Хранитель - Эмми Чендлер

class="p">Дверь открывается, и в дверном проёме появляется охранник — первый человек, которого я увидела с момента посадки в их транспорт, не считая моих сотоварищей по клеткам. На нём тёмно-серая форма Всемирного правительства, потому что Родон — не просто планета-тюрьма. Она одна из нескольких частных планет-тюрьм, принадлежащих ВП, которая зарабатывает состояние на поселении заключенных от правительства.

— Просыпайтесь, дамы. Я рад сообщить вам, что мы вышли из световой скорости и приближаемся к планете Родон. Или, точнее, к станции Альфа, одна из четырех охранных станций, находящихся на орбите планеты. Там проведут опрос, выдадут одежду и припасы, а затем посадят на шаттл, направляющийся на поверхность планеты. Южное полушарие, четвертая зона.

На секунду, его объявление встретило молчание. Затем все начинают говорить одновременно.

— Что такое четвертая зона?

— Какие припасы мы получим?

— Там есть кровати? Дома?

— Ты собираешься нас сперва накормить?

Охранник поднимает руку, требуя тишины, и тот факт, что все ему подчиняются, говорит мне, что я не единственная, кто напуган до чёртиков.

— Вы получите любые ответы, на которые корпорация решит, что вы имеете на них право, на станции «Альфа». На самом деле я здесь только для того, чтобы сказать… Добро пожаловать домой.

Глава 2

Одра

После клетки, в которой я провела всю прошлую неделю, комната, в которую нас конвоируют под вооруженной охраной, кажется пещерой, хотя на самом деле нам едва хватает места, чтобы стоять локоть к локтю, и при этом умудряться надевать форму заключённых, которую нам сейчас выдали.

Нас теперь стало больше. По крайней мере, в четыре раза больше женщин, которые находились рядом со мной в нашем транспортном отсеке, и внезапно я понимаю, почему нас свалили в три ряда. На этом маленьком транспортном корабле нас, вероятно, было человек сто.

Одевшись, мы идём по безликому коридору, сделанному из лёгкого и прочного материала, из которого, кажется, построена вся внутренняя часть корабля. Я держусь поближе к Мейси, потому что её большие карие глаза, кажется, ничего не видят. Она выглядит ошеломлённой и ничего не понимающей. И она напоминает мне мою младшую сестру.

Нас ведут через большой грузовой отсек, и я слышу суету охраны ещё до того, как спускаюсь по трапу и выхожу из транспортного корабля.

Сначала я могу только пялиться. Станция Альфа блестящая и стерильная. Повсюду стоят вооруженные охранники в униформе ВП (всемирного правительства), их взгляды постоянно сканируют нас, выжидая неприятностей со стороны группы женщин, которые только сейчас начали выпрямляться после недели в тесной клетке, где мы не могли даже встать.

Слева от нас две пустые посадочные площадки, где другие корабли размером с наш транспорт могут приземлиться и выгрузить заключённых. За ними и за кораблем, с которого мы только что сошли, на нас смотрит бездна синего космоса — бархатистое тёмное пространство, усыпанное далёкими звёздами, отделённое от нас только мерцающим нанобарьером, сохраняющим окружающую среду внутри станции и не даёт нам всем разлететься по космосу.

Кто-то толкает меня локтем, и я поворачиваюсь и обнаруживаю, что Леда смотрит вверх и показывает на верх. Я поднимаю глаза и обнаруживаю, что купол над нами представляет собой металлические соты, снабжённые восьмиугольными листами какого-то прозрачного материала, работающего под высоким давлением, — панорамное окно с множеством стекол, выходящее на…

Око дьявола.

Планета-тюрьма лишь выглядывает из-за левого края купола, и из-за нашей низкой орбиты она кажется огромной. Продолжая своё движение, через время она будет занимать весь обзор, закрывая само пространство, а также две другие планеты, вращающиеся вокруг солнца Родона. Хотя обе другие планеты представляют собой каменистые тела, на которых нет воды, насколько я видела, Родон был терраформирован, и, к моему облегчению, он очень похож на Землю, за одним примечательным и печально известным исключением.

Я никогда не ступала на родину человечества, но все знают, как выглядит Земля. Или как она выглядела до того, как перенаселение и загрязнение окружающей среды привели к серии массовых миграций, как только технологии позволили нашим предкам достичь других обитаемых планет.

Хотя Родон намного меньше и немного ближе к солнцу, на ней, как и на Земле, есть несколько континентов, а также океаны воды, видимые сквозь промежутки в сети облаков. Но вместо знаковых зелёных пятен Земли и глубоких синих морей, океаны на Родоне имеют размытый оттенок красного, а земля, где она не ржаво-коричневая, имеет пышный, многогранный малиновый цвет, словно бархат, драпированный по всей поверхности планеты.

— Почему всё красное? — шепчет Леда.

— Минералы, — шепчет в ответ женщина слева от нас. — Что-то в минералах проклятой планетки придаёт воде ржавый оттенок и заставляет деревья, выращенные из земных семян, выпускать странные красные листья.

Я не думаю, что деревья выглядят странно. Во всяком случае, не более странно, чем зелёные деревья. Не то чтобы мне было с чем их сравнивать на моей родной планете.

— Потому его и называют Оком дьявола, — продолжает женщина. — Издалека он похож на злобный красный глаз, пристально смотрящий в космос.

Может быть и так. Но вблизи Родон прекрасен.

С другой стороны, Мейси смотрела на нас, и на секунду я почти забыла, что я заключённая. Несмотря на то, что с такого расстояния Родон кажется раем, на самом деле он представляет собой одну большую клетку, населённую миллионами заключённых.

— Вот и всё, — рявкает в нашу сторону голос, и я отвожу взгляд от потрясающего вида и обнаруживаю крупную женщину в униформе ВП, стоящую, расставив ноги и сложив руки за спиной. По обе стороны от неё стоят несколько крупных вооружённых охранников. На её бейдже написано «Парова». — Присмотритесь хорошенько. — Парова жестикулирует, указывая на Родон. — Обратите особое внимание на тонкую плёнку, которую можно увидеть на краю планеты. Над облаками. Возможно, вам понадобиться прищуриться. Она абсолютно прозрачна.

Я присматриваюсь, и нервные копошения вокруг меня прекращаются, и мои сокамерницы замерли приглядываясь. И вот оно. Очертание Родона прямо над атмосферой. Мерцающая плёнка, очень похожая на нанобарьер, защищающий эту орбитальную охранную станцию от космоса.

— Этот экран на самом деле представляет собой пирощит. Все, что прикоснётся к нему, мгновенно распадётся атомы. Это означает, что даже если бы вы нашли выход за пределы поверхности большого красного шарика, вы бы не смогли попасть в космос. В тот момент, когда вы ударитесь о щит, вы и любое транспортное средство, в котором вы находитесь, разлетится на миллиарды микроскопических осколков материи. Единственный путь покинуть эту планету — через один из люков в щите, который обслуживают четыре станции охраны. Для вас это означает, что, приземлившись на поверхность Родона,