Наследник для звёздного захватчика - Маша Малиновская

ты предлагаешь просто сбросить с крыши? — Яра сложила руки на груди. — В ней четыре литра крови, нужной Тайену, и весьма интересные яичники. Это нужно извлечь. Будешь хорошей девочкой, Идая, после исследований, может, и тебе один подарим. И тогда ты сможешь ещё раз попытаться захомутать моего брата.

От слов Яры, которые так естественно слетали с её уст, у меня мороз по коже пробежал. Этому невозможно было не ужаснуться. Особенно потому, что если у Тайена и Яры не получится спасти нас с Шейном, то именно это со мной и сделают.

Эта Идая смотрела на Яру с недоверием, даже некоторой брезгливостью. Наверное, сестра командора вызывала шок своей жестокостью и прямолинейностью не только у землян, но и у собственных собратьев.

— С дороги, милая, у нас там уже операционная наготове, — Яра схватила меня за руку и, практически отодвинув наместницу Зелёной ветви плечом, толкнула меня вперёд по коридору.

Я не удержалась и, запутавшись в платье, перецепилась ногами и упала на колени, больно ударилась и вскрикнула от боли.

— Вставай, ущербная, время идёт, — сестра командора дёрнула меня за плечо, ставя на ноги, а потом потащила за собой, оставив сзади Идаю.

Мы прошли ещё несколько пролётов, не встретив, к счастью, никого. Яра вдруг остановилась и привалилась к стене, тяжело дыша.

— Тебе плохо?

— Мутит. Сейчас пройдет. Хороший получился спектакль, — усмехнулась она, прикрыв глаза. — Ты молодец, цветочек.

— Цветочек? — я взяла её запястье и нашла пульс, чтобы оценить состояние. То, что у Яры была кровь, а лицо бледное, мне совсем не нравилось.

— Мой брат зовёт тебя Лайлэйн. Это цветок. Поэтому и цветочек, — Яра открыла глаза и оттолкнулась от стены. — Но знаешь, Лили, нихрена ты не цветочек. Это с виду такая нежная и трепетная. Однако, кажется мне, что ты способна голову отгрызть, если придётся.

Внезапно она выдернула руку из моих пальцев, и её согнуло пополам в приступе тошноты.

— Пошли дальше, — Яра вытерла рот и отдышалась. — Отпустило.

Мы продолжили свой путь до медицинского крыла. Едва вошли в одну из смотровых, как к нам навстречу вышла медсестра-кроктарианка в серой форме.

— Фирри Яра, — склонила она голову перед сестрой Наместника, как диктовал этикет. — Чем я могу помочь?

— Включи лазерную диагностику.

— Хорошо, — кивнула медсестра. — Сейчас зарегистрирую обращение в системе и всё сделаю.

— Сделай без регистрации, — отдала приказ Яра.

— Но ведь вы знаете, что это нарушение правил, — удивлённо посмотрела медсестра, а потом вскрикнула, когда Яра схватила её за волосы и толкнула к креслу. — Включай, я сказала.

Девушка дрожащими руками запустила систему на панели у кресла. Датчик рядом пискнул замигал зелёным. Я думала, Яра девушку отпустит, но пока я пыталась понять, как работает датчик, она сдавила ей горло, и та через несколько секунд потеряла сознание.

— Зачем ты это сделала? — я бросилась к медсестре и попыталась нащупать пульс на шее.

— Оклемается. А ты давай поторопись, иначе твой яичник точно достанется Идае, — ответила мне Яра, влезая на кресло и поднимая свитер. — Приложи датчик к животу, данные должны отобразиться.

Убедившись, что медсестра жива, я сделала то, что сказала мне Яра. Мы обе замерли, глядя на экран, пока я медленно вела датчиком.

На панели высветились какие-то данные. Кроктарианский язык был адаптивен в устной речи, и нас его обучали в школах, но вот письменную речь я не знала.

Зато знала Яра.

— Признаков нарушения целостности сосудов и внутренних гематом не обнаружено, — проговорила она. — Что это значит?

— Что либо твоё кровотечение не опасно, либо… ты уже потеряла ребёнка, — я постаралась это сказать максимально спокойно, но у самой внутри ёкнуло. Это ведь был ребёнок и Шейна тоже.

А потом на экране появилась кардиограмма. Светящаяся точка превратилась в бегунок и поползла по экрану, образуя неровную линию пульса.

Частота сердечных сокращений была высокая, очень. Это означало, что датчик нашёл и зарегистрировал сердцебиение не Яры. Это билось сердце ребёнка. Он был жив и, судя по показателям, которые я смогла понять — был в порядке.

30

Яра замолчала и не моргая смотрела на экран. Её лицо застыло, а в глазах появился блеск, которого я до этого не замечала у неё. Она сделала резкий вдох, моргнула, а потом растерянно посмотрела на меня.

Взгляд этот длился ровно секунду, но он меня поразил. Было в нём что-то такое… Совсем новое, неизведанное. Невероятный шок, попытка осознать, метаморфоза. В это мгновение внутри Яры что-то произошло, я была в том совершенно точно уверена. Нечто грандиозное случилось в её внутреннем мире, полном ярости и жестокости.

— Время идёт, — она моргнула и вновь стала собой. — Уходим.

Яра одёрнула свитер и вскочила с кресла. Наклонилась к медсестре, которая начала приходить в себя и глухо застонала, приподняла её голову и сжала ладонью подбородок.

— Стой! — я бросилась к ней, когда поняла, что Яра хочет попросту свернуть той шею. — Не убивай её. Не надо.

— Она нас сдаст, — отрезала Яра и сжала пальцы, чтобы сделать рывок, но вдруг замерла и нахмурилась. — Мать вашу, — выругалась сквозь зубы и просто зажала на несколько секунд сосуд на шее девушки, снова сталкивая ту в обморок, а потом перетащила её в небольшую кладовку и закрыла там.

Мы снова вышли в коридор и направились в её комнату, чтобы я могла переодеться. Времени, которое командор отвёл нам на сборы, оставалось всё меньше.

— А вдруг мы снова встретим Идаю. Что тогда? — обеспокоено спросила я Яру, пока мы шли.

— Я сверну ей шею, — пожала плечами Яра. — Тут уж кладовкой не обойдёмся. Зелёная сучка меня бесит.

Ох, наместнице в зелёном уж точно не стоило бы попадаться на нашем пути. Может, беременность и влияла на Яру, но уж не настолько.

Через несколько минут мы были в комнате Яры. Выглядела она намного проще, чем моя. Никаких тяжёлых штор, покрывал и деревянной мебели. Всё очень аскетично и с минимумом деталей. Как комната настоящего солдата.

— Снимай свои тряпки, — кивнула она мне, а сама подошла к серебристому шкафу, встроенному в стену и нажала на сенсорную панель.

На самой панели высветилось изображение одежды. Яра стала перелистывать, выбирая подходящее.