Одержимость Сулима - Анюта Васильева

С противоположного въезда практически одновременно с нами подъехали несколько дорогих машин. Страх снова наотмашь ударил по моим нервам. Я посмотрела на мужчин, что сопровождали меня всё это время. Оба они были спокойны, и я поняла, что это все люди Сулима. Тех мужчин, что преградили нам дорогу днём, я видела лишь мельком, и они мне показались довольно серьёзными. Они внушали страх, но всё же по сравнению с теми, кто сейчас выходил из машин, они были мальчишками! Суровые дядьки по большей части с густыми отросшими бородами.

В момент, когда я увидела Сулима, меня заметно передёрнуло.

Интересно я когда-нибудь смогу привыкнуть к его дьявольским глазам? Он снова мертв, его взгляд такой же, каким был в первую нашу встречу. Вообще его взгляд постоянно пустой, но именно в первую нашу встречу, он был особенно ледяным, бездушным, устрашающим. Вот и сейчас Бараев снова пугает меня, как в самую первую нашу встречу.

Сейчас снова начинало происходить что-то совершенно невообразимое. Я ведь даже не поняла, когда Сулим подошёл к машине, открыл дверь с моей стороны и резким движением рванул меня вперёд. Хорошо, что Антон после неожиданной встречи на дороге снова не пристегнул меня наручниками. Вряд ли бы Бараев обратил на это внимание. Скорее всего при таком резком рывке оторвал бы мне руку.

— Мне больно! — практически кричу. — Куда ты меня тащишь?

Практически волоком Сулим тянул меня к небольшому кафе. В это время трое других парней подошли к Антону. Краям глазом успела заметить, что один из них резко схватил Тоху за горло, швырнул его на землю.

— Что происходит?

Сулим ничего не ответил. Вместо этого, протащив меня через небольшой зал, буквально зашвырнул в уборную. Вернее, в "предбанник" уборной, где находилась раковина. По обе стороны двери. Мужской и женский туалет. Почему-то решила, он заведёт меня в одну из них, но Бараев по-прежнему молчал. Довольно грубо развернув меня спиной к себе, начал стягивать с меня штаны.

— Что ты творишь? — едва не задыхаясь шиплю. — Тут же полно твоих людей. Пожалуйста, Сулим…

— С Лапиным понравилось?

— Что?

— Ты так постанывала под ним, — понимаю, что Лапин это фамилия Тохи. Бараев наклоняет меня вперёд, коленом раздвигает мне ноги. Всё происходит достаточно быстро. Чуть приподняв меня за бёдра, резким движением входит в меня. Громко ахаю и шиплю, но больше не от боли, она как раз таки уже вполне терпимая, а от сильного распирания.

— Говори, сучка. Понравилось под Тохой?

— Да что ты такое говоришь? Он просто… — даже не знаю, что сказать, как оправдаться. А должна ли я вообще оправдываться? — Сулим, больно! — край керамической раковины был отколот и в момент, когда Сулим делал резкое движение бёдрами вперёд, моя тазобедренная кость ударялась об этот самый острый край.

— И мне больно! — громко рычит он. — Эта сука так бесит… — не уверена, что вообще расслышала правильно слова Сулима. Он причинял мне дикую боль: практически с каждым его толчком моя кость ударялась в отбитый край раковины. Очень скоро я почувствовала, как кровь тонкой струйкой начала стекать по моим бёдрам. Я только ойкала и кусала губы. В какой-то момент поняла, что по моим щекам текут слёзы.

Сулим что-то бормотал, злился на что-то и срывал злость на мне. От боли ничего не соображала, только завывала.

К счастью, длилось всё это не слишком долго. Последние особо резкие толчки дались мне особо тяжело, но каким-то чудом всё это я вынести смогла.

Отстранившись, Сулим смотрел на меня через зеркало, висящее перед нами, всё ещё затуманенным похотью взглядом. При этом он застёгивал свои брюки. Бараев вышел за дверь, я же, включив воду, стёрла с бёдер семя Сулима и кровь со своего бедра, по которому она текла уже уверенным ручейком.

— Животное. Ненавижу! — бормочу, стирая кровь. Натягиваю на себя нижнее бельё и трико. Трусики пришлось чуть приспустить ниже раны, иначе будет давить, причиняя дополнительную боль. С трудом перебирая ногами, выхожу за дверь, где меня ждёт мой палач. Не хочу смотреть на Бараева, отворачиваюсь и позади себя слышу его ухмылку. Когда уже оказываюсь у выхода, Сулим всё же хватает меня под локоть и ведёт уже совсем к другой машине.

Долго мы не задерживались, уже буквально через пять минут двинулись дальше, только уже не одни, а вереницей из семи машин. Сулим сел со мною на заднее сиденье автомобиля. Он просматривал какие-то бумаги, несколько раз отправлял сообщение со своего телефона. Остальное же время читал какую-то информацию на своём планшете. В ухо Сулима вставлен беспроводной наушник. Он смотрит какие-то короткие видео, которые ему периодически присылают по почте.

Боль немного притупилась, но всё так же беспокоила меня. Периодически кочки на бездорожье причиняли дополнительную боль. На очередной неровности меня тряхнуло настолько сильно, что я не смогла сдержать протяжного болезненного стона.

— Ты чего стонешь? — не отрывая взгляда от планшета спрашивает Сулим. — Рахим, немного поаккуратней!

Я машинально положила руку на бедро и, подняв ладонь, посмотрела на неё.

— Это ещё что такое? — Бараев перехватывает мою руку, заметив на ней кровь. — Откуда? — и переводит взгляд на моё бедро. Точнее на насквозь перепачканное кровью трико.

Он вообще сейчас серьёзно?! Не верю! Не верю, что Сулим не замечал того, что вколачивал меня в разбитую раковину. Даже если и не заметил… Кровь текла по моим бёдрам, мне казалось, он точно не раз и не два должен был запачкаться ею.

— Покажи, — Сулим, схватив меня за предплечье правой руки, немного грубовато приподнял вверх. Вместе с этим второй своей рукой резко стянул — нет — оттянул мои брюки вниз.

— Бурый, давай до ближайшей клиники, — отдаёт приказ, — Какого хрена ты не сказала? — снова орет на меня. А я ушам своим не верю!

— Я говорила! — Бараев продолжает жечь взглядом. — Говорила, что мне больно…

Сулим грязно выругался себе под нос.

Казалось, что крови вытекло слишком много. Не только штаны спортивного костюма насквозь были перепачканы кровью, но и светлое сиденье автомобиля, в котором мы ехали, заметно пострадало. Довольно приличная лужа растекалась подо мной.

Сулим сам помог мне выйти. Разгибаясь, я испытала дополнительную боль. Посмотрев перед собою, я запереживала, подниматься по ступенькам крыльца частной клиники мне придётся самой и, приготовившись к новой волне боли, снова стиснула зубы. Но подняв свой взор на вход, увидела, как навстречу нам вышел санитар с коляской. В общем-то, я не удивилась. Слышала, как парень, что сидел на переднем пассажирском сиденье, звонил в клинику и предупреждал о том, что девушка травмировала