Мейсон - Мишель Хёрд

Он прикрывает рот рукой и шепчет в ответ: — Мне удалось взломать их систему. Им понадобилось больше десяти минут, чтобы заблокировать меня.

— Отлично. Нам нужно всего четыре. — Я хлопаю его по плечу и, подходя к Кингсли, говорю: — Рад, что ты дома, Хант.

Я киваю Фэлкону и Лейку: — Мне нужно кое с чем разобраться. Увидимся позже.

Положив руку на спину Кингсли, я целую её в висок, отчего она замирает.

— Не перенапрягайся, отдыхай. Зайду позже.

Не давая ей времени ответить, я выхожу из люкса. Спускаюсь на лифте и, выходя из здания, набираю номер Серены. Ярость, которую я копил все эти дни, кипит внутри, как лава в вулкане.

— Да, Мейсон? — отвечает она.

— Ты где?

— В ресторане на кампусе. Обедаю. А что?

Я сбрасываю вызов и направляюсь к ресторану. Я не сказал ей ни слова с того момента, как Кингсли чуть не утонула. Сейчас Серена думает, что ей снова сошло с рук нападение на человека, который мне дорог.

Но это скоро изменится. С сегодняшнего дня она начнет платить, и всё это приведет к грандиозному финалу, который я подготовил специально для неё.

Зайдя в ресторан, я направляюсь к столику, где она сидит с какими-то девчонками. Останавливаюсь рядом и, обведя всех взглядом, говорю: — Пошли вон.

Девчонки тут же разлетаются кто куда. Я придвигаю стул поближе к Серене, сажусь и кладу руку рядом с её недоеденным салатом. На моих губах играет улыбка, я в упор смотрю на неё.

Она раздраженно вздыхает и бросает салфетку на стол.

— Чем обязана такой чести?

Я продолжаю улыбаться, не отрывая взгляда от её глаз... пока она не отводит взор первой.

Наклонившись вперед, я вторгаюсь в её личное пространство. Сдерживаемый гнев делает мой голос низким — я почти рычу: — Я тебя предупреждал.

— И что же я сделала на этот раз? — она язвит, глядя на меня с напускным раздражением.

Я снова откидываюсь на спинку стула и слегка наклоняю голову.

— Ты превратила жизнь Фэлкона в ад, преследуя его. Ты подсунула Лейле отравленный пирог, который едва её не убил.

Раздражение на её лице сменяется надменной ухмылкой, и мне требуется всё самообладание, чтобы не ударить её. Я резко подаюсь вперед, хватаю её за затылок и притягиваю её лицо к своему. Мой голос — смертоносный рык: — Если бы ты на этом остановилась, я бы еще обошелся с тобой по-хорошему. Но попытка убить Кингсли... ты совершила фатальную ошибку, когда тронула мою женщину.

Я отпускаю её так резко, что она откидывается на спинку стула. Она часто дышит, её глаза расширены от страха.

Вот так, сука. Бойся. Потому что я сделаю из тебя наглядный пример, чтобы больше никто не смел переходить мне дорогу.

Встав в полный рост, я смотрю на неё сверху вниз.

— Наслаждайся следующими пятью днями. Твоя жизнь в том виде, в котором ты её знаешь, подходит к концу.

ГЛАВА 18

КИНГСЛИ

— Да уж, буду честной, — говорю я, глядя вслед уходящему Мейсону, — такое чувство, что я попала в «Сумеречную зону».

Стряхнув оцепенение от странного поведения Мейсона, я ищу глазами Престона и, когда наши взгляды встречаются, произношу: — Я не видела тебя с той вечеринки. Где ты прятался?

— Я помогал Фэлкону, — отвечает он с гордым видом.

— О, так ты теперь ассистент и Лейка, и Фэлкона?

— Он вообще никогда не был моим ассистентом, — бурчит Лейк себе под нос, что заставляет меня рассмеяться.

Я смотрю на Фэлкона и вижу, как он улыбается Престону, а затем поясняет: — Престон помогает мне с бизнес-планами для новой компании.

— Вау, Престон, молодец!

— Я просто благодарен за возможность, — отмахивается он от комплимента.

Я наклоняю голову и спрашиваю: — А как ты узнал, что я в бассейне?

Лицо Престона мрачнеет, и он начинает в красках пересказывать события той ночи. Когда он доходит до момента, где Мейсон делал мне искусственное дыхание, вскидываю руку.

— Погоди-ка. Перемотай назад и повтори еще раз ту часть про Мейсона.

— Он вытащил тебя и начал делать непрямой массаж сердца. — Взгляд Престона смягчается. — Я сам выдохся, пока просто держал твою голову над водой минуту-другую, но Мейсон продолжал качать, пока Лейле не пришлось его буквально оттаскивать. — Он озадаченно качает головой. — До сих пор не верится, что Серена так с тобой поступила.

Последнюю фразу я даже не воспринимаю, потому что застряла на факте: Мейсон делал мне сердечно-легочную реанимацию. Переживая, не всколыхнул ли этот инцидент старую травму Мейсона, я смотрю на Лейка: — С Мейсоном всё в порядке?

Лейк хмурится: — В смысле?

— Ну, это не пробудило в нем воспоминания... об обвале?

— Нет, — отвечает Фэлкон. — Он об этом даже не упоминал.

— Это хорошо, — задумчиво произношу я.

Это также заставляет меня осознать: перемены в поведении Мейсона ко мне, скорее всего, вызваны тем, что я едва не погибла.

Когда все ушли, вернулась Лейла в пижаме. Приглушив свет, мы уселись на полу на балконе и стали смотреть на звезды.

— Как ты на самом деле себя чувствуешь? — спрашивает она, не отрывая взгляда от небес.

Я издаю короткий беззвучный смешок.

— Ты не веришь мне, когда говорю, что я в норме?

Она поворачивается ко мне.

— Только не после того, что случилось со мной из-за Грейсона. Я знаю, что ты не в порядке.

— Да, — шепчу я. — Это странно. В одну минуту я совершенно спокойна, а в следующую — кажется, будто мне трудно дышать. Буквально. Трудно принять тот факт, что меня едва не убили.

— Убили, — бормочет Лейла. — Такое короткое слово. Оно не отражает того, что произошло на самом деле.

— Нет, не отражает.

Она тянется ко мне и берет за руку, переплетая наши пальцы.

— Дай мне своё определение.

— Я помню только панику. Это странно... — я прерывисто вздыхаю, прежде чем продолжить, — когда меня накрыл обвал, я не чувствовала такой паники, как когда... — голос срывается, когда чувство опустошенности снова вползает в сердце. — Трудно облечь это в слова. Я чувствовала себя ужасно уязвимой и одинокой. Знала, что помочь некому, и я не