Опасный защитник - Тэя Ласт

– Запрыгивай в машину. – говорит он Артему.

Тот тушуется, раскрыв глаза.

– Мы куда-то поедем?! – ребенок от шока восклицает.

Родион пожимает плечами, и когда Артем осторожничает и несмелыми шагами двигается к джипу, он делает шаг ко мне.

Вижу, как подопечный мужчины открывает ребенку дверь, и тот с радостью запрыгивает.

– Тебе тоже нужно ехать, Умница. – в этот же момент хрипит мужчина, прожигая голубыми глазами.

Буквально проходится с головы до пят, что заставляет переминаться с ноги на ногу.

– Это не опасно?

Страшно и хочется. Я же не знаю, вдруг Ветров только и ждет, что мы вылезем из убежища. Алый хмурится, и тут же касается двумя пальцами моего подбородка.

– Со мной нет.

Жестко и уверенно высекает словами, а у меня глаза из орбит лезут.

Он что, поедет с нами?!

Это же невозможно. У него ведь дела.

– Вижу, как ты счастлива. – усмехается, и указывает головой на машину.

Сглатываю, послушно двигаюсь, наблюдая, как счастливый брат уже похлопывает по заднему сидению.

– Пару машин еще возьми. – слышу как Юматов говорит бритому, прежде чем сесть в машину.

Глава 25.

Артем радостно смотрит в окно, не скрывая счастливой улыбки, я же задумчиво кошусь в сторону Алого, что расслабленно ведет машину.

Знаю, что за нами едут еще машины, и мы по сути двигается кортежем.

Забавная ситуация, для того, чтобы вывезти ребенка поиграть на детской площадке.

Однако, вместе с тем и слишком страшная.

Мысль о том, что он позволил и сам поехал стараюсь гнать из своей головы, потому что не хочется чувствовать вот этого разливающегося тепла где-то в душе.

В салоне фоном играет музыка, а я даже не могу расслабиться. А когда ловлю его взгляд в зеркале заднего вида и вовсе теряюсь.

Он смотрит как и всегда с пробивающим напором, каким-то подтекстом, или может быть мне это так видится.

Но будто не моргает.

Выдерживаю взгляд, а когда ему уже сигналят его же подчиненные, вижу недобрый прищур, который он бросает в боковое зеркало. Это вызывает скованную улыбку, и я сама отворачиваюсь.

Спустя полчаса езды мы оказываемся в каком-то дворе. Алый останавливает машину и объявляет всем выходить.

Артем ерзает и не может усидеть на месте, поэтому как только ступает на асфальт, озирается в поисках площадки.

– Идем. – Алый останавливается около меня.

В своей кожаной куртке и с устрашающим видом он выглядит комично в обычном дворе. Я несмело шагаю за ним, а Артем уже несется впереди.

– Разойдитесь. Не привлекайте внимание. – озвучивает бритому, что тут же оказывается рядом.

Тот кивает, посылая в меня странный взгляд.

– Если у тебя дела, необязательно… – мямлю, хотя себе пообещала не говорить с ним.

– Боишься моей компании? – вздергивает он бровь.

– Нет, просто это странно.

Говорю, нервно дернув плечами.

Проходим какой-то дом и перед нами открывается вход на огромную детскую площадку.

Артем тут же подскакивает.

– Сонь! Смотри! – указывает пальцем, а глаза горят.

Улыбаюсь, испытывая неимоверную радость за ребенка.

– Можно? – топчется на месте в нетерпении.

Я киваю.

– Только никуда не уходи и будь на виду. – уже пяткам мальчика кричу в след.

С радостаю смотрю, как он тут же забирается на горку и с беззаботным весельем скатывается с нее.

Отчего-то в этот момент накатывают слезы.

Я ведь не даю ему такой жизни. И снова чувствую, как грузом на плечи валится реальность.

– Эй. – Алый тут же хмурится, вставая напротив: – В чем дело?

Тон становится резче, а я скидываю печаль и отвечаю.

– Все хорошо. Даже лучше. – смотрю с искренней благодарностью: – Спасибо.

Последнее выходит шепотом, и мужчина чуть расслабляет напряженное лицо, но, уверена, все еще пытается понять.

– Умница…– хрипит Родион: – Не все зависит от тебя.

Многозначительно звучат его слова.

– То, что касается него, зависит. – отвечаю, желая уже пойти ближе и разделить с ним радость, только мужчина задерживает схватив за руку.

Останавливаюсь, глядя на него снизу вверх, а он переводит глаза на губы.

– Никуда не уходите, я вернусь.

Почему-то от этих слов становится еще печальнее. Пытаюсь скрыть разочарование и киваю.

Ну кто мог подумать, что он останется здесь с нами?! Только я.

Разве у человека, который делает не пойми какие вещи, есть желание сидеть на детской площадке…

Он отпускает руку и двигается обратно к автомобилю. А я вяло иду к детской площадке.

Осматриваюсь по сторонам, вычисляя тех, кто останется за нами следить, и ненароком оборачиваюсь на черный джип, что заводится и уезжает.

Не знаю, заметил ли он, но я видела только машину, благодаря начисто тонированным стеклам.

Двигаюсь к скамейке, а в голове тем временем, очарование и морок сходят, и мозг пытается обдумать идею уйти отсюда и пропасть.

Но как это возможно, если с собой ничего, кроме телефона. Да и по периметру якобы ходят случайные люди, только я знаю, что они не случайны.

Артем веселится, сходя с ума. Вижу, что уже подружился с ребятами, и они играют во что–то. Улыбаюсь смотря на брата, и одиноко сидя на лавочке, пытаюсь не принимать близко этот жест человека, который временно спасает нас.

Спустя два часа Артем практически без сил прибегает ко мне и валится на скамейку. Я, откровенно говоря, и не заметила этого времени, потому что блуждала в закромах своих мыслей.

– Наверное, пора Тем. – смотрю на него, взъерошивая волосы.

– Так не хочется… – канючит, поглядывая на площадку.

– Воды хочешь? – спрашиваю, потому что наверняка ведь умотался.

Брат судорожно кивает и я оглядываюсь по сторонам, не понимая, надо ли мне кого-то предупреждать.

Выходим с площадки, почему-то не наблюдаю тех мужчин, что тусовали тут почти все время…

И ему не могу сказать терпи. К тому же денег у меня с собой нет. Как купить ему воды?

Выходим за пределы двора, я оглядываюсь в поиске машин. Но ни одной из тех, что ехали с нами, не вижу. Даже вездесущего бритоголового нет.

Странно. Разве бы они нас оставили…

Идем дальше в поисках хотя бы кого-нибудь. Но тут лишь только прогуливающиеся жители, дети и родители.

– Сонь. – спрашивает мальчик, пока я оглядываюсь, как дурная: – А где тот человек?

– Не знаю, Тем. У меня даже кошелька с собой нет… – досадно выдаю.

– У меня…– роется в карманах: – Ты давала в школу, я их не потратил.

Достает из кармана пятьдесят рублей, а у меня сердце кровью