Аленький цветочек. Снять заклятие Яги - Елена Ха

— Доброе утро, доченька, — по-доброму улыбаясь, поприветствовала невестку пожилая женщина в цветастом платке, чистой, белой рубашке и коричневой юбке, поверх которых был надет серый передник.

— Простите, матушка, я заспалась сегодня. Но обещаю, впредь я буду вставать раньше вас и готовить на всех завтрак, — торжественно пообещала Маша, забирая ухват из рук растерявшейся свекрови, которая привыкла одна заботиться о двух вечно голодных мужиках.

Две хозяюшки весело щебетали на кухне, обсуждая погоду и урожай, когда из спальни молодых вышел Петр. Две его любимые женщины улыбались друг другу, затмевая своим светом само солнце. Вкусно пахло едой. На дворе мычали коровы и кудахтали курицы, слышалось ворчанье отца, он отчитывал упрямую лошадь Зорьку, которая никак не хотела спокойно стоять в стойле, била копытами и пугала своей энергией остальных. Вокруг кипела жизнь, а в доме царил уют и покой. Это ли не счастье?

Эпилог 2. Варвара и Ярополк

Солнечный свет раздражал, мешая видеть сладкий сон. Варя не успела запомнить, о чем он был, но он точно был приятный, потому что просыпаться не хотелось, ведь в реальности ее ждал навязанный муж, бородатый и смурной.

— Проснулась, лентяйка! — услышала она над своим ухом грубый бас и распахнула глаза.

Над ней стоял Ярополк, заслоняя назойливое солнце. Его черные волосы, густые брови, смуглая кожа и серьезный взгляд сразу сделали этот день пасмурным.

— Вставай! — поторопил муж жену, — Завтра столько спать не позволю. Я уже тесто намесил, пироги и хлеб в печи поставил. Сегодня сделал тебе поблажку, потому что эта ночь была для тебя… хм, — он запнулся, подбирая слова, улыбнулся игриво и закончил, — сложной.

Варя вспомнила, как муж соблазнил ее. Его напору мог позавидовать дятел. Как она ни отстранялась от горячих рук, ни отворачивалась от жадных губ, Ярополку удалось поцеловать упрямую жену, а дальше он действовал умело и быстро, руки нашли ее слабости, язык вскружил голову. И девушка растаяла, забыв про обиды на отца, мужа и Бабу-ягу.

Больше всего Варя злилась на колдунью, что подкинула ей неправильное зелье. Теперь Маша станет женой красавца Петра, а Варе век куковать рядом с этим пекарем…

Несмотря на некоторый дискомфорт, все тело девушки звенело от переполнявшей его энергии. Когда она умылась и позавтракала пирожками с мясом, приготовленными Ярополком, вкусными, между прочим, муж повел показывать жене хозяйство. Оно оказалось огромным. Отдельно стоящее просторное помещение с двумя печами — собственно, сама пекарня. Большая лавка, над которой располагались жилые комнаты. Два склада с овощами, мукой, сахаром, солью. Все это стоило целое состояние.

«Зачем же ему мое жалкое приданое?» — удивлялась про себя молодая жена, а Ярополк уже отвечал на немой вопрос Вари:

— Как видишь, добра у меня много, но склады требуют ремонта, да и лавку нужно обновить. А деньги все в деле. На ремонт средств нет. Я мог бы взять в займы, но зачем, если можно убить двух зайцев сразу. Теперь у меня есть отличная жена и деньги на ремонт.

Варе стало обидно. Отец от нее избавился, да все в родительском доме были счастливы ее отъезду. Для мужа она лишь приятная добавка к деньгам. Никому она не нужна. Слезы сами собой покатились из глаз. Давно Варя не плакала. Перед сестрами нужно было держать лицо, все-таки старшая сестра должна быть сильной, это только мелкие салаги могут нюни распускать по любому поводу.

— Эй, ну ты чего? — обнял Ярополк жену за плечи и прижал к своему крепкому телу, — Если не будешь скандалить, как последняя склочница, обещаю, я буду хорошим мужем.

Он ласково погладил Варю по щеке и улыбнулся нежно. Его смурное лицо тут же преобразилось, девушка залюбовалась милыми лучиками мелких морщинок возле внешних уголков карих глаз. Ярополк уже не казался таким грозным, как вчера. Но все равно, никто не спросил Варю, чего она хочет, а хотела она Петра!

Недолго думая, девушка топнула, стремясь прицельно попасть по ноге мужа. Она хотела стереть эту милую улыбочку с его лица, и ей удалось, он охнул, хохотнул со словами:

— Строптивая кобылка, идем, дам задание.

Ярополк привел жену в пекарню и, пока извлекал из печей румяный хлеб и ароматные пирожки, строго говорил:

— Я сейчас отнесу все это в лавку и буду продавать. Твоя задача — поставить новый хлеб, чтобы после обеда у нас снова была свежая выпечка. Поняла?

Варя нахмурилась и скрестила руки на груди. Она не собиралась ишачить на мужа. Ярополк правильно понял немой протест, но, вместо криков и угроз, усмехнулся:

— А мне говорили, ты прекрасно готовишь… Знал же, что сплетни врут.

Варя возмутилась и на это утверждение.

«Я прекрасно пеку!» — гневно сверкая глазами, громко подумала девушка, топнула и отправилась за мукой.

Потешающийся над ней Ярополк ушел, а она оторвалась на тесте: мяла, кидала, била его, представляя по очереди то Ягиню, то отца, то мужа. Правда, мягкость муки напомнила ей о нежности мужа, что несколько сбило ее с пути возмездия.

«Днем он такой мрачный, суровый, а ночью… совсем другой», — размышляла она про себя, в ожидании пока отдохнет тесто.

Она так погрузилась в воспоминания о первой брачной ночи, что даже не заметила, как убралась на столе для раскатки, подмела, приготовила начинку.

«Мясо и яблоки! Это все, на что у него хватает воображения?» — усмехнулась девушка и приготовила грибы, яйца, лук, творог, ягоды.

У нее были грандиозные планы. Она напекла не только три вида пирожков, сладких и сытных, но и два вида ватрушек: с вишней и клубникой. Все, что нашла в запасах мужа, опробовала. Варе хотелось петь, пока она раскатывала тесто и крутила свои любимые сладкие булочки без начинки, которым еще матушка дала смешное прозвище — птюшки. Девушка задумалась, почему она перестала готовить, ведь ей нравилось возиться с тестом, превращать отдельные продукты во вкусные блюда, которые непременно радовали других.

«Видимо, мне так хотелось досадить Аленке, что (я) просто завалила ее работой. Да и сказать ей лишний раз, что у нее руки кривые, и ничего-то у нее не получается, было приятно!» — с горечью подумала Варя и пришла к неутешительному выводу, — Хотела сделать гадость сестрам, и сама себя лишила радости».

Солнце лениво катилось уже стояло высоко в зените, когда уставший Ярополк вошел в пекарню и замер принюхиваясь.

— Что это за божественные ароматы? — с восхищением