Академия Высших: студенты - Марта Трапная

Ипс покачал головой.

– Я все рассказал. Понятия не имею, почему он решил утопить меня в фонтане.

– А что ты скажешь насчет портала?

Ипс смотрел на куратора, будто не слышал вопроса. Он ведь и в самом деле не слышит, с ужасом поняла Сигма. Он не притворяется!

Констанция встала, подошла к двери и приложила ладонь к пластине идентификатора. Замок щелкнул, дверь открылась и в кабинет вошли трое мужчин, которых – Сигма была совершенно в этом уверена! – она никогда раньше не видела. Один был в форме медика, двое остальных – в рабочей одежде. Но все трое выглядели совершенно одинаково. Сигма смотрела на них во все глаза. Она проучилась год в Академии! Целый год! Она узнала такие тайны, о которых не подозревала. Она узнала, как она может сделать вещи, которые в ее понимании могли делать только боги. И она думала, что если и сможет чему-то удивляться, то только названию и содержанию новых учебных курсов. Но сегодня… то есть вчера и сегодня она будто попала на новый уровень, где возможностей и вероятностей было еще больше. И то, что казалось невозможным событием, оказывается достоверным. Порталы. Феромоны.

Мужчина в костюме медика просто подошел и посмотрел Ипсу в глаза. Ипс открыл рот, будто собирался о чем-то спросить, но тут же осел вниз.

– Психопрограммирование, – шепнул Сигме Мурасаки. – Помнишь, я тебе вчера говорил?

Мужчины в черных комбинезонах подхватили Ипса, не давая ему упасть и аккуратно положили на пол. Затем один из них вышел, чтобы вернуться с обычной медицинской каталкой. Когда Ипса увезли, Констанция устало посмотрела на Мурасаки с Сигмой.

– Теперь вы. Сигма, о чем вы вчера говорили с Ипсом?

Сигма пожала плечами.

– Он жаловался, что у него хвост по элементарному разложению. Просил помочь.

Констанция поморщилась.

– Какая грубая работа, надо же. Насколько вы с ним были близки?

– Мы дружим, – начала Сигма. – Дружили в прошлом году.

– Я не о том.

Сигма покраснела.

– Ни насколько.

– Никаких телесных контактов?

– Я его обняла при встрече.

Мурасаки фыркнул. Сигма обернулась к нему.

– Что смешного?

– За что ты его обняла? За колени?

– За плечи! Он наклонился!

Констанция с интересом посмотрела на Сигму.

– То есть инициатором был он?

– Не знаю, – Сигма отчаянно пыталась вспомнить их встречу. – Я сказала, что обняла бы его, если допрыгнула. Он наклонился, я его обняла и все. Больше ничего не было! Честное слово!

– А как вы оказались у тебя?

– Я позвала его выпить кофе.

– Значит, это тебе захотелось его обнять и пригласить к себе, – протянула Констанция. – Похоже, феромоны и правда играли какую-то роль в плане Ипса, ты правильно догадался, Мурасаки. Как жаль, что я не встретила Ипса до того, как он искупался в фонтане. Интересно, – Констанция повернулась к Мурасаки. – а ты-то зачем пришел к Сигме?

– Переночевать, чтобы не сбежать в казино, – легко улыбнулся Мурасаки, будто признался в том, что съел лишнюю конфету.

– Не сияй, как солнце, – одернула его Констанция. – Конечно, нам всем очень повезло, что вчера обстоятельства сложились именно так, но теперь мне сложнее понять, кто был целью Ипса. И в следующий раз, – строго сказала Констанция, – Мурасаки, не вздумай больше так поступать. Если тебе кажется, что что-то не так, что ты должен сделать?

– Сообщить куратору, – снова улыбнулся Мурасаки.

– Вот именно. На протяжении всей учебы. На каком курсе ты бы ни был, и где бы ты ни находился. Понятно?

Сигма прикусила губу. А почему ее Констанция не предупреждает ни о чем таком? Потому что она не в состоянии почувствовать неладное? Или Констанция просто особенно бережно относится к Мурасаки?

– Я бы хотела, чтобы никакого следующего раза не было. Но зная тебя, я уверена на все сто процентов, что следующий раз обязательно будет, и не один.

– Вероятность не измеряется в процентах, – вдруг сказала Сигма.

Констанция вдруг улыбнулась.

– Вижу, Мурасаки ходит к тебе не только ночевать. Это хорошо. Можете идти.

Когда за ними закрылась дверь кабинета, Сигма с тревогой посмотрела на Мурасаки. Он сейчас опять сползет по стенке и ей придется искать ему воду и гранатовый сок?

– Я в порядке, – сказал Мурасаки и добавил, – я не читаю твои мысли, они у тебя написаны на лице крупными буквами.

– Да?

– Да, сегодня я не боролся с Констанцией за свою свободу, – ответил Мурасаки.

– И на том спасибо.

– А ты что, чем-то недовольна?

– Да, – проворчала Сигма. – Тем, как я готовлюсь к экзамену по математике.

Мурасаки расхохотался, обнял Сигму за плечи и они пошли к выходу из академического корпуса.

– Слушай, но мне правда надо учиться! – Сигма попыталась сбросить его руку, когда поняла, что идут они отнюдь не в библиотеку.

– Вот и будем учиться на улице. Смотри, какую ты нам хорошую погоду устроила!

– Но я хочу в библиотеку!

Мурасаки остановился и развернулся к Сигме.

– Слушай, ты только не обижайся, хорошо? Скоро до тебя дойдет весь ужас ситуации. И тебе захочется поплакать. Или поорать. Разбить что-нибудь. И все это лучше делать где-нибудь за пределами Академии. Я по себе знаю. Поверь мне.

Глава 13. Последствия

Сигму накрыло через полчаса, в парке. Она сидела с ногами на скамейке, сбросив кеды, и читала вслух доказательства очередной теоремы, а Мурасаки перебивал ее вопросами. Но поскольку вопросы касались исключительно теоремы, Сигма не возражала. Тем более, что хотя вопросы Мурасаки задавал таким тоном, будто ему скучно и он цепляется к словам, но на деле они оказывались очень полезными.

А потом вдруг в середине фразы Сигма поняла, что не может разобрать ни слова, потому что очень сложно читать, когда буквы расплываются, а на планшет падают слезы.

Мурасаки подвинулся поближе, отобрал у нее планшет, отложил его в