Анатомия обмана - Татьяна Ларина

class="p1">– Слушайте, дамочка, – Павел в два шага оказался рядом и навис надо мной, словно коршун, – я решил переговорить с вами из чистого любопытства, потому что догадывался: Марина снова что-то затеяла, но играть в ее игры я не намерен!

– Стойте, Павел! Вы действительно не знаете, что Марина умерла?! Если так, загуглите – в интернете есть заметки. Марина погибла девятого сентября.

Богомолов последовал моему совету. Я внимательно наблюдала за ним, ведь эмоции способны выдать то, что человек силится скрыть. И пусть я не психолог, но могу поклясться, что он действительно был шокирован новостью.

– Теперь вы мне верите, – заключила я, когда он отложил на стол планшет. – Позвольте задать несколько вопросов.

– С какой стати? Вы не полиция. Вы, по сути – никто, – презренно кинул он, будто я не достойна и секунды его внимания, но мне пришлось пропустить это мимо ушей.

– Вы правы, я – не полиция. В отличие от меня они на вас не вышли, и не выйдут, если ответите на мои вопросы. В противном случае мне ничего не останется, как оповестить о ваших отношениях с Мариной следователя, который ведет дело. Тогда придется давать показания.

– А если я поговорю с вами…

– То я не буду ставить в известность полицию. У них своя работа, у меня – своя. Я получаю деньги за правду, а не за галочку в списке раскрытых дел.

– Вам палец в рот не клади, – ухмыльнулся Павел и сел обратно за свой стол. Я не могла понять, что именно мне сыграло на руку: уверенность в себе, блеф насчет полиции или что-то иное, но отношение Богомолова все же смягчилось.

– У меня есть ровно тринадцать минут. Дерзайте, Эвелина!

– Что ж… хорошо, – я удобнее устроилась в кресле, пытаясь сдержать довольную улыбку от своей маленькой победы. Еще до того, как зайти в кабинет к Богомолову, я включила диктофон и теперь села ровнее, чтобы запись вышла четче. – Вы не поверили, что Марина погибла, решили, что это ее интриги. Почему?

– Потому что Поляковой отчаянно нужны были деньги, и она была готова на все, чтобы их заполучить.

– Вот как? О какой сумме идет речь?

– Ту сумму, что она мне обозначила, можно с легкостью потратить на приобретение квартиры в Москве.

– Но для чего ей такие деньги? У Марины была достаточно хорошая работа. В своем городе она получала немало и жила очень хорошо.

– Для ее захолустья – возможно. Но если брать в расчет столицу… Я не знаю, зачем именно требовались такие деньги, но на своей фабрике она явно столько не зарабатывала. Да и квартира в ее городишке обошлась бы в половину этой суммы. Она сама мне так и сказала. Мол, продала бы жилье, но этого все равно не хватит.

– Ей угрожали?

– Не знаю. Девчонка явно во что-то влипла, но это не мое дело.

– Но вы были в достаточно близких отношениях, так ведь?

– В отношениях?! – в голос рассмеялся Павел. – У нас не было отношений. Я женат, – он гордо поднял правую руку, демонстрируя тонкое обручальное кольцо из белого золота на безымянном пальце.

– Тогда что вас связывало с Мариной?

– Мы были знакомы много лет. Она только поступила на учебу, я заканчивал университет. Был так называемой «золотой молодежью». Тогда у меня были увлечения особого рода. Простые вечеринки давно опостылели, алкоголь и наркотики – баловался, но голову не терял, думал о будущем. Я предпочитал секс. Непростой, Эвелина. Ничего сверхъестественного, просто некоторого рода излишества. Мы познакомились с Мариной в элитном секс-клубе. Сразу скажу, ей уже было восемнадцать, несовершеннолетних туда не берут.

Если это правда, то вариант с тем, что Богомолов – отец Камиллы отпал. А мне почему-то казалось, что сейчас он откровенен.

– Что это за клуб? – спросила я.

– Э… нет! Никаких имен и мест. Это к делу не относится.

– Хорошо, – я решила с ним не спорить, лишь бы говорил дальше. – Какого рода услуги оказывала Марина? Что за «излишества»?

– Эти подробности я тоже опущу. Важно другое – Марина знала мои увлечения и, спустя столько лет после того, как наши пути разошлись, решила этим воспользоваться. Тогда я не понял, что она подстроила нашу встречу, только потом осознал, что с самого начала это был тонкий расчет. Моя супруга, естественно, не знала о моих особых пристрастиях, по секс-клубам я давно не ходил, а Марина сама предложила… Я не устоял. У нас было всего четыре встречи, а на пятой эта сучка заявила, что сняла на камеру последнее свидание.

– Она вас шантажировала?

– Хотела, но только где ей со мной тягаться? Конечно, я не повелся и доходчиво объяснил, что от меня она не получит ни копейки, а если обнародует запись – я не просто стану все отрицать, но и заявлю о том, что она все сфабриковала ради наживы. Марина, хоть и была чересчур самоуверенной, но все-таки не совсем дурой. Она сама отдала мне запись и с тех пор я ее не видел. И вдруг сегодня ко мне заявились вы, поэтому я и решил, что у нее появился очередной план, как меня подоить.

– Вы говорите, что виделись с Мариной в общей сложности пять раз, включая ту встречу, когда она стала вас шантажировала, но у меня несколько иные сведения. От ее матери я знаю, что Марина регулярно ездила в Москву, несколько раз даже с дочерью…

– Но точно не ко мне. Еще детей не хватало.

– Тогда…

– Может быть, у нее был кто-то еще? Проработайте эту версию, Эвелина. А сейчас, извините, – Павел взглянул на часы, – ваше время вышло.

Я выскочила на улицу, но сейчас не чувствовала холода. Мои щеки горели, сердце колотилось как бешеное, ладони вспотели. Мне казалось, что я как никогда близка к правде, но в то же время эта правда все дальше ускользала. Голова шла кругом от всего, что я узнала от Богомолова: секс-клуб, вымогательство, огромный долг… Что же на самом деле случилось с Мариной?! Во что она вляпалась?! До сих пор у меня не укладывалось в голове, что женщина, с каждым днем открывающаяся мне с новой стороны, и есть та сама бедная девчушка, которой папа дарил сапоги. Неужели папа знал, что случилось с Мариной? Он предлагал ей деньги. Когда я прочитала их переписку, то