Виновница судьбы - Анастасия Чехова

терапии — эта хрупкая стабильность, которую я строила неделями, — снова возвращалось: ревность жгла внутри, как горячий уголь, разливающийся по венам, смешанная с болью и гневом, которые я пыталась усмирить: «Успокойся, Лэйн, у него новая жизнь, это фото было отправлено случайно тебе, он не может так поступить с тобой…» — как же я пыталась оправдать его действия в своей голове, но слова казались пустыми, а глаза становились стеклянными от влаги, слёзы жгли веки, грозя вот-вот скатиться по щекам, усиливая ощущение уязвимости и предательства, которое подтачивало мою только что обретённую силу.

— Мама, всё хорошо? — посмотрела на меня беспокойно дочь, её голосок дрогнул, как лёгкий ветерок.

— Да… да, дорогая, — улыбка получилась натянутой, губы дрожали от усилий, я сжала свои пальцы сильно, чтобы унять свои чувства — ногти впились в ладони, оставляя лёгкую боль, и попытаться заземлиться, фокусируясь на тепле кухни и аромате торта. — Рабочие моменты, — подошла к ней и поцеловала в макушку, чувствуя мягкость под губами и лёгкий детский запах шампуня, который на миг смягчил ком в горле.

На время я заперла в своей голове то, что увидела, чтобы это не отвлекло меня, — усилием воли оттолкнула образы, но они всё равно тлели внутри, как тихий огонь, вызывая лёгкую тошноту в желудке. Подготовила всё к завтрашнему дню для Эмили: разложила школьную форму на стуле, где ткань была гладкой и прохладной под пальцами, упаковала рюкзак с тихим шорохом тетрадей, и уложила её спать — её дыхание стало ровным, как лёгкий шелест простыней, а я поцеловала её в лоб, чувствуя тепло детской кожи. Ушла в свою спальню, где воздух был прохладным и тихим, пропитанным лёгким ароматом лаванды от диффузора. Когда дверь закрылась с мягким щелчком, сердце начало стучаться быстро, эхом отдаваясь в ушах, я разблокировала телефон — экран вспыхнул холодным синим светом — и снова посмотрела на это фото, скулы сжались от напряжения, а руки вспотели, ладони стали скользкими и горячими.

— Что ты вообще делаешь, Дэвид? Зачем издеваешься? — шептала я себе под нос, голос немного прорывался в этой тишине, хриплый и дрожащий, как будто слова жгли горло.

Я начала покусывать губы — их кожа слегка покалывала от зубов — и смотреть в телефон, экран мерцал, отражаясь в моих глазах. Найдя чат со Стеллой, начала ей писать, рассказывая всю суть и перекидывая фото — пальцы стучали по клавиатуре с лёгким клацаньем, а внутри нарастала буря: ревность жгла, как кислота, разливающаяся по венам, смешанная с обидой и самобичеванием за то, что до сих пор позволяю ему ранить себя. Стелла негодовала и ещё прошлась по внешности этой девушки: — Только мудаки так делают!!! — писала подруга мне, её слова выскакивали на экране резко, как удары. — Господи, я думала он всё же отличается от своего брата, но не далеко ушёл! — чувствовалась, как девушка злится, её сообщения приходили с восклицательными знаками, полными ярости.

— Всё же меня не отпускают чувства, он не мог так поступить, — печатала я, пальцы дрожали слегка, а внутри вспыхивала надежда, смешанная с отчаянием, — я всё ещё цеплялась за образ Дэвида как за якорь, несмотря на боль.

— Хватит его оправдывать, Лэйн! Он тебя опускает как может, а ты всё закрываешь глаза и пытаешься выставить его «ангелом», — от её сообщения я сжалась, как от холодного ветра, внутри шевельнулась вина: она была права, я правда пыталась всегда сделать его без изъяна, закрывала глаза даже на его сложный характер, от того и делала сама себе хуже, усиливая эту внутреннюю пустоту, которая ныла в груди.

— Я решила промолчать, не реагировать… — отправила сообщение девушке, стараясь дышать ровнее.

— Вот и правильно, он только и ждёт постоянно твоих эмоций, козёл!

Сделала глубокий вдох-выдох — воздух вошёл в лёгкие прохладным потоком, слегка свистящим, — мне нельзя было падать, я работаю над собой и продолжаю двигаться дальше, опускаться к нему не должна, — эта мысль укрепляла, как опора, но внутри всё ещё колыхалась волна боли, тихая и упрямая.

Мы с подругой ещё немного попереписывались на разные темы — слова на экране мелькали успокаивающе, — и я уснула без каких-либо мыслей, тело расслабилось в тепле одеяла, а веки тяжёлели, как после долгого дня.

На утро мы прибыли в школу, в спортивном зале были уже выставлены столы — воздух здесь был шумным, пропитанным ароматом свежей выпечки и возбуждёнными голосами детей, пол скрипел под ногами. Нам с Эмили дали наш номер, направились к нашему месту, чтобы выставить всё красиво и презентабельно — я расставляла торт и капкейки на подставке, их крем блестел под лампами, а посыпка хрустела под пальцами. Вокруг были дети и их родители, разные выпечки больших и маленьких размеров, с ароматами шоколада, ягод и корицы, смешивающимися в тёплом воздухе. К нашему столу сразу подошли школьные подруги Эмили, они смеялись и что-то обсуждали — их голоски звенели высоко, — я не стала подслушивать, а просто смотрела на неё и её взаимоотношения с другими девочками, чувствуя лёгкую теплоту в груди, смешанную с грустью: моя дочь растёт так быстро, и это трогало до слёз.

«Моя такая уже взрослая девочка» — я улыбалась от этих мыслей и грустила, но меня отвлёк телефон с рабочими моментами — вибрация в кармане была лёгкой, как напоминание.

— Папа! — я услышала голос Эмили и подняла глаза, увидела, как девочка машет рукой, показывая, что ему сюда, её ладошка мелькала в воздухе.

Я поднялась и поправила на себе одежду — ткань блузки шуршнула под пальцами, — собралась с мыслями и старалась не вспоминать вчерашнее фото, но оно вспыхнуло в голове, вызывая лёгкий озноб по коже.

— Ты пришёл, — дочь поспешила обнимать его, её ручки обвились вокруг его талии.

— Я же обещал, — он лучезарно улыбался Эмили, его глаза заискрились теплом.

— Здравствуй, Дэвид, — сухо сказала я, голос вышел ровным.

— Привет, — его взгляд зачем-то прошёлся по мне, отчего по телу пробежали мурашки, и я вскинула бровь, от непонятного мне действия.

Но Дэвида отвлекла Эмили, сразу же глаза переметнулись на дочь: — Папа, смотри, что мы сделали с мамой, он внутри с апельсиновым джемом, — дочь указывала на торт, её пальчик дрожал от возбуждения, а аромат цитруса слегка витал в воздухе, смешиваясь с другими запахами выпечки в зале.

— Какие вы умницы, он выглядит очень аппетитно, — мужчина рассматривал стол с десертами, его глаза скользили по кремовым розочкам и яркой посыпке. — Уверен, и на вкус он такой же, — девочка положительно махала головой от его