

— С рассвета.

Значит, Керро солгал.

— Мне сообщили, что он участвует в переговорах.

Восс едва заметно повёл плечом.

— Переговоры завершились ночью.

— Вы знаете, кто назначил меня на этот рейс?

— Ваш Генеральный штаб.

— А генерал не возражал?

— Генерал Хесс редко возражает до того, как узнаёт, с чем имеет дело.

Ответ прозвучал без насмешки, но я почувствовала скрытое предупреждение.

Капитан повёл меня по трапу. На середине подъёма порыв ветра качнул мост, и я ухватилась за боковой канат. Под ногами разверзалась пустота между платформой и корпусом. Внизу проплывали облака, окрашенные утренним светом.

Восс не предложил помощь, лишь замедлил шаг, давая мне восстановить равновесие. Мне это понравилось больше, чем показная забота.

На палубе воздух пах нагретым металлом, древесиной и высотой. Экипаж готовился к отстыковке, и каждый человек занимался своим делом. Рядом с правым бортом двое матросов натягивали страховочную сеть, у центральной мачты офицер сверял список, а возле кормы группа механиков проверяла крепления малого планера.

Того самого, на котором я должна была покинуть корабль.

Я посмотрела на его узкие крылья. При нынешнем восточном ветре он не добрался бы до обратного потока.

— Картографическая рубка находится над командной палубой, — сообщил Восс. — Оттуда виден весь носовой сектор.

— Сначала я осмотрю кольца.

Капитан остановился.

— Их проверили перед рассветом.

— Тогда повторная проверка не займёт много времени.

Он проследил за направлением моего внимания.

— Вы что-то заметили?

— Пока только хочу убедиться, что ошибаюсь.

Мы поднялись по короткой лестнице к центральному механизму. Навигационные кольца находились на высоте двух человеческих ростов, но к их нижним креплениям вели узкие технические мостки.

Чем ближе я подходила, тем очевиднее становилась проблема.

Среднее кольцо отставало от внешнего на половину деления. При обычном полёте такая погрешность вызвала бы небольшое отклонение курса. Внутри Чёрной бури она заставила бы систему принять снижение за поворот и направить судно под основной поток.

— Когда меняли центральный кристалл? — спросила я.

Восс подозвал старшего механика.

— Три дня назад, госпожа, — ответил тот. — После проверки всё работало точно.

— Поднимите кольцо на шестое деление.

Механик выполнил команду. Металлический обод пришёл в движение, по его поверхности пробежало бледное свечение. Внешнее кольцо повторило поворот, хотя должно было остаться неподвижным.

Капитан выругался сквозь зубы.

— Связующая тяга зацеплена за обе оси, — сказала я. — Кто-то установил её неправильно.

— Это невозможно, — возразил механик. — Крепления разные.

Я наклонилась над основанием. Между двумя пластинами виднелась тонкая тёмная деталь.

— Здесь стоит переходная скоба.

Мужчина побледнел.

— На корабле нет таких скоб.

— Теперь есть.

Я сняла перчатку, просунула пальцы между пластинами и попыталась достать деталь, но она сидела слишком глубоко.

— Нужен узкий ключ.

Механик поспешил к шкафу с инструментами.

— Сколько времени займёт исправление? — спросил Восс.

— Если ось не повреждена, меньше получаса. Если повреждена, вылет придётся отложить.

— Его нельзя откладывать.

Новый голос прозвучал у меня за спиной.

Я знала, кому он принадлежит, ещё до того, как обернулась.

Рорк Хесс стоял у нижней ступени мостка.

Он оказался не похож на человека, которого я годами представляла над горящей Лиаррой. В моём воображении генерал всегда был огромным, тяжёлым, окружённым пламенем и криками. Настоящий Рорк выглядел сдержаннее и опаснее именно благодаря отсутствию внешней жестокости.

Высокий, широкоплечий, в тёмной форме без церемониальных украшений, он держался с естественной уверенностью человека, привыкшего отвечать за всё вокруг. Чёрные волосы были коротко подстрижены, на виске серебрилась тонкая прядь. Лицо казалось суровым из-за прямых бровей и чёткой линии рта, однако в серых глазах не было холодного равнодушия.

Там была внимательность.

Он изучил сначала меня, затем открытый механизм.

На воротнике формы поблёскивал знак: дракон с расправленными крыльями.

Тот же знак я видела над Лиаррой.

Пальцы сами сжались вокруг края металлической площадки. Я