Случайные. Я тебя найду, глупая - Елена Архипова

Так что да, эти кресла точно ему не по росту!

Колени упираются в спинку впереди стоящего кресла. Не просто упираются —

въедаются. Создаётся ощущение, что сейчас пластик не выдержит и треснет, а

пассажир впереди (какой-то тощий очкарик, который уже успел наклонить спинку

до упора, будто он в люксе летит) получит мощнейший удар в поясницу.

“Идиот! — мысленно обругал себя. — Думать надо было, когда покупал билет!”

Цербер попытался раздвинуть ноги и тут же сдвинул их снова.

Неприлично сидеть вот так, рядом с женщиной, пусть бы даже и спящей.

Он перевел взгляд на часы. Прошло всего сорок минут полета.

Впереди ещё три часа двадцать минут ада.

И тут, как вишенкой на этом дерьмовом торте, вступает главный артист. Третий

ряд. Новая порция храпа.

Николай попытался вернуть себе спокойствие медитацией, но под рулады храпа у

него нихрена не получалось.

Поясницу ломило. Шея затекла. Правая нога начала затекать минуту назад, но он

не мог её вытянуть, потому что там было кресло соседки. Его левая нога

угрожала проломить дыру в обшивке — больше её деть было некуда.

Он поменял позу, наверное, уже в сотый раз, но легче не становилось. И вдруг

Цербер сначала почувствовал, как кто-то тронул его за рукав, а потом он

услышал:

— Простите, — раздалось негромкое совсем рядом.

Он открыл глаза и посмотрел на незнакомку. Блондинка протягивала ему наушник —

один из двух. Второй был у неё в ухе. В другой руке она держала телефон.

Он удивленно поднял брови.

— У вас своих нет, — сказала она ровно. — А это единственное спасение от храпа.

Хотя бы частично.

— Спасибо, не надо, — ответил он, разглядывая её уже без стеснения.

— Боитесь, что подсуну что-то сомнительное? — она чуть приподняла бровь, качнув

телефоном в руке. — Или вы из тех, кто принципиально не пользуется чужими

вещами?

— Я из тех, кто не любит музыку в наушниках.

— Ну, дело ваше, — она пожала плечом и воткнула оба наушника себе. — Я просто

предложила вам помощь.

Цербер не привык к такому. Обычно люди либо избегали его взгляда, чувствуя за

его плечами нечто опасное, либо слишком усердно пытались понравиться,

чувствуя его силу и превосходство над ними.

Незнакомка же просто предложила помощь. Ему. Как старому знакомому.

Николай быстро перебирал в памяти файлы. Нет. Он её не знает. Такую эффектную

женщину он бы точно запомнил.

— Вы всегда так бесстрашно предлагаете наушники незнакомцам? — спросил он.

Она вытащила один наушник, чуть наклонив голову:

— Только тем, у кого уставший вид и явное желание спать. Но вы, кажется, уже

передумали.

— С чего вы взяли?

— Вы смотрите на меня, а не спите, — ответила она с лёгкой усмешкой.

Глава 3

Глава 3

Глава 3

Так и не дождавшись от него согласия принять от неё помощь, женщина пожала

плечами и прикрыла глаза. Длинные ресницы дрогнули, и Николай поймал себя на

том, что смотрит на неё дольше, чем следовало.

— Вы меня разглядываете, — сказала она, не открывая глаз.

— А вы — притворяетесь, что спите, — парировал он.

Она открыла глаза, повернулась к нему. Взгляд — в упор.

— Допустим. И что дальше?

— Дальше вы скажете, зачем на самом деле предложили наушник.

— А вы скажете, почему так подозрительны?

— Я первый спросил, — ляпнул, не ожидая от самого себя такого.

Она усмехнулась, услышав его аргумент, но ответила:

— Хорошо. Я не могла заснуть, потому что вы всё время возились рядом. Когда я

садилась на свое место, вы спали. Спали и когда мы взлетали. А потом, вдруг,

проснулись. Вы не пытались пробраться мимо меня, чтобы сходить в туалет, не

вызывали стюардессу с напитками, вы просто не могли устроиться. У меня здесь

музыка для медитации, поэтому я предложила вам наушник. Но стоило мне

вытащить один, как я услышала причину вашей бессонницы.

Она усмехнулась:

— Должна признать, причина веская и очень громкая.

Николай неожиданно хмыкнул и кивнул, соглашаясь со словами своей соседки.

— Не хотите наушник, могу предложить поменяться с вами местами. Так хоть ноги в

проход вытяните.

— А вам непременно надо хоть как-то меня осчастливить? — Цербер впился в

незнакомку взглядом. — С чего, вдруг, мне такой приоритет? От колобка

скоропостижно сбежали, не пожелав принять его внимание, а ко мне такое

участие? Или вы из тех женщин, которые предпочитают всё и всегда делать

сами? Даже выбирать себе партнера на ночь?

— А мы с вами сейчас точно об одном и том же говорим? — женщина удивленно

вскинула брови. — Или от вас тоже только что скоропостижно сбежали? —

отзеркалила она его же сарказм и вдруг спросила: — Вы кого-то боитесь? Или

просто привыкли проверять каждого, кто оказывается рядом и предлагает вам

свою помощь?

“Мудак!” — обругал себя мысленно Цербер, а вслух произнес:

— Извините. Просто я очень устал и планировал в полете выспаться, а тут это

износилование одним человеком всего самолета.

— Ладно. Давайте по-честному. Я не буду делать вид, что сплю, а вы не будете

делать вид, что не смотрите на меня. Идёт?

— Идёт, — неожиданно для себя согласился он. Эта женщина всё больше и больше

нравилась ему.

— Николай, — представился первым.

— А…ина, — представилась она в ответ и протянула ему свою ладонь.

Из-за того, что именно в этот момент мужик опять всхрапнул, имя прозвучало

неразборчиво. Но Николай уловил: женское, мягкое. Кажется…

Он секунду смотрел на её руку, потом пожал. Ладонь тёплая, сухая, нежная кожа,

узкая ладонь, тонкие пальчики. А рукопожатие уверенное, не такое сильное,

как мужское, но и без женского жеманства. “Ах, я думала, он мне ручку

поцелует, а он мне её чуть не сломал!”

“Изящные щиколотки, узкие ладони… Интересно, она везде такая узкая?” —

пронеслось вдруг кометой в его мозгу.

Додумать свою шальную мысль Цербер не успел, потому что в этот момент динамики

ожили и они услышали голос стюардессы:

— Уважаемые пассажиры! В связи с резким ухудшением погодных условий аэропорт

назначения временно закрыт. Наш самолёт совершит посадку на запасном

аэродроме в город Н-ке. Приносим извинения за доставленные неудобства.

Ожидаемое время посадки — через тридцать минут.

По салону прокатился недовольный гул голосов.

Женщина, услышав название города, вздрогнула,