Бывший. Люблю сильнее, чем раньше - Ева Мир

Когда я вышел, она молча взяла мои джинсы и рубашку и сразу же пошла развешивать их на балкон, заваленный всякими детскими вещами. Великом, санками, какими-то коротенькими лыжами, самокатом.

Возможно мне показалось, что она медлит, а возможно не показалось, и она действительно боялась зайти обратно в комнату.

Я сел на диван.

— Чай будешь? — спросила она, быстро скользя по мне взглядом и отводя взгляд.

Она прикусила губу, делая вид, что её заинтересовало что-то на полке.

Прикусывать губу… — эта привычка у неё осталась, раньше она всегда так делала, когда не могла справиться с эмоциями.

Я усмехнулся.

Хорошо. Это упрощает мою задачу.

Мне нравилось, как я её волновал.

Я молчал, и она посмотрела на меня. Я покачал головой.

— Иди ко мне? — спросил низким голосом.

Она несмело приблизилась и села рядом, на диван.

Я обнял её, прижал покрепче к себе.

— Когда я сказал, что ты не в норме, я не имел в виду, что ты некрасивая. Ты очень красивая. Ты самая красивая на этой планете. И это не просто слова, я действительно так думаю. Я просто имел в виду, что ты не отдыхаешь. Попробуем это исправить?

Она как-то непонятно фыркнула.

— Мне утром на работу, а потом везти Вадюшу на тренировку. Вот ещё баул надо собрать, потому что Ксеня отведёт его в садик, а уже оттуда я его заберу. А тебе я сына пока не доверю. Даже не знаю, как тебя представить ему.

— Как, как? Папа приехал. Вот и всё.

Она сжала губы.

— Боишься, что я снова исчезну?

Анни молчала.

— Выходи за меня? — сказал я.

— Что?

Она положила руку мне на пресс, чтобы отстраниться, и тут же одёрнула.

Её брови были приподняты от удивления.

— Выходи за меня, Ань, — сказал я и прижал её покрепче к себе.

— Ммм… — задумчиво протянула Анни, и этот звук отдался мягкой вибрацией в её теле.

Мне хотелось заставить её стонать. Хотелось вспомнить, как она кончает. Как выгибает спину, подаваясь ко мне.

Хотелось увидеть, как она изменилась. Хотелось зацеловать до смерти все её идеальные несовершенства.

Она вдруг усмехнулась и приблизилась к моему лицу.

Я уже чувствовал её нежное дыхание на своих губах и готов был стартовать, как только она скажет “да”!..

Глава 29 Сумасшедший!

Его обнажённое тело заставляло меня нервничать. Очень.

Но ещё больше меня нервировало то, что он только что сказал.

— Ты идиот, если думаешь, что я соглашусь, — вернула я его на землю.

Недоумение на его лице стоило того, чтобы ждать этого мужчину шесть лет.

Я встала с дивана и спросила:

— Какой чай будешь?

— Чай? — спросил он.

— Зелёный или чёрный? Есть с жасмином.

— С коньяком, — глухо ответил Пономарёв.

Я усмехнулась.

— Ты действительно думал, что мы за один вечер просто вернёмся к тому, что было раньше и даже сделаем шаг вперёд? — я сверлила его насмешливым взглядом, стараясь скрыть ту бурю эмоций, которая сейчас бушевала внутри меня.

Артём тоже поднялся.

Рядом с ним я чувствовала себя маленькой и хрупкой.

Я старалась смотреть в его глаза.

Честно старалась.

Но этот его прокачанный пресс в прямой моей досягаемости просто манил взглянуть на него.

Артём сделал ещё небольшой шаг вперёд, я не отпрянула.

— Коньяка нет. Есть только шампанское, — ответила я, припоминаю злосчастную бутылку, которую мне всучила Ксеня.

— Заключим сделку?

Я приподняла брови.

— Какую? — спросила с интересом.

Что ещё он выдумал? Ну после предложения стать его женой, я вряд ли удивлюсь чему-либо ещё.

— Мы выпьем это шампанское, до конца. И я не стану к тебе приставать.

Я приподняла брови.

— А иначе?

— А иначе, — он сделал ещё один шаг вперёд, теперь мне приходилось задирать голову, чтобы видеть его лицо, а не голую грудь. — Ты устанешь от меня отбиваться и этой же ночью окажешься в моей постели.

Я сделала шаг назад.

— Мы у меня дома. Здесь нет твоей постели, — усмехнулась я, ретируясь на кухню.

— Поверь, если мы окажемся в постели. В любой. Она сразу же станет моей.

Я закатила глаза. С подросткового возраста так не делала.

— Боже, какой ты самовлюблённый! Нет, я не собираюсь ни пить, я вообще не пью, ни уж тем более спать с тобой. Пей чай и проваливай, Пономарёв. Уже вечер, тебе пора… что там по вечерам делают хоккеисты?

— Я предлагал, — сказал он.

И я тут же оказалась на кухонном столе с разведёнными в стороны коленями.

Артём вклинился между моими бёдрами и мне пришлось отпрянуть, почти лечь на стол!

— Что ты творишь? — вспыхнула я, ведь в меня, к тому же, упёрлась его эрекция.

— Стол завтра придётся поменять, не думаю что он это переживёт.

Я хотела сказать что-то хлёсткое, остановить его!

Но Артём нагнулся надо мной, положив руку позади моей головы.

Ещё мгновение, и его губы оказались на расстоянии одного вздоха от моих.

Его губы впились в мои.

Никаких прелюдий.

Никакой нежности.

Мне казалось, что между нами сверкают искры.

Его рука оказалась под моей головой, а я полностью лежала на столе.

Я чувствовала вес его тела, напряжение его мышц. Чувствовала, что в лёгких не хватает воздуха, а в мире места.

Его язык скользнул по моим губам, а рука забралась под топ, мягко сжимая грудь.

— Стой! — еле произнесла я. — Ш-шампанское!

— А мне больше нравится этот вариант, Анни, — выдохнул он мне в рот, прищипывая сосок пальцами.

Я дёрнулась от неожиданности, но только ещё крепче прижалась к его паху.

— Я выбираю чёртово шампанское! — сказала громко.

Он поднялся, увлекая меня вверх и усаживая на крае стола.

Полотенчико, которым были обёрнуты его бёдра, исчезло, к чертям собачьим.

— П-подними! — выдохнула я, отводя взгляд и краснея.

— Что? — спросил Артём.

Теперь была его очередь насмехаться.

— Полотенце!

— Ах это.

Он поднял его и ме-е-е-едленно вернул обратно на бёдра.

— Где у тебя штопор? — спросил как бы между делом, пока я пыталась прийти в себя.

Глава 30 За тебя!

Дождь за окном усиливался, создавая на кухне уютную, почти интимную атмосферу.

— Может в ванной? — спросила я Артёма, который открывал шампанское.

Но с громким хлопком пробка была вынута, а часть напитка пролилась в раковину, ведь я несколько раз роняла бутылку.

— Мне же лучше, — довольно сказала я.

— Ничего, этого будет достаточно, — ответил Артём и разлил шампанское по бокалам, которые я очень редко доставала.

Достаточно для чего?

Но слегка усмехнувшись, я задала другой вопрос:

— За