Камелия. Княжна соляных пустошей-2 - Елена Кароль

Та - затюканная тихоня, один-единственный раз сумевшая взбрыкнуть (и крайне неудачно!) и эта блистательная особа, уверенная в себе на все сто. Идеальная осанка, смелый взгляд, изысканный наряд и дорогие украшения… Словно по меньшей мере императрица!

Это не могла быть “та” Кама! Просто не могла!

А потом он увидел рядом с ней Боброва и последние сомнения отпали сами собой.

Она. Точно она.

Мер-рзавка!

Сдержался чудом. Раз пять только останавливал себя, чтобы не подойти и не свернуть ей тонкую шею. Из-за неё! Все его проблемы из-за неё!

Ну ничего… Ничего-ничего!

Она ещё умоется кровавыми слезами!

Все они умоются!

Глава 12

После того, как отгремели овации и кулисы спрятали от нас актеров, три раза выходивших на бис, Тимофей восторженно озвучил вроде как только что пришедшую ему в голову мысль:

– Дамы… И господин Бобров. А не продолжить ли нам этот чудесный вечер в ресторане? Приглашаю! Знаю великолепное место, вам там обязательно понравится.

Ой, какой неожиданный поворот сюжета! И да, это сарказм.

Старательно не выходя из роли юной барышни, которой совершенно не хочется домой, где скучно и нет галантных кавалеров, а на самом деле желая проверить, как далеко в своей игре зайдет именно этот Тихомиров, оказавшийся прекрасным игроком, познавшим многие грани жизни, я дала своё согласие, Варя тоже, Бобров не возражал, и мы отправились в ресторан.

Подозреваю, столик был заказан заранее, потому что, когда мы подъехали к невероятно пафосному зданию и вошли в ресторан с позабавившим меня названием “КонтиненталЪ”, вышколенный официант моментально провел нас к уютному столику на четверых, даже не спросив имя.

– Часто здесь бываете? - полюбопытствовала у мужчины, между делом отмечая, что пафос места просто зашкаливает и намного больше подошел бы дворцу: высокие потолки, белые стены, колонны с лепниной, позолота, хрустальные люстры и безупречно белые скатерти на столах, дополнительно украшенных живыми цветами.

– О, нет, - рассмеялся Тимофей. - Совсем нет. Я и в Астрахани-то в последние годы практически не бываю. Уже лет семь живу в Баку, у семьи там своё торговое представительство. Но поверьте, если б я раньше знал, что у моей тетушки появилась столь очаровательная подруга, то приехал бы ещё весной.

Меня одарили таким многозначительным взглядом, что только тупой бы не понял, к чему всё идет. Вот только я сегодня была в образе легкомысленной блондинки и намека не поняла. Принципиально.

Вместо этого я предпочла взять кожаную папочку меню и придирчиво допросила официанта, требуя пояснить, что такое “крутон”, почему “консоме” - это всего лишь говяжий бульон, и зачем розочку из помидорки и огурца обозвали “крюдите”.

В самом деле, у них русские слова резко закончились? Что за снобизм? Ради дополнительного нолика в стоимости блюда?

Как бы то ни было, официант с честью выдержал испытание, после чего я заказала “меньер” и “хашбраун”, то есть жареную рыбку с драниками, а на предложение Тимофея отметить знакомство бокалом вина ответила согласием, но только когда Бобров сказал, что домой повезет меня сам.

И вечер продолжился уже через призму легкого градуса с привкусом цветущей сакуры.

Более того, минут через двадцать Тимофей пригласил меня на танец - в ресторане звучала живая музыка, и у меня не нашлось причины отказаться.

– А знаете, Камелия, я представлял вас себе иначе, - заявил мужчина, выведя меня в центр зала, словно хвастаясь мной перед остальными посетителями ресторана.

Тут уже отмолчаться не получилось бы в любом случае и я спросила:

– И как же?

– Более… юной.

– Сомнительный комплимент в моём возрасте, - покачала головой, иронично улыбаясь.

– Я сейчас не о возрасте, - возразил Тихомиров, ведя меня в безупречном вальсе и не прижимаясь больше допустимого. - В ваших глазах застыла глубокая печаль и даже тень разочарования этой жизнью. Я настолько плох?

Вот тут я даже как-то растерялась. Из-за этого присмотрелась к мужчине получше, отметила чрезмерно понимающий ответный взгляд и тихо хмыкнула.

А он не дурак…

– Вы очень хороши, Тимофей. Настолько, что я не верю своему счастью.

– Язвительность вам не к лицу, - качнул головой Тихомиров и аккуратно крутанул меня в своих руках, отчего я сразу почувствовала их силу. - Давайте начистоту. Я знаю, что вы знаете. И вы знаете, что я знаю. Обсудим это?

– Интрига, - хмыкнула снова. - Хоть немного приоткройте свои карты, Тимофей, чтобы я понимала, что именно знаю.

– Я здесь только ради того, чтобы заинтересовать вас своей кандидатурой, - спокойно пояснил он. - В мужья. Но я вижу, что с треском провалился. Один лишь вопрос… Можно?

Я пожала плечами.

– Вы продаете тигрят?

Вот тут я опешила так сильно, что едва не сбилась с ритма, но Тимофей успел меня слегка приподнять и конфуза не случилось.

– То есть вы… - я даже рассмеялась, когда додумала забавную мысль, - тут исключительно ради тигрят?! Это возмутительно!

– Согласен, - рассмеялся Тихомиров в ответ. - Но что поделать? Такова жизнь. Кто-то мечтает о замужестве, а кто-то о свободе. Скажу честно, мне по нраву вольная жизнь. Это дед никак не угомонится. Всё в дом, всё в дом… Так что насчет тигрят? Варвара мне уже все уши прожужжала и насколько мне известно, в мире сейчас не больше сотни прирученных тигров из разломов, причем больше половины рождены уже в неволе. А у вас их целых три! Согласитесь, это несправедливо.

– И не подумаю, - покачала головой, ехидно ухмыляясь. - Хотя вариант с продажей рассматриваю. Трое мне ни к чему. И в какую цену вы готовы заплатить за эксклюзив, Тимофей? Кстати, для себя или на перепродажу?

– Только для себя. Категорически, - заверил меня Тихомиров. - Давно хотел завести себе крупного мохнатого напарника, но всё никак не мог определиться. А тут как услышал о тиграх, примчался первым же рейсом. А заплатить я готов столько, сколько скажете.

– И даже миллион? - выгнула я брови.

– Готов, - смело заявил мужчина и тут же скорбно сдвинул брови, - но тогда, боюсь, придется продаваться вам в рабство. Таких денег у меня точно нет и вряд ли когда-нибудь будут. Я всё-таки не император.

– Думаете, у него есть? - Я изобразила глубокую задумчивость.

– Подозреваю, и у него нет, - сочно рассмеялся Тимофей. - В смысле - своих. В казне-то может и лежит нужная сумма, но наверняка её