Рождественское чудо для миллиардера - Анна Россиус

по машинам и едем к дому Теплова. Может, и правильно, что с нами будет женщина. Если дело касается Милы и нашей дочки, я могу легко съехать с катушек и позволить себе лишнего.

Глава 22

— Соня, тебе лучше подождать нас в машине, — прошу без особой надежды, что послушается.

Мы с Марком паркуемся у дома Олежека с разницей в несколько секунд.

— И не надейтесь, — бурчит девушка, ныряя в подъезд.

Так и думал.

— Он по-хорошему нам Нику не отдаст. А по-плохому с ним нельзя, ты понимаешь? Закон на его стороне, — снова напоминает Марк.

— После того, что он сделал, ты считаешь, нужно с ним по закону?

— Стоп! С какой стати ты собираешься у него Нику забрать?! Зачем тебе чужой ребёнок, я не пойму? — удивляется Соня.

Переглядываемся с Марком. Она же ничего не знает. Думает, что я по собственной прихоти отбил жену у двоюродного брата. Хм.

— Она мне не чужая… — только и успеваю ответить.

Дверь лифта отъезжает. Мы пересекаем общий холл и проходим в квартиру, где нас встречает хозяин.

Я не знаю, чего ждать. Успела Мила сообщить ему о разводе? О том, что уходит именно ко мне?

Узнав ночью, что Милена получила травму, я сразу представил, как она рассказывает мужу о нас, а тот её за это бьёт.

Теплов хмурый, отёкший, со следами вчерашних возлияний на лице. Так он ещё и бухой был, сволочь!

Он кивает Софье и пожимает руку Марку. Свою я ему не протягиваю, не могу себя пересилить.

Мы сканируем друг друга взглядами. Я пытаюсь понять, что ему известно, а что нет.

— Проходите в гостиную.

— Где малышка? — интересуется Соня.

— Наверху с няней.

— Можно мне к ней?

Олег недоумённо вскидывает брови:

— Она спит, Сонь. Зачем тебе?

Не вижу никакой причины соблюдать приличия.

— Олег, что здесь произошло?

— Мила поскользнулась, упала и ударилась виском. Очень неудачно, прямо на угол тумбы.

Неудачно. С ума сойти можно.

— Вы ссорились? — встревает Марк.

— Нет. Что за допрос?! — Кузен окидывает нас по очереди недобрым взглядом.

— Она очнётся и расскажет, как было дело, — заверяю его.

— Будем надеяться, — лицемерно соглашается кузен.

Ясно. Даже если она успела сказать, что уходит ко мне, он не признается. Потому что это готовый мотив.

— Послушай, Олег, — встаю и отхожу к окну. — Ты рано или поздно об этом всё равно узнаешь. Я — отец Ники.

Теплов тоже вскакивает.

— Ты рехнулся? Когда мы планировали ребёнка, ты много месяцев как за границей был!

— Вы обратились в клинику. В каталоге был мой образец, ты сам его выбрал.

Кузен ошарашенно смотрит на меня, не понимая, верить или нет. Его глаза метают молнии.

— Это легко доказала генетическая экспертиза, — добавляю, следя за его реакцией.

Мне нужно, чтобы он сорвался и сболтнул то, в чём не признался ночью полиции. Хоть что-нибудь!

Но он, сука, держится.

— Убирайся отсюда. Вон пошли все.

Он мне поверил, по глазам вижу. А ещё чувствую море скрытой агрессии, даже ненависти. Значит, о нас с Милой ему тоже известно.

— Я не оставлю с тобой дочь.

— А что ты сделаешь? — Он усмехается. — Она моя.

Делаю шаг к лестнице наверх.

Кузен бросается ко мне и с силой бьёт в бок.

На ходу хватаю его руку и выворачиваю. Не собирался его трогать, но удержаться не могу. Будь моя воля, я бы его удавил сейчас.

Он истошно орёт, а у меня ощущение дежавю. Когда-то мы такое уже проходили. Знал бы, что Олежек этими самыми руками обидит мою Милу, переломал бы их нахрен ещё год назад.

На крик выбегает няня — тучная женщина средних лет. Замирает на верхней ступеньке и в испуге заламывает руки.

— Галина Сергеевна, вызывайте охрану! — визжит тварь. — Эти люди хотят украсть мою дочь!

Я отвлекаюсь на няню и пропускаю удар в челюсть. Как-то Теплов умудрился извернуться и достать до моего лица.

Реагирую на инстинктах. Словно со стороны смотрю, как мой кулак впечатывается в ненавистную, отёкшую с похмелья морду. Раздаётся хруст костяшек, но боли почему-то не чувствую.

Олег отлетает назад, врезается в стену и оседает на пол. Хватается за нос.

Соня вскрикивает, пятится к двери. Марк пересекает комнату и встаёт между мной и кузеном, предупреждающе выставив руки.

Тот с отвращением сплёвывает кровь. И гнусно ухмыляется.

— Когда она очнётся, расскажет правду. Думаешь, кто-то верит в случайность?

— Если, — поправляет Олег. — Если очнётся.

Он просто издевается надо мной.

— Саш, не ведись… Эй! — кричит Марк, когда я отталкиваю его, убирая с пути.

Он хватает меня за плечи, пытаясь не пустить и предотвратить расправу. Но эта ухмылка на лице Олега словно спусковой крючок. Я не могу унять жажду крови, как ни стараюсь. Хочу выпустить ему кишки.

Отпихиваю Марка на диван и бросаюсь на Теплова. Отрываю его от пола, взяв за ворот рубашки, и с силой впечатываю в стену.

— Ты мне за всё ответишь, сука. Не сомневайся, — шиплю, сдавливая пальцами его горло.

Он начинает хрипеть, задыхается. Но оторвать мои руки