Последний шанс в… Империи - Татьяна Донченко

Я поймала хороший темп, чуть наклонилась вперед, уперлась руками в валик и открыла глаза. Что-то в этом, все-таки есть… извращенное, запретное.

Алекс продолжал сидеть в кресле, брюки приспущены с бедер, а в руке – идеальный, самый трахательный член в мире. Это какой-то сюр – смотреть на него на расстоянии и прыгать на его точной копии, но…

–Покажи мне его, – простонала я, чувствуя новый прилив влаги, ее было столько, что я легко скользила по силиконовой копии. Но всеми частями тела и души желая, чтобы подо мной оказался оригинал.

Алекс с гордостью продемонстрировал мне своего красавца, слегка отодвинув ткань брюк. Его достоинство выглядело идеально: ровный ствол с отчетливо видневшимися венами, которые извивались по всей длине. На аккуратной головке выступила капля, и мне до безумия захотелось слизать ее.

Член был все также великолепен и точно таким, каким я его помнила: твердый как камень, вздыбившийся под нужным углом. С такого действительно нужно снимать слепки и копии и продавать втридорога.

– Блять, я его хочу! – захныкала я, чаще закружив бедрами, чувствуя теплый прилив нового удовольствия.

–Что ты хочешь с ним сделать, сладкая?

– Все, хочу все: погладить, полизать, пососать, оседлать… пожалуйста!

Его рука обхватила твердый ствол и у снования и плавно заскользила: вверх-вниз, вверх-вниз, а с губ сорвался тихий стон. Он не отрываясь смотрел на меня, а я – на него. Это было и сексуально и чертовски невыносимо одновременно.

–Ты бы двигалась на нем… – его кулак крепче сжался вокруг члена, движения участились, –вот так?

– Д-да…

Я прикоснулась к своему клитору, чтобы ускорить наступление оргазма. Наблюдать, как этот мужчина, глядя на меня, мастурбирует – самое горячее зрелище в моей жизни!

Он держал один темп вместе со мной, создавая иллюзию, будто это и правда я на нем двигалась, а не его ладонь.

– Алекс? – позвала я, ускоряясь, пальцы затанцевали на клиторе, я была на самом краю. – Алекс, пожалуйста…

Не успела договорить, как вдруг почувствовала, что меня накрывает волна наслаждения, и мой стон перешел в крик. Я снова произнесла его имя, наслаждаясь тем, что могу его сделать это вслух.

Я заметила капельки пота на его лбу, увидела, как напряглось его лицо, и по тому, как ускорились его движения, поняла, что он тоже близок к финалу. Неожиданно для себя я попросила:

– Алекс? Пожалуйста, кончи на меня!

Просить дважды не пришлось. Пока я медленно покачивала бедрами, продлевая свое удовольствие, Алекс быстро вскочил на ноги и оказался возле меня за секунду.

Одной рукой он крепко ухватился за основание креста за моей спиной, а второй начал неистово двигать по члену, прямо перед моим лицом и соблазнительным декольте. Я откинула волосы назад, осознав, что завязанный на макушке хвост сейчас как никогда кстати. Мое лицо всегда было открыто.

Алекс резко дернулся вперед, издав стон, перешедший в рычание. О, этот его рык! Как же я люблю, когда он достигает кульминации со мной, теряя контроль и превращаясь в настоящего дикаря.

Теплые струи спермы, попали на меня и начали стекать по моему подбородку и груди. Ведомая инстинктами и желаниями, я открыла рот и эротично высунула язык, позволяя ему излиться прямо на него.

Если я не могу его потрогать, то хотя бы попробую на вкус.

Алекс снова слегка дернулся, издав невнятную французскую матерщину, и я ощутила на своем языке несколько капель. Он, потеряв контроль, немного подался вперед и коснулся моего языка головкой. Я слизала с нее оставшиеся капли и улыбнулась, а он, осознав, что только что произошло, поспешно отстранился от меня.

Он надел брюки и, не сводя с меня прищуренных глаз, о чём-то думал, но не произносил ни слова.

Чтобы его подразнить, я соблазнительно слизала с губ остатки его спермы. Мне понравился ее вкус, и я хотела поделиться этим с ним, но Алекс уже взял с кресла свой телефон, который выпал из брюк, и быстро начал набирать что-то в нем.

Неожиданно что-то начало вибрировать, заставив меня резко вздрогнуть. Не сразу я осознала, что эта вибрация сейчас во мне. А силиконовые устройства, расположенные прямо под клитором, тоже начали вибрировать, усиливая мое возбуждение.

– Нет, – прошептала я, – нет, пожалуйста, хватит, я больше не смогу!

– Ты же так и написала в своем пожелании: “умолять о пощаде”, – игриво подмигнул Алекс, подхватывая ленты с пола, возвращаясь мне. –Зацепись обеими руками вот здесь, малышка.

Он указал на горизонтальную перекладину на кресте. Я ухватилась за нее, согнув руки в локтях. Холодный металл прижался к моей спине, влажной от пота, и я зашипела.

– Нет, вытяни руки, – голос Алекса звучал у меня за спиной. Когда я подчинилась, он перехватил мои руки лентами и завязал их в узел. Ленты были связаны крепко, но не больно. Алекс ловко перекрутил их и привязал мою талию к столбу. – Теперь точно не сбежишь, – сказал он.

Я поняла к чему была отсылка. К моему побегу из Парижа. Но ответить адекватно уже не могла, потому что эта двойная стимуляция оказалась самой беспощадной из всех уже опробованных игрушек. Ни единого шанса не кончить. Ни единого…

Тот факт, что я была связана и не могла двигаться, превращал наслаждение в настоящую пытку, во что-то греховное и сладостное. Я быстро достигла пика удовольствия, а затем еще раз. Казалось бы, это невозможно, но сегодня я, похоже, делаю открытие за открытием.

Сегодня я осознала не только свои физические возможности, но и то, какой я человек. Столько лет я называла Алекса извращенцем, но этой ночью я поняла, что и сама не особо отличаюсь от него…

Глава 24

Глава 24

Я откинулась на мягкое кожаное сиденье Порше Алекса, позволяя себе раствориться в умиротворяющей тишине салона. Город медленно просыпался, выползая из ночной дремы, а я…

Я еще жила в плену воспоминаний.

Ночь в клубе с Алексом… Каждая клеточка тела помнила испытанные ощущения. Меня переполняло блаженство, я была так расслаблена. Едва до машины дошла, ноги заплетались.

Сквозь эйфорию пробивалась горечь. Мы не касались друг друга, но это была стопроцентная измена. Потому что, как ни крути, во всем, что произошло, были чувства. И много!

Алекс, сосредоточенный на дороге, казался спокойным и собранным. Его профиль, четко очерченный первыми лучами солнца, был воплощением силы и уверенности. Я смотрела на него и