Мои драконы. Император, князь и я - Татьяна Демидова

Мой князь без малейшего усилия подхватывает меня на руки и выносит из воды. Изнеженное тело податливо льнёт к моему сильному мужу.

Стейн тихо произносит несколько непонятных слов, и на наших шёлковых мокрых халатах вдруг начинает светиться золотистый узор. Это мгновенно просушивает тонкую ткань.

Я восхищённо смотрю на Стейна, а мой дракон подмигивает мне, широко улыбаясь.

— Тебе понравится, сердце мое.

Я киваю, обнимаю его за шею и легко трусь об него щекой. Так хорошо…

Стейн заносит меня в другую комнату, что примыкает к основному залу купальни. Она небольшая, здесь лёгкий полумрак, мелодичное журчание воды и изысканный сложный аромат.

Он невесомой взвесью ложится на кожу и окутывает нас благоухающим облаком. Осторожно принюхиваюсь. Я не люблю тяжелые приторные запахи, но этот — легкий, едва ощутимый и очень приятный.

Муж проходит в центр комнаты, опускает меня на высокий стол с мягкой кремовой обивкой, лёгким давлением на плечи вынуждает лечь на спину.

— Расслабься, сокровище наше… и получай удовольствие, — снова подмигивает он мне.

Я улыбаюсь в ответ. Так легко довериться любимому, когда видишь в его глазах столько обожания и нескрываемой нежности.

В поле моего зрения возникает Аллард с пузатым кувшинчиком с высоким узким горлышком и носиком.

Даже дыхание затаила от того, как император красив в этот момент, в шёлковом узорчатом халате, подчёркивающим весь его внушительный рельеф, с черными волосами на широких мощных плечах…

Особенно с его непривычно спокойным расслабленным лицом, лёгкой улыбкой на суровых чувственных губах. С предвкушающим блеском в сверкающих ярко-синих глазах.

Аллард легко прикасается к моей щиколотке длинными сильными пальцами, проводит ласкающим движением вверх по голени, останавливается на колене… обводит большим пальцем круг, и ведёт руку выше, медленно поднимая подол моего халата… выше… и ещё выше…

Стейн тянет пояс, и два дракона, неотрывно глядя на меня, сглатывая, тянут полы в стороны, обнажая бёдра, живот, грудь…

Я лежу неподвижно, но тело уже все горит.

Их обжигающие взгляды, сильные руки, медленно раскрывающие моё тело… то, как оба дракона стиснули зубы, с одинаковым напряжённо-жадным вниманием на красивых лицах… — от их вида меня охватывает тягучее томное возбуждение.

Этот момент, под их пронизывающими взглядами, ощущается так остро… я даже чувствую, как между нижних губ снова увлажняется.

Не стыжусь своей реакции. Она естественна как восход или прибой. На меня сейчас воздействуют слишком могущественные силы, чтобы я смогла сдержаться.

Оба дракона резко втягивают воздух, раздувая ноздри, и на их губах появляется одинаковая торжествующая улыбка.

Стейн резко выдыхает, накрывает ладонями мои колени, и решительно разводит их в стороны. Затем медленно наклоняется к моему лону, не отводя взгляда от моего лица.

Я громко ахаю и вцепляюсь пальцами в мягкую обивку, выгибаясь от прикосновения языка к моим нижним губам, надавливающего на щель, слизывающего мою влагу.

— Стейн… ммм…

Ласкающая горячая ладонь Алларда на моей груди. Такая долгожданная тяжесть. Его осторожные губы трогают краешек моего, рта и тут же следует властный, глубокий поцелуй.

— Аллард, масло, — жадно целуя внутреннюю сторону моего бедра, хрипло говорит Стейн.

Император разрывает поцелуй и пристально смотрит мне в глаза, вынуждая тонуть в своём горящем довольством взгляде. Он отстраняется, легко проводит кончиками пальцев по моему мягкому подрагивающему животу, и льёт из кувшинчика тонкую золотистую струйку вокруг пупка.

Стейн тут же обильно поддевает масло кончиками пальцев, растягивает шелковистое ощущение по моей коже вниз, на раскрытые мои бёдра, снова к животу, беря больше, и уверенно, властно, ниже…

— Ах, Стейн, ооо… ммм… Стееейн, ах!

Мой князь надавливает на мои нижние губы, раскрывает их… шелковисто-гладкое ощущение массажного масла на его волшебных напористых пальцах, его сильные уверенные движения вокруг чувствительного бугорка заставляют меня хватать губами воздух, выгибаясь всем телом.

Ощущения такие острые, что я пытаюсь свести ноги, но властные руки императора удерживают мои колени, давят сильнее, бескомпромиссно раскрывая меня для безжалостно ласкающих пальцев князя.

Упираюсь ошеломлённым взглядом в грозовые глаза Алларда и совершенно теряюсь в его сверкающем удовольствием взгляде.

— Расслабься, сокровище наше, — порыкивающе-низким хриплым голосом говорит Аллард. — Позволь любоваться твоим наслаждением, — требовательное давление на колени раскрывает мои ноги совсем широко, — не закрывайся от нас. Мы хотим видеть тебя всю…

Прерывисто вздыхаю и закрываю глаза. Щёки пылают от такой откровенности мужей. Когда-нибудь я привыкну, но не так сразу. И все же…

Позволяю им… Расслабляюсь и сама раскрываю бёдра. Я знаю, что мне нечего бояться рядом с ними. Они хотят для меня только радости и любви.

— Умница наша… — восхищённый шёпот Стейна и его пальцы, ныряющие в мою глубину, вырывая у меня новый пронзительный стон.

Теперь уже Аллард берёт масло с моего живота всей ладонью и требовательно ласкает мою грудь. Уверенно мнет ее, играет с сосками.

Я раскрыта, совершенно беспомощна под их требовательными искусными руками, только и могу, что хватать ртом воздух, подрагивая, постанывая от таких откровенных, неописуемо приятных ласк.

Всё тело наполняется распирающим звенящим напряжением, уже знакомым, за которым будет такая сладкая и яркая вспышка…

Глава 27. Хочу вас ласкать…

Да!.. Меня выгибает дугой, с протяжным стоном я содрогаюсь, цепляюсь за руки мужей, окутанная их восхищёнными хриплыми голосами.

— Да, девочка наша драгоценная, не насмотреться на тебя… — шёпот Стейна.

— Красавица наша, какая же ты красавица… любимая, — губы императора на моих губах.

— Любимые мои… — выстанываю я, охваченная новым удовольствием. — Как же хорошо…

И совсем не замечаю уже, как меня приподнимают, стягивают с плеч халат, обнажая мое тело полностью. Переворачивают на живот, ловко закручивая и убирая мои длинные волосы наверх.

— Вот это арунское масло ещё попробуем, — хрипло говорит Аллард, — оно должно быстрее впитываться, но и скользить сильнее.

Четыре сильные умелые руки распределяют шелковистую роскошь по моей спине, ягодицам, бёдрам. Мужья массируют шею, кисти рук, стопы. Плавные чувственные прикосновения…

Не пропускают ни малейшего моего изгиба, наглаживают, ласкают, снова возбуждают до небес.

Теперь я отчётливо чувствую, как отличаются руки мужей, одинаково умелые и властные, с осознанием полного права собственности ласкающие меня. Очень разные. У Стейна резче и нежнее. У Алларда медленнее и жёстче.

Теперь уже совершенно не пугаюсь излишне откровенных прикосновений. Только приподнимаюсь навстречу властным пальцам Алларда, проникающим между ног, ласкающим по щели, и… выше, обводя тугое колечко ануса.

Ахаю от обжигающего удовольствия, полыхнувшего по всему телу — Аллард одновременно погрузил в меня два пальца, в обе мои дырочки, неожиданно приятно, запретно, порочно и… невыносимо мною желанно.

— Нравится так,