Из Сибири, с любовью - Лана Норд

Мужчина смотрит на меня подозрительно, прищурив глаза, потом подходит ко мне, но руки не пожимает. Понимаю, что он настроен враждебно по отношению ко мне. Что ж, пожалуй, я это заслужил. Но сдаваться я не намерен, поэтому смело смотрю ему прямо в глаза.

— Я помню тебя, — цедит сквозь зубы отец Вики, — не знаю, зачем ты здесь, но так и быть, дам тебе шанс. Иди за мной, — он поворачивается и выходит быстрым шагом из приёмной, я следую за ним.

Через пару мгновений заходим в просторный кабинет, на двери успеваю заметить табличку с гравировкой: "Генеральный директор Зайцев Сергей Иванович".

Мы присаживаемся за массивный стол, и отец Вики вопросительно смотрит на меня.

— Ну и зачем ты объявился? — медленно произносит он.

— Я люблю Вику и не могу без неё жить, — твёрдо отвечаю я.

— Не верю, — резко отвечает Сергей Иванович, — в моих глазах ты трус, который испугался ответственности, когда узнал о беременности, и бросил мою дочь в тот момент, когда она в тебе так нуждалась.

Понимая, что разговор медленно, но верно заходит в тупик, пытаюсь найти аргументы, которые переубедят мужчину, сидящего напротив меня. Это очень важно, ведь только он может мне сказать, где искать Вику.

— Вы правы, я был слаб, я струсил, — начинаю я, — поверьте, у меня были на это причины, но даже они не в силах меня оправдать. Я хочу только, чтобы вы знали, что я люблю Вику, люблю нашего малыша и хочу быть с ними. Ради них я решился кардинально изменить свою жизнь. Я выбрал их, хочу всё исправить и поэтому, я сейчас здесь, перед вами, — я делаю в своей эмоциональной речи паузу, перевожу дыхание и добавляю, — пожалуйста, помогите мне, дайте ещё один шанс нашим отношениям!

На некоторое время в кабинете воцаряется звенящая тишина. Видно, что Сергей Иванович полон противоречий. Наконец он кивает.

— Хорошо. Я попробую поверить тебе. Я знаю твою печальную историю. В конце концов, решать только Вике.

Он пишет что-то на бумаге и протягивает её мне.

— Это адрес больницы. Вчера Вика родила. Так что могу тебя поздравить, ты отец.

От неожиданной новости моё сердце наполняется теплом и радостью.

— Спасибо, — тихо произношу я и забираю у него заветную бумажку.

— Только прошу, не тревожь её прямо сегодня. Пусть она привыкнет к своей новой роли, ей сейчас не до тебя. Приезжай лучше на выписку. Я дам тебе знать, когда и во сколько она состоится, там и увидетесь, лады?

Я киваю.

— Хорошо, на том и порешили. А сейчас извини, мне пора, — он встаёт из-за стола и протягивает мне руку. Я протягиваю руку в ответ.

— Спасибо, что поверили мне, — произношу я искренне, — я вас не подведу.

— Поживём — увидим, — скептически произносит он, и мы прощаемся.

Буквально на следующий день мне приходит вся информация о выписке Вики и ребёнка. Я ловлю себя на мысли, что так растерялся при встрече с её отцом, что даже забыл спросить, кто у нас родился: сын или дочь...

В назначенный день, с роскошным букетом цветов выдвигаюсь по указанному адресу.

На лестнице, ведущей в больницу, сталкиваюсь с маленькой, сухенькой женщиной и потрясённо узнаю в ней свою мать. Мы не виделись несколько лет. Как же она сильно постарела и как будто усохла! Я потрясённо смотрю на неё. Сначала она меня не узнаёт, но спустя мгновение в её взгляде мелькает осознание. Она пошатывается, словно сейчас лишится чувств, и я поспешно подаю ей руку.

— Макар... - шепчет она еле слышно, её пальцы судорожно сжимают рукав моей рубашки. — Макар, сынок, это ты?

Я киваю, не в силах произнести ни слова. Сейчас как никогда остро осознаю, сколько драгоценного времени было упущено по моей же глупости.

— Ты надолго? — спрашивает мать, и в её голосе слышится надежда.

— Навсегда, мам, — я наконец улыбаюсь и обнимаю её за худенькие плечи. — Прости за всё, ты больше не останешься одна.

Мама кивает и смахивает слезу.

— Ну пойдём, пойдём, а то опоздаем, — поторапливает она меня. — Нужно как следует встретить наших девчонок.

Словно удар молнии пронзает меня. Ну конечно, у меня родилась дочь. Разве могло быть по-другому? Я ведь подготовился морально к встрече с ней?

Я выдержу, ведь так?

— Ну что же ты стоишь, — подбадривает мать, — поторапливайся.

Я беру себя в руки, и мы заходим в здание.

В фойе много народа.

Я сразу вижу Сергея Ивановича и красивую женщину рядом с ним, вероятно, маму Вики.

Не в силах проникать в самую гущу толпы, прислоняюсь к колонне немного в стороне и жду. Секунды складываются в минуты, а Вики всё нет.

Наконец дверь распахивается, и на её пороге появляется Вика.

Она немного взволнована, улыбка получается нервной, но несмотря на всё это она прекрасна.

Минуту я любуюсь ей.

Она, словно почувствовав мой взгляд, начинает глазами тревожно обшаривать толпу и наконец натыкается на меня. Я вижу её потрясение, недоверие и что-то ещё, но понять, что это, не успеваю...

Потому что акушерка выносит маленький розовый кулёчек, а следом... другая акушерка выносит кулёчек, похожий на первый как две капли воды.

В горле моментально пересыхает, я судорожно сглатываю слюну. Я будто в каком-то нереальном сне.

Я не совсем готов к одной дочери, а у меня их две?..

Ладони немеют, пульс шарашит как отбойный молоток. Я не замечаю, как роняю букет.

А перед глазами маленькая девочка, тянет ко мне свои ручки и заливисто смеётся.

Не осознавая, что делаю, я отступаю на шаг назад, а потом ещё на шаг...

Не отдавая себе отчёт, оказываюсь на улице, и бегу, бегу, сам не ведая куда, а в голове без конца звучит звонкий голосок:

— Я люблю тебя, папочка, я так тебя люблю...

Глава 37

(От лица Виктории)

После неожиданного побега Макара, торжество по случаю выписки теряет свои яркие краски. Я даже не успеваю, что-то понять, как его уже нет. Я даже начинаю сомневаться в своём душевном здоровье. Может, мне всё это привиделось?

Сначала у меня промелькнула шальная мысль, может, Макар всё осознал? Может, понял, что любит и не представляет своей жизни без нас?

Но, похоже, ошиблась.

Окружающие продолжают наперебой поздравлять меня, и, несмотря на разбитое внутреннее состояние, приходится делать вид, что я в восторге от всего происходящего. Хотя на самом