Дракон предпочитает Злодейку - Анна Шаенская

— А просто извлечь его нельзя?

— Нет, паразит со стороны похож на сколопендру с длинными лапами, и он будет до последнего цепляться ими и вгрызаться в ауру Амаранты. Поэтому его нужно вначале отравить, выудить из его памяти образ хозяина, а затем сохранить фантомную тушку для суда.

— О! То есть у нас будут доказательства⁈

— Я не думаю, что Дэйвенский сам отдавал приказы, но на кого-то из приближенных точно выйдем. Управлять паразитом Черной крови может только очень сильный маг.

— Я закончил, — сообщил Алонзо, — и попутно передал новости генералу. Он скоро будет здесь.

Перед глазами пронеслась вся жизнь и наша последняя встреча. А ещё вспомнилась нагло украденная игрушка. Подчинённые Леона наверняка опешили увидев, как суровый генерал крепко прижимает к груди плюшевый трофей.

Представив эту картину, я нервно хихикнула. Даже страх немного отступил.

— Я сказал что-то смешное? — удивился Алонзо.

— Прошу прощения, это истерическое, — смутилась я. — Кстати, а вы не в курсе о ближайших планах генерала? Там, случайно, моя казнь не значится? Как его друг, вы наверняка должны об этом знать.

— Считаете нас друзьями? — глаза мага окончательно округлились.

— Ну… во всяком случае, уж точно не враги.

— Да и делить вам уже нечего, — встряла Лиса. — Ведь вы же сцепились-то из-за Альбинки-Реджинки, а нас оказалось двое…

— К слову, о Реджине, — Алонзо тут же ухватился за эту мысль.

— Это очень долгая история, — ответила я, — давайте сперва спасём принцессу, а?

Маг кивнул и вокруг нас вспыхнул мерцающий золотом купол.

— Душенька моя, твой крохотный призрак прекрасен, но боюсь, мне до рассвета придется вливать в него магию напёрстками, — он обратился к Аше.

Та фыркнула, но всё же спрыгнула со стола на диван, на лету превращаясь в аметистовую Лису.

— Это самый крупный облик из тех, что я могу принять прямо сейчас, — пояснила она, и едва маг протянул руку, чтобы погладить роскошную шёрстку, Аша злобно зашипела. — Мы не настолько женаты, чтобы ты меня за ухом чесал! Отдавай магию и держи руки при себе, истинный мой.

Я сдавленно прыснула. Всё же, они идеальная пара, и что-то мне подсказывало, что этот мужчина её за хвост поймает в любом мире и перевоплощении. А может и вовсе отсюда не отпустит?

Мне хотелось верить в счастливый конец для всех нас. Даже для Каина с Амарантой.

Алонзо принялся нараспев читать заклинание. Его голос убаюкивал и под незнакомые слова хотелось дремать. Жаль, у меня не было такой возможности. Поэтому я просто закрыла глаза, вновь сосредотачиваясь на воспоминаниях леди Лавьер.

Я пыталась понять, почему события так странно переплелись и что послужило причиной этих изменений?

Могла ли настоящая Миель и в прошлом умереть раньше отца?

В книге похоронную церемонию не описывали. Когда читала, очень удивилась, ведь за кадром осталось очень многое. Теперь же подозревала, что пробелы в повествовании связаны с Чёрной кровью и сидящей в ауре Амаранты сколопендрой.

Тварь постоянно подчищала память Лавьер и то, что я считала халтурой автора и его нежеланием описывать важные события, было провалами в памяти Амаранты.

Она помнила только то, что ей позволяли. Вот почему акцент был на её отношениях с Каином, а всё остальное казалось сильно смазанным.

Если я права, то по этим пробелам в «книге» можно будет предсказать встречи Амаранты с архиепископом!

Только ситуация с Миель не давала мне покоя. Что-то здесь не сходилось… Точно!

Перед глазами пронеслись последние мгновения из жизни Амаранты. Видение, которое открылось мне, пока я восстанавливалась от яда Реджины.

Перед тем, как убить Лавьер, кронпринц надел ей на шею рубиновое колье. Амаранта сразу узнала украшение. После смерти, когда развеялся туман Чёрной крови, она вспомнила, как сама надевала его на шею принцессы незадолго до того, как убить!

Эти воспоминания были очень смутными, но, к счастью, я сразу записала их! Коснувшись татуировки-хранилища, мысленно призвала дневник.

— Что это? — насторожился Алонзо.

— Мои видения, — уклончиво ответила. — Если кратко, я не владею магией в привычном для вас понимании, но…

— Альбина — Жнец, призванный самой Йороной, чтобы изменить будущее, — пояснила Лиса, — она знает некоторые события наперёд, но проблема в том, что будущее переменчиво и нестабильно…

— Смерть Миель — ключевое событие прошлого, — перебила её, — но оно изменилось.

— Насколько? — нахмурился Алонзо и даже искры его магии, кружащие над Лисой, замедлились.

— В прошлом Амаранта, находясь под воздействием Чёрной крови, надела на шею принцессы ожерелье, блокирующее магию, а затем ударила отравленным кинжалом и скрылась.

— Где именно произошло убийство?

Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить детали, но картинка была размытой…

— Не знаю, — покачала головой, — вижу богатую мебель, но ничего примечательного. Возможно, это случилось во дворце, а может в храме… — я жестом попросила подождать и принялась листать свои записи. — Вот оно! Амаранта была уверена, что на Миель напали убийцы. Значит её тело нашли не во дворце…

— Ты говорила, что в видении Миель приехала на похороны короля, — напомнила Лиса. — Учитывая, что до этого она отказалась от всех привилегий и не особо горела желанием пересекаться с мачехой и братьями…

— Вероятнее всего, она остановилась в Фиалковом поместье, — закончил за неё Алонзо. — сразу после свадьбы король подарил его матери Миель. Она оборудовала там художественную мастерскую. После их отъезда особняк пустовал, но слуги до сих пор поддерживают там идеальный порядок.

— В описанных событиях принцесса прибыла официально, а сейчас тайно, — напомнила я, — да и король ещё жив! А Амаранта пока не пробудила свои «особые» силы…

Я не договорила. Озарение пришло внезапно и я застыла, открыв рот.

Сцена в Солнечной резиденции, пробуждение Святой Силы у Амаранты и героическое спасение ею принца Каина. В книге не было ни слова о том, что храмовники боятся Жнецов Белого солнца и убивают их. И Колодец, из которого они черпают магию, тоже не упоминался.

Лавьер просто касалась амулета на груди и её тело наполнялось магией. Вуаля!

Вот же оно!

— Сейчас Миель никто не убьёт! — воскликнула я. — В карете будет сонный яд.

— Зачем Дэйвенскому усыплять принцессу? — удивился Алонзо.

— А затем, что архиепископ планирует выкачать из Миель святую Силу и отдать Лавьер!

Вот теперь всё сходилось идеально, и наконец стало понятно, почему Мангуст склонялся к версии с убийством. Яд, карета, тайная встреча… Я бы решила так же. Но, кажется, у нас возникла новая проблема…

— Заменить Миель Дурманом не получится, — продолжила я. — Абсолютный иммунитет к ядам — это хорошо, но она не святая! Нас сразу раскусят.