Дракон предпочитает Злодейку - Анна Шаенская

Разница лишь в том, что Реджина не скрывала злодейский характер, а у Амаранты синдром главной героини на последней стадии. Чёрная кровь мощно прошлась по её рассудку. Она ужасно играла, часто ошибалась и с трудом держала лицо.

Впрочем… когда читала книгу, всё выглядело иначе. Её до самого конца никто не подозревал. Это было странно… Либо моё появление спутало все карты, либо же Лиса права и побочные эффекты зелья усилились из-за возвращения в прошлое и проклятия вечной неудачи.

О последнем я едва не забыла, а ведь оно было частью платы и наказания леди Лавьер.

Аша говорила, что ради возвращения в прошлое маг-призыватель должен отдать всю удачу преемнику судьбы. То есть, мне!

Если это правда, то Амаранта и в прошлой жизни была на редкость невезучей. Поэтому и передавать мне было нечего.

Из глубин подсознания раздался протяжный вздох Лисы. Ей приказали залечь на дно, и пока не пройдём зачарованные ворота — молчать в тряпочку, прикрывшись хвостом.

Дух страдал. Зато Алонзо с лёгкостью поддерживал непринуждённую беседу и иллюзию свидания. Маг вел себя очень галантно, мы шли под руку, улыбаясь и обсуждая выставку художника, о существовании которого я до сегодняшнего дня даже не догадывалась. Но дракон так умело плел кружево речей, что мне оставалось лишь восхищаться и со всем соглашаться.

На этой ноте мы покинули ресторан и направились к храму. Я боялась, что придётся пробираться сквозь толпу, но всё оказалось проще. Для особых гостей полагалась отдельная тропинка. Из белоснежного мрамора, огороженная защитным плетением и изящным забором.

Мы без проблем добрались до Золотых ворот и, заметив архимага, стража тут же убрала оружие, открывая проход. Даже пропуск доставать не пришлось.

— Моя драгоценная леди, для меня величайшая честь быть рядом с вами в священную ночь, — продолжил Алонзо. — Сегодня храм Солнца особенно прекрасен. А может всё дело в вашем присутствии?

— Бог мой, сколько в ваших речах сиропа… — позади раздался голос кронпринца.

Каин появился из ниоткуда и сразу плюнул ядом в лучших традициях картонного злодея. Но теперь я знала, что на самом деле он такая же жертва, как и Лавьер.

— Неужели женщинам и правда нравится подобное? — принц подошёл ближе.

— Вы всегда один, а меня сопровождает очаровательная леди, ваше высочество, — улыбнулся Алонзо, — полагаю, это и есть ответ.

— Интересно, что привлекает женщин в таком, как вы? Сладкие речи, высокий титул или удивительное непостоянство натуры? — насмешливо уточнил Каин. — Помнится, ещё недавно вы умирали от любви к другой и даже сделали ей предложение.

Я напряглась. Намёк, прозвучавший в голосе принца, и его взгляд были слишком красноречивыми. Он оголил клинок не ради мага. Его вызов предназначался мне.

— Боюсь, у меня куда больше достоинств, чем вы перечислили, но как мужчине вам позволительно не замечать их. К слову, о предложении! Помнится, и вы должны были сделать его даме, похитившей ваше сердце на балу? — архимаг с лёгкостью отбил выпад и теперь острые слова угрожали уже кронпринцу.

На том знаменательном приёме он, разумеется, целовался с Амарантой. Но по какой-то причине не выдал её. Если сейчас откажется от своих слов и намекнёт на их близкую связь, дело закончится дуэлью с архимагом.

Алонзо не станет обнажать меч из-за шипения в свой адрес, но убьёт любого, кто посмеет бросить тень на честь его спутницы. Пусть даже временной.

— Я бы рад, но после отравления с моими воспоминаниями творится что-то странное, — Каин обезоруживающе улыбнулся и посмотрел мне в глаза.

Прожигая насквозь и словно говоря: я знаю всё и о тебе, и о тех, кому ты служишь, тварь.

— Представляете, я напрочь забыл лицо возлюбленной и потерял чувства к ней, зато словно наяву увидел то, чего не было и не могло быть.

Только этого не хватало… Неужели он тоже всё вспомнил⁈

— Горячечный бред после отравления и ранения — довольно частое осложнение, — невозмутимо ответил Алонзо. — Но, если ваше высочество до сих пор видит несуществующие события, вам следует вновь обратиться к лекарю.

— Предлагаете посетить тех же целителей, которые занимаются королём?

Я чудом сохранила безмятежное выражение лица, Каин неотрывно наблюдал за мной. Я прекрасно понимала, что веду себя неправильно. Настоящая Лавьер отреагировала бы иначе, но сейчас гораздо важнее не показать, как много я знаю о состоянии короля и причинах его недуга.

Ведь мы подозревали, что именно главный лекарь травит его, подмешивая яд в лекарство.

Если сейчас отвечу на выпады принца, он может счесть это доказательством моей вины. Для ареста этого мало, но Каин псих! С него станется настичь меня в ночи и тихо прирезать, выбросив труп из окна.

— Полагаю, с такими симптомами вам следует воспользоваться услугами главного лекаря Сумеречной гвардии, — ответил Алонзо.

— Надо же! Рекомендуете мне просить помощи у вашего врага?

— Врага? — я всё же подала голос и непринужденно рассмеялась.

Хотела разрядить обстановку. Амаранта на публике носила маску невинной дурочки, такой поступок вполне в её духе.

— Ваше высочество, ну что вы такое говорите⁈ Разве могут быть врагами те, кто неустанно трудится во славу нашего королевства? — мило улыбнулась, но Каин отшатнулся, будто я плюнула ему в лицо.

С его губ слетела улыбка, а взгляд на миг стал странным. Не злым, а болезненным и опустошенным…

Неужели он и правда всё вспомнил?

Это может обрушить наши планы! Ведь в прошлом именно Амаранта убила Миель, и Каин отомстил ей за сестру, так и не узнав о Черной крови.

А вдруг он как-то прознал о тайной встрече в храме?

— Если леди так говорит, я, пожалуй, воспользуюсь советом и обращусь к светлейшему Джейлеру, — Каин быстро взял себя в руки.

— Ваше высочество, я не ослышался? — сбоку раздался голос генерала. — Кажется, вы упомянули моего штабного лекаря.

— У вас удивительный слух и талант появляться в ненужный момент, — улыбнулся принц, — доброй ночи, господин генерал. Да пребудут с вами доблесть и слава!

Вежливые слова и традиционное приветствие. Только сказано это было таким тоном, что захотелось добровольно закопаться.

— Не тратьте понапрасну слова и улыбки, ваше высочество! На территории храма проклятия не действуют, — парировал Леон и подошёл ко мне. — Леди Лавьер, я счастлив снова видеть вас. Сегодня вы неотразимы!

— Благодарю, мой генерал, — просияла, подавая руку для поцелуя.

От Алонзо повеяло холодом, но его напускная злость не шла ни в какое сравнение с цунами ярости, нахлынувшей на нас со стороны принца.

— Месса вот-вот начнётся, — поспешила разрядить обстановку, но нежный голосок Амаранты взбесил Каина ещё сильнее.

Его жажда