Травма - Оля Олич

– Да, отец решил по-своему, – сказал Майк без эмоций. – У него свои мысли насчет моей адекватности.

– Не понимаю, о чем идет речь, – наконец произнесла я, отпивая пиво, – ты же… не такой, как все они думают? – В моем голосе прозвучали нотки надежды на положительный ответ.

Нолан посмотрел на меня разочарованно.

– Я даже не знаю, Эшли. Они знают обо мне больше, чем ты. В этом и дело.

– И что, я убегу, если что-то о тебе узнаю? – удивилась я.

Интересно, насколько страшным он все это себе представлял? Неужели настолько, что я могу в момент выскочить и, оставив его, уйти? Теперь я хотела непременно узнать, что он так тщательно скрывает.

Майкл не ответил – молча допил пиво и ушел на кухню, видимо, за следующей банкой. Я не стала настаивать, поэтому просто продолжила листать каналы и искать хоть что-то интересное: мультики, музыка, новости, очередные мыльные комедии о подростковой любви. Я остановилась на старом боевичке со Сталлоне и надеялась, что это не сработает как триггер для бывшего военного.

Может, я вообще зря переживаю по этому поводу? Думаю, если этот фильм будет его ранить, то он мне об этом скажет. Я расслабилась, откинувшись на спинку дивана, смотрела фильм, попивая пиво и стараясь не отвлекаться ни на что другое, пока ждала возвращения Майка.

Он говорил с кем-то по телефону, подслушивать его я не решилась, да и не думала, что в этом есть какой-то смысл.

Судя по спокойному тону Майка, он говорил с кем-то близким, но я пока не могла чувствовать перемену его настроения так быстро. Может, я и ошибалась.

Время уже шло к четырем утра. Майк вернулся спустя пару минут.

– Отец думает, что я плохо влияю на брата. – Он посмотрел на меня, надменно подняв бровь. – А ты как думаешь?

– Пока я вижу, что ты хорошо к нему относишься, – пожала я плечами. – Хоть я и мало тебя знаю.

– Но не боишься сидеть в моей гостиной в три ночи… – слегка улыбнулся Нолан, но его глаза были так же пусты, как и раньше. – Так что там насчет твоего бывшего? Кто такой?

– Ох, – я даже и не знала, с чего начать, – вообще, мы с ним давно расстались, но он преследует меня, звонит, пишет, таскается по пятам. В последний раз пообещал, что не оставит в покое.

– Мгм, – с отвращением нахмурился Майк. – Нарывается.

– Я ничего не смогу поделать, он теперь коп. – Я взяла новую банку из спайки, которую принес Майк. – Можно?

– Мгм, – задумчиво произнес мужчина, и я открыла банку, – если что, звони. Давно не разминался.

Я понимала, что он намекает на драку, но не стала протестовать. Так или иначе это, возможно, отпугнет Вуда и не позволит ему приближаться ко мне.

– Спасибо, – сказала я, начав есть буррито.

Буррито было заправлено перцем, я запивала эту остроту, жадно глотая пиво, и со временем я достигла состояния приятного опьянения.

Майк тоже пил, но не ел. Меня это напрягало. Я следила за ним исподтишка: он расслабленно откинулся на диван, равнодушно глядя в экран телевизора. Его не интересовала картинка. Он был глубоко в себе.

– Почему твой отец не доверяет тебе? – Я наконец-то набралась смелости для этого вопроса и тем самым отвлекла Нолана от его рассеянных раздумий.

– Тяжелая история. – Майк цокнул языком и так сильно сжал банку, что та с грозным хрустом смялась.

– Можешь не говорить, – сказала я, надеясь, что смогу его успокоить.

– Нет, я расскажу, чтобы ты понимала всю ситуацию… – Он кинул пустую банку к остальным, под стол, а затем повернулся ко мне и протянул свой мобильный с разблокированным экраном.

Глава 25. Осознание кошмара

На экране телефона была та самая фотография золотистого ретривера.

Ее я видела на холодильнике, в комнате Зака на стене, но никогда не спрашивала о том, где пес сейчас.

Нолан молча смотрел на меня. Наверное, хотел, чтобы я спросила что-то.

– Как его зовут? – сглотнула я.

Я почувствовала напряжение в груди, и это заставило меня вдыхать чаще и глубже обычного.

– Чарли, – спокойно и негромко начал Майкл, – ему было двенадцать лет, он был моим другом и верным попутчиком. Собаки умные существа, мы их не заслужили…

После его слов я поняла, что Чарли больше нет, но продолжила слушать.

Нолан посмотрел на меня, чуть прищурившись. Его глаза казались темными даже несмотря на то, что экран телевизора достаточно сильно освещал место, где мы сидели.

– Я тогда вернулся из очередной командировки вместе с Джейкобом. Это был наш последний с ним вылет. Он познакомился с Викки, я вернулся сюда. Здесь жил отец со своей новой женой и Заком. А еще здесь жил Чарли. В Ираке все было… херово. Очень херово. Настолько, что я пару недель мучился от кошмаров, не давал никому спать, мне вечно грезилось, что я все еще не вернулся. Будто я – кто-то другой, и все происходит не со мной. Постоянно приходилось звонить Джейку, но я понял, что он не должен это все переживать. Я пошел в поддержку ветеранов. Она проходит в подвале церкви. Может, ты видела когда-нибудь вывеску. Если нет, то не важно.

Я сидела и слушала его рассказ, не прикасаясь к еде или к выпивке. Он говорил так размеренно и спокойно, что этот тон ненароком начал пугать меня. Он совершенно точно напрягался: это было видно по играющим мышцам его рук, по выпирающим на них венам.

– Чарли был моим самым любимым псом из всех, что у нас были. Мне было восемнадцать, когда его привезли еще щенком. Я успел привязаться к нему настолько сильно, что просил семью присылать его фотографии в тренировочный лагерь, а после – и в Афганистан. Время шло, я прослужил почти десять лет, из них большую часть провел в расположении части, в командировках. Последняя была самой долгой – она длилась целый год. Я вернулся, и все пошло по наклонной.

Почему-то я начала догадываться, что за этим последует. Мелкие пугающие мурашки пробежались по всему моему телу, но я не хотела верить своему тревожному предчувствию. Майкл продолжил. С каждым произнесенным словом ему становилось все хуже, но я не решалась прервать его.

– Я уснул на террасе с книжкой в руках, это было на следующую неделю после возвращения. Мне снилось, что я снова там, в пыльном бараке, страхую снайпера из разведки, что талибы опять натравили на нас своих собак. Чарли просто не повезло