Жена хозяина трущоб - Лика Семенова

отказа — теперь пытается делать то же самое со мной и искренне считает, что у нее это получается. Пока она так считает — все относительно спокойно. Покой того стоил… Понимаю, рано или поздно мое терпение неизбежно лопнет, оно уже трещало по швам — но иначе ее просто не вынести. Это будет разрыв, который повлечет серьезные проблемы в бизнесе. Но, если бы не Гертруда…. терпение лопнуло бы уже давным-давно. Еще после смерти отца. Гертруда постоянно взывала к сыновнему долгу и здравому смыслу. Опекала, как мать. Она невероятным образом умела найти слова, которые проткнут ядовитым шипом. Стыдила памятью отца и настаивала на том, что я просто не могу поступить иначе. Должен сделать только так, как хотел отец… и мои собственные желания не важны. Иначе это будет означать, что я плохой сын. Это вопрос долга. И в последнее время я все чаще задумывался о том, не мыслит ли Гертруда шекспировскими категориями? Слишком мифическими для реальной жизни?

Я с малолетства был одной из «хотелок» Алисии, а семейное слияние капиталов было на руку нашим родителям. Те так укрепились в этой идее, что все решили бесповоротно, еще когда мы были подростками. Алисия оказалась совершенно довольна — она получила приз, а мне… было все равно. Я был почтительным сыном и не мог пойти против воли отца. Договорные браки в нашей среде были в порядке вещей. И я с колыбели слышал о том, что брак — это бизнес-вложение, в котором не место сантиментам и романтическим бредням, дядя Флориан был тому хрестоматийным примером. Мальчишкой я потакал Алисии от безразличия, чтобы скорее отстала. И из боязни расстроить отца. И сам вырастил монстра.

Я посмотрел на Алисию. О том, что она пыталась меня подставить, было написано на ее лице. Воображала себя хитрой и предприимчивой…

— Тебе не кажется, что ты слишком торопишься, дорогая?

Она натянула улыбку:

— Конечно, нет. Это прекрасная идея.

Я кивнул:

— Может быть. Но давай обсудим это позже.

Она начинала злиться, я улавливал это по подрагивающим уголкам губ. Скатиться в истеричные крики она может за несколько секунд.

— Ты не хочешь? Почему? Потому что я это предложила? Так? Тебе так сложно пойти мне навстречу даже в мелочах?

Почему всегда одно и то же?.. Сейчас она либо добьется своего, либо закатит скандал. Тихо дуться она не умела. Чтобы это разрулить, нужна была причина, посущественнее простого нежелания.

Я постарался, чтобы голос звучал мягче:

— А обо мне ты подумала, дорогая? Я с трудом ем левой рукой. Как я себя буду чувствовать в ресторане? В конце концов, тебе самой будет со мной неудобно.

Она обиженно жевала губу, напрочь забыв про помаду:

— Будто я в этом виновата… — Какое-то время Алисия просто молчала. Наконец, сдалась, не найдя существенной зацепки: — Хорошо. Но пообещай, что как только снимут эти твои колодки, мы пойдем в ресторан. Вчетвером. Пообещай! Я не отстану.

Я кивнул:

— Посмотрим. Не я один здесь решаю.

Она выставила на меня указательный палец:

— И даже не думай соскочить. Слышишь меня, Сальвар?

Вот привязалась…

— Обещай!

— Хорошо. Мы пойдем в ресторан, как только невеста Найджела получит место в Башне Стеллари. Это достойный повод. Так тебя устроит?

Алисия молчала, помрачнела, снова пожевывая губу. Взорвется или нет? Порой это превращалось в лотерею.

Я добавил:

— Не хмурься, дорогая, появятся морщины. Представь, какие это траты.

На ее лице отразился сиюминутный испуг. Алисия делано улыбнулась:

— Хорошо. — Она нервно сгребла со стола свою сумочку. — Ладно, мальчики… У меня еще куча дел. Пока-пока!

Ее будто ветром сдуло… понеслась разнюхивать.

Я перевел взгляд на Найджела. Что называется, без слез не взглянешь. Он потянулся к кувшину с водой. Плеснул в бокал и выхлебал до дна, заливая голубую рубашку. Наконец, посмотрел на меня:

— Я думал, она никогда не уйдет.

— Я тоже…

— Может, вы что-нибудь скажете, шеф? Что происходит?

Разумеется, скажу. Уж кто-кто, а Найджел точно не заслуживал, чтобы его использовали втемную. Я ему доверял. Был ли другом? Кто его знает. Скорее, я относился к нему, как к младшему брату. И уважал его. Как человека, который всего добился сам.

Я рассказал так, как есть. И в процессе этого рассказа бедняга Найджел то краснел, то бледнел, то покрывался испариной. Наконец, нервно утер лоб ладонью:

— Шеф, я готов поклясться, что нигде не останавливался. Разве что она влезла где-то на перекрестке. Но это же бред, шеф. Я бы заметил. Да и вы сами сказали, что эта девушка была раздета. Ее бы задержали патрули.

Я кивнул:

— Почти раздета… Но больше нет никаких вариантов. На парковку она не заходила — я просмотрел все камеры. Дважды. Не с неба же она упала. Бухала с ангелами?

Найджел кисло улыбнулся глупой шутке, но, тут же, помрачнел, задумчиво провел пятерней по вихрам:

— Шеф… но ведь машину перегнали из трущоб. Через Разлом.

Я прекрасно понял, что он имел в виду, но покачал головой:

— Не сходится. Ты же ее видел. Там чистейшая генетика, как у тебя или у меня. Трущобных видно сразу. Какие к черту трущобы! Это исключено. К тому же, на ней был халат от «Белеццы».

Найджел какое-то время молча сидел, покручивая на столешнице стакан.

— Что это значит?

— Это значит, что ты засиделся без подружки. Иначе бы знал, что она оставляет там половину твоих денег. Якобы ради тебя. Это о-очень дорогой халат, друг мой.

— Может, все же, обратиться в полицию? Может, ее ищут?

— Она сказала, что сбежала от тетки. Но в ориентировках, которые ты переслал, ничего похожего. Но полиции она боится, хоть и утверждает, что не имеет проблем с законом.

— И вы ей верите?

Я даже усмехнулся:

— Сам не знаю.

— А если она мошенница?

— Все может быть.

— И вы оставили ее в доме?

— Оставил.

— Почему, сэр?

Найджел задал правильный вопрос, но у меня не было правильного ответа. Я покачал головой:

— Не знаю… Оставил — и все. И очень хочу докопаться до правды. Тогда и отправлю в полицию.

Найджел едва заметно улыбнулся:

— Девушка вам настолько понравилась, сэр?

Внутри буквально закипело:

— Не выдумывай! У меня есть Алисия.

Тот молчал, лишь многозначительно смотрел. И за этот взгляд хотелось ему врезать.

— Простите, сэр.

— Не принимается.

Ясные глаза Найджела округлились:

— Сэр? — Он замялся. — Простите, шеф, я был нетактичен.

Я кивнул:

— Да, весьма. И простым «простите» ты не отделаешься.

Найджел молчал, просто смотрел на меня.

— Сейчас поедешь в этот магазин. В Полисе их три — адреса