Мейсон - Мишель Хёрд

— Боишься, что он быстро к тебе остынет? — Доверьте моей подруге быть предельно честной.

— И это тоже, и еще — вдруг мы дадим отношениям шанс, и мне придется ломать себя, чтобы вписаться в его мир? — Я посмотрела на свои руки, вцепившиеся в его свитер. — Мне нравится та, кто я есть.

— Может, тебе стоит поговорить об этом с Мейсоном? Узнать, чего он на самом деле ждет от отношений, прежде чем начинать накручивать себя. Его ответ может тебя удивить. — Когда я просто кивнула, Лейла напомнила: — Посмотри на нас с Фэлконом. Я не менялась ради него, потому что он любит меня такой, какая я есть. Если бы я изменилась, я бы его потеряла.

— Знаю, ты права, но я не могу не волноваться, — призналась я.

Лейла потянулась и сжала мою руку.

— Не думай об этом слишком много. Если у вас ничего не выйдет, по крайней мере, наслаждайся флиртом.

Улыбнувшись, я согласилась.

— Да, я определенно всё слишком усложняю. В конце концов, не каждый день девушке уделяет внимание такой мужчина, как Мейсон. — Затем моя улыбка превратилась в озорную ухмылку. — Представляешь, как он зависнет, если я начну флиртовать в ответ?

— Я бы дорого отдала, чтобы на это посмотреть! — расхохоталась Лейла.

Почувствовав себя лучше после разговора с подругой, я встала.

— Пойду в душ и приведу себя в порядок. — Направляясь в спальню, я хмыкнула: — Может, даже надену что-нибудь сексуальное и накрашусь.

— Да! Пускай в ход тяжелую артиллерию! — Лейла помчалась за мной. — Раз уж он любитель «пятых точек», у тебя есть какие-нибудь горячие шортики?

ГЛАВА 20

МЕЙСОН

По пути на занятия Лейк хлопает меня рукой по груди.

— У тебя проблемы.

— С чего вдруг? — Я хмурюсь и, проследив за его взглядом, замираю на месте. У меня вырывается рык: — Блять. Мне конец. Полный пиздец.

Кингсли и Лейла идут нам навстречу в конце коридора. Выглядят они чертовски круто — я наблюдаю, как студенты расступаются перед ними. Парни сворачивают шеи, провожая их взглядом, и мои брови медленно ползут вверх.

— Хант! — кричу я на весь коридор. — Что, мать твою, на тебе надето?

Её губы изгибаются в такой соблазнительной ухмылке, которая посылает прямой сигнал моему члену. Я медленно осматриваю её с ног до головы, задерживаясь на этих коротких шортах, которые едва прикрывают всё самое важное.

То самое важное, что я не хочу выставлять на обозрение любому встречному встречному члену.

Сапоги делают этот наряд запредельно горячим. На ней свободный свитер, сползающий с левого плеча, а волосы идеально выпрямлены. От утреннего «вороньего гнезда» не осталось и следа.

Когда она подходит ближе, я смотрю ей в лицо, не в силах оторваться от её влажных губ. Встретившись с ней взглядом, я подавляю дикое желание стереть эти темные тени с её век голыми руками.

Её ухмылка становится шире: — Это называется «одежда», Мейсон.

Я качаю головой и, обхватив её за бедро, рывком притягиваю вплотную к своей груди. Слышу, как по толпе студентов проносится шепот — все пялятся на нас. Обычно я просто пишу девушке сообщение, чтобы мы встретились где-нибудь в тихом месте. Я никогда не светился с ними на публике, не говоря уже о флирте.

Но Кингсли — не просто очередная пассия для секса. Она — нечто гораздо большее.

Наклонившись так низко, что отчетливо вижу темно-синюю кайму вокруг её зрачков, я ворчу: — Я готов поклясться, что в тех трусиках, которые я с тебя сорвал, ткани было больше, чем в этих шортах. Как они вообще прикрывают твое белье?

Она кладет руку мне на плечо и, поднявшись на цыпочки, обдает моё ухо горячим дыханием.

— А кто сказал, что оно на мне есть?

От образа Кингсли, разгуливающей без белья, мой стояк твердеет с рекордной скоростью. Прежде чем я успеваю сообразить, что ответить, она обходит меня и звонко хлопает по заднице, бросая напоследок: — Раз уж тебе так нравится моя задница, наслаждайся видом, пока я ухожу.

— Она вернулась к прежней форме, — бормочет Лейк, посмеиваясь. — Чувствую, тебе понадобится вся удача мира.

Я оборачиваюсь и смотрю, как она виляет своей аппетитной задницей, удаляясь по коридору.

— К черту удачу. — На моих губах играет довольная улыбка. — Моя девочка вернулась.

— Кстати о девочках, — говорит Лейк, когда мы продолжаем путь. — Моя приезжает в следующую субботу.

— Да? — Я закидываю руку ему на плечо. — Волнуешься?

Он кивает, и я замечаю тень беспокойства на его лице.

— Она тебя полюбит, Лейк. Тебя невозможно не полюбить, — подбадриваю я его.

— Надеюсь, ты прав, — бормочет он, прежде чем мы расходимся по разным аудиториям.

После занятий я иду к машине, где меня уже ждет Престон.

— Всё взял? — спрашиваю я, нажимая кнопку разблокировки на ключе своей Bugatti LaVoiture Noire.

Престон кивает, садясь в салон. Я бросаю на него серьезный взгляд: — Мы идем против закона, так что если хочешь пойти на попятную — сейчас самое время.

Он качает головой.

— Я в деле.

После того как Престон спас Кингсли, я посвятил его в свой план. Сначала я проверил его на вшивость, попросив взломать домашний компьютер сенатора Вайнстока — он справился блестяще. Фэлкон первым заметил Престона, и он был прав: у парня выдающиеся мозги.

— Если что-то пойдет не так, стой на том, что я тебя заставил. Весь удар я возьму на себя, — напоминаю я.

— Ладно, — кивает он и добавляет: — Они не смогут нас выследить. Я настроил кучу прокси-серверов по всему миру и оставлю «визитную карточку» Anonymous, чтобы сбить власти со следа.

— Anonymous? — переспрашиваю я.

— Это международная группа хакеров.

— Ясно, — киваю я, заводя мотор. — Продолжай в том же духе, и, возможно, станешь моим ассистентом, когда я вступлю в должность президента CRC.

Он начинает часто моргать, а потом выдыхает: — Офигеть.

— Расписание сенатора достал?

— Да! — Его голос так и искрится азартом. Он быстро диктует мне план митинга, на котором сенатор Вайнсток будет выступать перед своими сторонниками.

Когда мы возвращаемся в люкс после осмотра локации, Престон идет к комнате