Хочу его, хочу её - Ольга Лавин

Снова накрывает ладонью рот, я мычу. Пытаюсь укусить за ладонь, потому что невыносимо! Потому что просто горю.

Он умеет обращаться с женщинами. Он опытный. И ему все равно на протест, когда он понимает, что можно добиться желаемого результата. Стоит немного надавить и все.

Макс же не был таким наглым. Если я не хотела, он просто целовал, выключал свет, обнимал меня и мы так засыпали. Я не чувствовала так явно его возбуждение, когда он прижимался ко мне. Он никогда так сильно меня не желал, не хотел.

И мне казалось, что если любимый муж соглашается со всем, не настаивает, не принуждает, то это хорошо. Он тебя понимает. А на самом деле… Он просто боялся меня обидеть!

— Вит… Ахххммм…

— Да, вот так, малышка. Ещё немного. Только не кусайся, Мия. Иначе мне придется заткнуть твой ротик не просто ладонью.

— Ты больной на голову!

— Ещё какой, Мия. Ну давай, кончай! Ты же уже на грани. Ты вся дрожишь.

— Да иди ты, — но в этот раз он не накрывает рот ладонью, чтобы заткнулась. Он проталкивает между моих губ большой палец. Имитируя толчки во рту. Туда — обратно. Туда — обратно.

— Нравится, да? Палец маленький, а член у меня большой, Мия.

Пытаюсь укусить, но когда он во рту — это просто нереально! Двигается быстро, слишком быстро. Членом будет так же толкаться? В моем рту будет столько же слюны? Ахххммм!

Взрываюсь! В этот раз кончаю еще сильнее, чем ночью!

Вит тяжело дышит, утыкается лицом в мои волосы.

— Вот так бы всегда, и без твоего "не хочу", Мия, — шепчет на ушко.

Резко поднимается, отходит, садится на кровать.

Я тоже пытаюсь подняться, привести себя в порядок, но не могу. Ноги не держат. По телу все еще прокатывается дрожь.

Мне страшно представить, что будет, когда между нами случится реальный секс. Я вообще выживу?

В номер стучат. Вит спешит открыть, а я ещё даже не оделась.

— Не открывай! — прошу, поспешно натягиваю на себя худи. Он ухмыляется, смотрит на меня, ничего не отвечает.

Только когда я полностью одеваюсь и поднимаюсь на ноги он подходит к двери.

— Ваш завтрак.

Это всего лишь официант. Он принес Цепешу завтрак от которого он отказался в ресторане, чтобы … Так, все! Хватит, Мия.

Он благодарит официанта, забирает у него поднос, закрывает дверь. На удивление на подносе несколько тарелок и две чашки чая. Неужели и обо мне позаботился?

— Мия, у нас реально до поезда мало времени осталось. Давай позавтракаем и будем собираться, — совершенно спокойно произносит.

— Я…

— Не отказывайся от того, о чем потом будешь жалеть всю жизнь, малышка, — перебивает меня, не даёт возможности договорить. В одной руке держит поднос, второй обхватывает мою и ведёт к кровати.

Поднос ставит на столик.

— Я не голодна, правда.

— Тогда выпей хотя бы чай, Мия. А я уж извини поем. М — да, у меня просто колоссальная выдержка. Но я пока ещё держусь. Если сорвусь … Поверь, я не оставлю на твоём теле ни единого не оттраханного участка. И ты больше не сможешь меня оттолкнуть, Мия.

Он все это говорит серьезно и я верю. Подношу чашку к губам и делаю несколько глотков.

— Тебе понравится, Мия. Очень понравится. Я буду делать с тобой все, что побоялся делать Макс. Боялся с тобой, но делает с моей женой. Видишь, надо извлекать пользу от обмена, Мия. Не боятся, отдаваться, расслабляться, кайфовать, получать бесчисленные оргазмы.

— А как же быть с чувствами, Цепеш? — задаю самый идиотский вопрос из всех сегодня.

— Чувствами? Нах их.

Многозначительный ответ, ничего не скажешь.

И так все понятно. Чувства и Цепеш — несовместимы.

24 Глава

Вит

— Нравится? — спрашиваю Мию, когда мы уже приезжаем и нам показывают наш шале. Да, горы на меня всегда действуют одинаково- ох*енно. Я был в Альпах, но именно в Санкт — Морице — ни разу. Тут круто. Сервис на уровне, людей не так много.

— Да, очень красиво, Цепеш, — ответила и пошла осматривать дом, я же подошёл к огромному панорамному окну. Из него открывался шикарный вид на заснеженные горы. Не обдурили, все, как и прописано в прайсе!

Снова Цепеш! И когда я перестану для нее быть Цепешем? Только когда буду ласкать и трахать? Только тогда девочка «не хочу» сменит гнев на милость?

Вот какого черта ее дернуло спросить меня о чувствах? О чувствах вообще или о чувствах именно к ней?

Я сказал первое, что пришло в голову. Чувств нет. Ни к ней, ни к кому — либо другому. Даже к Ли. Давно я не анализировал наши с ней отношения. Просто не было в этом острой необходимости. Мы плыли по течению, нам было хорошо вместе. Мы экспериментировали.

Помню Хавьер мне задал очень интересный вопрос где-то полгода назад. Он до сих пор не в курсе, каким образом мы пытались и пытаемся сохранить брак.

— Почему вы не хотите детей?

— Потому что не хочу. Я представить себе не могу, что по моему дому будут бегать маленькие сорванцы.

— Вы преувеличиваете. Мне кажется ваша бы жена стала хорошей матерью.

— Ли? Ты серьезно? О нет, это исключено. Ее интересует только моделлинг. Она хочет сохранить фигуру, свою прекрасную внешность.

— Многие топ модели рожают и возвращаются на подиум, а другие — бросают. Вы боитесь, что Ли бросит свою карьеру ради ребенка? Но почему?

— Я ничего не боюсь, просто не хочу детей. Ни сейчас, ни через год. Хавьер, и попрошу больше не задавать тупых вопросов и не лезть в мою личную жизнь!

Тогда послал его, но задумался. А реально, может быть ребенок смог бы сделать нас с женой другими? Я стал бы более терпелив, сдержаннее? Но вот как бы это поменяло мою жену? Скорее всего она бы спихнула малыша няням, а потом воспитателям. А когда бы совсем подрос — отдала бы в частный, дорогой интернат. Не знаю, почему- то уверен в этом на сто процентов. Лиля любит себя, любит красоту, любит деньги, любит мужчин. Для ребенка просто не нашлось бы места в ее сердце. Слишком много любви ко всему остальному. Ко мне?

Уже не верю. Раньше был уверен, что любит, что не только из-за денег терпит меня. А сейчас… После всей этой ситуации с Максом и Мией. После того,