Во власти демона. Потерянная связь - Галина Липатова

Отныне и до тех пор, пока мы не отыщем нашего седьмого товарища, нам закрыты двери всех храмов. Нам не дадут заданий, не пустят ни в один дом. Ни в один, даже в родной…

В глазах защипало.

«Мама… Отец…»

Я понимал, что теперь не посмею показаться им на глаза.

— Мы найдем его, — спокойно, но уверенно произнес наш подросток, чуть сжав рукой мое плечо.

— Да, — уже уверенней ответил я. — Чего бы нам это ни стоило.

Вынырнув из потока воспоминаний, озвучил свое решение:

— Мы вернемся за ней через пару часов. А сейчас нам нужно восстановить магический резерв. Переход через границу миров отнимает много сил даже с амулетами.

Хорошо, что при переносе нас закинуло на родную часть мира, попади мы на территорию ангелов, возникли бы проблемы.

Хоть мы находились в шатком мире с соседями, однако, несанкционированное появление могли расценить как нападение. Любую другую группу забрали бы, так или иначе, а дело замяли, но в нашем случае… Даже пальцем бы не пошевелили, а то и наоборот выставили бы виноватыми. Сложно бы пришлось.

А так, серый пепел застилал небо, обжигающая красная корка под ногами, вокруг, насколько хватало глаз, только скалы, покрытые хилым кустарником. Раскаленный воздух опалял легкие, но это было даже приятно.

Мы без проблем разбили скромный лагерь: костер, на котором уже кашеварил Вель, и расстеленные кругом циновки, вот, впрочем, и все наше богатство.

— Дей, ты не мог ошибиться? — осторожно спросил меня Бальтазар, откладывая в сторону свой шест, который почти не выпускал из рук. — Она совсем не похожа на демона, скорее на ангела…

Бальтазар, как всегда, мнителен. Кинул взгляд из-под челки, словно извиняясь за недоверие, но синих глаз не отвел, ожидая ответа.

— Уверен, — сказал я, но сомнение закралось в душу, ведь действительно ничего общего, а белоснежная кожа и впрямь, как у ангела. Но эти глаза, они зацепили меня еще в первый момент, когда я в них посмотрел, смутила внешность, но в последний раз… Я почти уверен, что слышал стук именно ее сердца, как одной из нас.

— Возможно, реальный облик запечатан или искажен, — предположил Рейф, не отрывая внимательного взгляда янтарных глаз от своего клеймора, доводя и без того острую кромку меча до совершенства.

— Мы должны были снять всю наложенную магию артефактом, — нервно теребя прядку волос, выбившуюся из высокого хвоста, возразил Бальтазар.

— Возможно, это не сработало, а точнее сработало не до конца, — подключился к разговору всегда спокойный и рассудительный Вель, не отрываясь от приготовления ужина. — Артефакт полностью разряжен, я не могу утверждать, что его мощи хватило, — продолжил он, отвечая на мой немой вопрос.

— Это один из мощнейших нейтрализаторов магии, который мы когда-либо находили, — возразил я, начиная нервно ходить вдоль костра, отчего вплетенные в косу лезвия застучали по доспеху. — Наши щиты уцелели чудом. Кто, а главное зачем, наложил столь мощные печати на ссыльного демона?

— Мы даже не смогли узнать зачем вообще было ссылать демона в другой мир, он же был совсем крохой, — напомнил Матвей, на секунду прерывая упражнения с массивным фламбергом, который он с легкостью держал даже одной рукой, заставляя бугриться мышцы под черной, лоснящейся потом, кожей.

— Ошибки быть не может, — тихо произнес Асура, крутя в руках флейту. — Она использовала магию. В мире людей магия заблокирована, артефакт уничтожил остаточные эманации от перехода и, видимо, повредил печать, скрывавшую ее собственную магию, в результате чего она смогла ей, пусть и неосознанно и не в полной мере, воспользоваться.

— Асура абсолютно прав, — согласился с ним Матвей. — И если это так, то сила ее магии огромна. Возможно, это и есть причина.

— Скоро мы узнаем все наверняка, — сказал я, понимая, что, если это действительно наш седьмой член команды, вопросов и загадок существенно прибавится.

Вот только после разговора с товарищами я начал сомневаться, действительно ли та девушка наш седьмой член команды. Она и впрямь не походила на демона. Мог ли я ошибиться?

Мог. И это заставляло меня нервничать и тянуло вернуться на Землю как можно скорее.

Существовала еще одна проблема, даже если я прав: мы ее напугали. Вредить человеку я не собирался, но отвлекся на нее и немного переборщил с силой.

«Люди так хрупки. Надеюсь, он выжил. Страх можно преодолеть, объяснимся, и все встанет на свои места. Но если человек окажется мертв… Эта ошибка дорого мне обойдется».

Однако, как и триста лет назад, я оказался слишком самоуверен и слишком беспечен.

Глава 3

Потерянное дитя

Назриэль

Сегодня учитель пригласил меня на заседание Совета. Никогда не любил этот зал, источающий ауру запустения и старости. Он представлял собой средних размеров комнату, освещенную приглушенным светом, лившимся из панорамных окон, расположенных по всему периметру зала. В середине комнаты стоял овальный стол цвета беленого дуба, окруженный семью стульями. Шесть из них были заняты, в том числе один — моим учителем. Седьмой стул во главе стола оставался пуст.

Учитель приглашал меня сюда, не злоупотребляя, зная, что мне претят эти собрания стариков, давно растерявших желание что-либо менять, да и желание жить, как по мне, тоже. Он, в отличие от остальных, был другим, словно ему никогда и не исполнялось больше двух тысяч лет. По-прежнему энергичный и полный жизни, он был молод не только телом, но и душой.

За что я его особенно уважал, так это за предоставленную возможность изучать и делать то, что нравилось лично мне, независимо от мнения окружающих.

А я любил людей. Их мир, такой удивительный, полный жизни, яркий, прекрасный, как и они сами. Их жизнь проходила быстро, но была настолько наполнена энергией, что буквально излучала ее.

Я изучал их уже на протяжении семисот лет. Видел войны, распри, геноцид, рабство, однако, на их фоне все прекрасное, что было у людей, только становилось ярче: театры, живопись, песни и стихи, фестивали, карнавалы, а особенно книги. Фантазия их потрясала воображение, для них не существовало границ, и это было прекрасно.

— Поставки зерна с южных долин сократились вдвое по сравнению с прошлым десятилетием, с этим стоит разобраться, — вывел меня из задумчивости озабоченный голос учителя.

— Зверье с земель Тенебры досаждает нам все чаще, — ответила Морена, сжав свои тонкие губы, что делало ее красивое строгое лицо отталкивающим. — Проблемы не только на юге. С запада все чаще прилетают полчища часар*, сметая на своем пути все растения.