Развод. Приручить Бандита. - Айрин Лакс

Варьку уже замазали. Будут кошмарить и после моей смерти, решив, что ей кое-что могло достаться от меня.

Она хочет уйти, но врозь будет хуже. Какой вариант остается?

Ну, какой…

Быть вместе? Я ведь это даже не рассматриваю. Знаю, что она упорно против.

Неожиданно на мое плечо ложится узкая, горячая ладонь.

Пальчики осторожно касаются мышц и нервно дергаются в сторону, когда я вскидываю голову.

Слишком резко для нее.

— Тише-тише. Это же я…

— Да, ты, — соглашается Варя. — Мы можем быть вместе, — вздыхает. — Рядом. Насколько это возможно, пока есть опасность. Ближе к тебе! — смотрит мне в лицо, но не в глаза. — К тебе самому, не к твоим людям. Я им не верю. Никому. Никому из них! — подчеркивает.

— А мне? Мне-то веришь?

— И да, и нет. Все сложно. Но ты за ними всегда сам подгребаешь. Может быть, это что-то значит?

— Безумно. Много.

Не веря своим ушам, тянусь к Варьке, облизнувшись. Аж трясет…

— Вместе. Просто вместе, Мирон. Как… Партнеры. Родители ребенка, в конце концов. Не как пара, — отступает и смотрит затравленно, но все-таки прямо смотрит.

Чего ей это стоит? Выдвигать свои условия вот так? Если бы у Варьки были яйца, я бы пожал ей руку в знак уважения… Она посмелее многих из моих людей будет, прямо говорит.

— Пары из нас не выйдет.

Может быть, это и есть расплата. За все.

Найти и потерять.

Обрести, но не полностью..

— Ради малышки, Мирон. Очень тебя прошу.

Аааааа… Просто в хламину разносит! Как ей отказать?

Глава 51

Варя

Спустя время

— Добрый вечер.

Постучавшись, в мой кабинет заглядывает Лось.

— Готовы? Сегодня я вас отвезу домой.

Смотрю на него с неприязнью. Не все из людей Мирона мне нравятся. Господи, мне вообще его мир криминальный не нравится, но Лось стоит особняком. Наверное, потому что в какой-то момент он показался мне самым адекватным и человечным. Плюс он симпатизирует моей подруге.

Но с тех пор, как он презрительно плюнул мне под ноги, мое мнение о нем изменилось.

Видеть его, в целом неприятно!

Потому что он — яркий показатель того, насколько все кругом с двойными стандартами.

Он, Яна… Мирон…

Все кругом лгут.

Все рассыпают громкие слова обещаний, но когда дело доходит до них самих, могут вести себя так, как осуждали другого.

Я считаю, что Лось не имел права плевать мне под ноги. Мне неприятно, и все. Он-то был в курсе, что я оказалась в этом мире грязных дел не по своей воле, и презирать меня за то, что я хотела из этого круга вырваться, он не имел права.

К тому же, как выяснилось, люди Мирона в очередной раз прошляпили настоящего предателя.

Юриста..

Мирон со мной не делится всеми подробностями, но коротко он рассказал, что благодаря инциденту со мной, он понял, что человека прельстили большие бабки, и он решил слить Калашникова.

Это грозило бы серьезными последствиями.

Вот так получается!

Что они сами у себя под носом многого не замечают, доверяют тем, кому не стоит доверять, но плевать под ноги будем мне, ага..

Я пыталась наладить отношения с Яной, но после того, как она вдохновленно сказал, мол, Иван — большой и сильный, настоящий мужчина, не выдержала и обозвала его глупой шестеркой Мирона, который иногда вперед своего хозяина спешит выслужиться.

Разве я не была права? Что он пытался добиться своим плевочком в мою сторону? Лишь выслужиться перед Мироном и показать, что он вернее всех прочих.

Наверное, это даже в какой-то степени оправдано… Когда Мирон злится, его лучше не злить.

Это, в целом, в очередной раз доказывает, что своя шкура дороже.

И каждый предаст, каждый…

Нелегко жить после таких открытий. Иногда я не понимаю, как Мирон справляется с этим. Жить в тотальном недоверии к миру непросто, я так не привыкла!

Временами это просто невыносимо…

— Надеюсь, вы закончили, — продолжает Лось.

— Нет, я не закончила. И с тобой я точно не поеду, — отрезаю. — Закрой дверь с той стороны.

Лось поджимает губы.

— Варвара, сегодня Мирон не сможет.

— Значит, я здесь останусь. У себя в офисе.

— Мирон сказал, что… я должен буду вас отвезти. Здесь неудобно спать вам будет. Срок все-таки… — косится на мой круглый живот, который уже не скрыть ни одному просторному платью.

— Не твоего ума дела.

— Варвара, я вас очень прошу.

— Я все сказала, с тобой никуда не поеду.

— Другим Мирон бы вас не доверил.

— А Мирон не боится, что мне потом… от твоих вонючих харчков отмываться придется? Мало ли что тебе может показаться?

— Варвара, я…

— Ты не лось… Ты верблюд! — шиплю. — Пошел вон. Дверь закрой… — тру виски.

Устала сегодня, ужасно просто… Поясницу ломит. Врач порекомендовал купить бандаж для беременных, чтобы снизить нагрузку.

Мне еще целых два месяца ходить! Уже тяжело… А дальше что будет? Я стану бочкой на ножках, которая будет способна только перекатываться?

Лось не уходит, мнется.

— Это было… не в тему. Признаю. Я много раз извинялся.

Что ж, он прав… Извиниться он пытался.

Но мне на его извинения — плюнуть и растереть.

Вот так.

С волками жить, по-волчьи выть.

Мирон не допускает косых взглядов в мою сторону, появляется со мной иногда. Мне тоже приходится держать марку и зыркать иногда на его людей так, словно они — мусор, а я — законченная стерва.

Иначе у них считается за слабость.

Вроде работает даже…

Но утомляет неимоверно.

Так хочется жить без оглядки. Просто жить…

Наслаждаться маленькими победами и успехами, отправлять денежку родителям в деревню, слышать от них далекие приветы и ахи, что кошка… снова-то загуляла, и самое большое для них переживание, мол, что делать с котятами… Куда их раздавать. И в очередной раз напомнить строго, что кошку лучше стерилизовать… Поспорить немного…

Вернуться к текущим проблемам, гулять с подружкой, вздыхать, когда сердце замирает в груди от очередной смски любимого, не воспринимать всерьез бубнеж Яны, мол, ты пожалеешь, ты обязательно пожалеешь, все мужики козлы, вот мой бывший… Потом вместе костерить ее бывшего и соглашаться, что таких, как он, больше не делают, просто эталонный мудак, и как только его земля носит…

Славно же было! Славно? А сколько в этом было лжи и слепоты?

Почему иногда в сладкой паутине обмана жить проще и легче, чем с правдой, которую не то, чтобы унести, но даже просто на миллиметр сдвинуть не в силах?

С Яной мы теперь не общаемся. Пытались,