Униженная жена генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш

И я — зритель.

Распорядитель, стоящий на балконе рядом с королём, поднял руку. Голос его, усиленный магией, разнёсся по всей Столице:

— Подданные Объединённого Королевства! Принц Вальсар и его избранница, Лилианна Делье, приветствуют вас! Теперь они направляются в главный зал, где свершится Древний Ритуал Связывания Судеб!

Проекция сменилась.

Теперь — зал.

Трон. Король. Придворные в парадных нарядах.

И на бархатной подушке — две короны.

Одна — корона для принца.

Вторая — знакомая, моя.

Та самая, что я носила двадцать лет. Та, что весила тяжелее цепей. Та, что я сняла в тот день, когда бросила портрет в огонь.

Я усмехнулась.

«Держи, Лила. Она тебе подарит столько же счастья, сколько мне».

Лила выглядела какой-то отёкшей. Или это просто неудачный макияж. Обычно она делала пряди возле лица, но сейчас по традиции волосы были собраны, от чего лицо казалось почти круглым.

«Твоим лицом огурцов пожрать бы!», — мысленно усмехнулась я.

Распорядитель поднял руку. Маги встали по кругу. Их плащи мерцали, как звёзды. Они начали шептать на языке, которого не слышали уже сотни лет.

— Да свидетельствует Небо, да слышит Земля, да дрожит Время!

Пусть Связь Судеб завяжется нитью!

Пусть Кровь Дракона и Кровь Человека станут едины!

Пусть Огонь Присяги сожжёт всякое сомнение!

Принц Вальсар из рода Кальсаров желает взять в жёны Лилианну из рода Делье!

Да будет так, если Свет одобрит!

Маги подняли руки.

Из их ладоней вырвались лучи.

Свет сомкнулся над парой — золотой, пульсирующий, живой.

Ради такого дела открыли хрустальный купол над тронным залом, который обычно закрывали.

— Когда Свет снизойдёт сверху, — произнёс распорядитель, — они станут мужем и женой. Навеки.

Все замерли.

Король подался вперёд.

Лила затаила дыхание.

Вальсар, наконец, поднял глаза — и посмотрел в небо.

Толпа на площади задрала головы.

Я — тоже.

Мы ждали.

Ждали Света свыше.

Ждали знака одобрения.

Ждали, как ждут чуда.

Но…

Света не было.

Глава 58

Небо осталось пустым.

Тусклым. Серым.

Как совесть того, кто убил свою жену и ребёнка — и теперь просит благословения.

Маги переглянулись.

Один из них прошептал:

— Связь… не принимается.

Тишина ударила, как гром.

Лила побледнела.

Вальсар сжал кулаки.

Король медленно встал с трона — и его лицо исказилось не от гнева, а от ужаса.

Потому что все поняли:

Небо отвергло их брак.

Все люди на улицах заволновались, а я чувствовала, как усмехаюсь.

Так вам и надо!

Или вы думаете, что высшие силы просто так там сидят? И благословляют что попало?

Нет. Они, видимо, всё-таки читают газеты. И слышат, что шепчут на кухнях. И помнят, чьи слёзы капали на мрамор, а чьи — на шёлк.

Король тут же налетел на магов, как ястреб на воробьёв.

— Что происходит⁈ — рявкнул он, и в его голосе звенела не ярость, а ужас. — Почему Свет не сошёл⁈ Это же Древний Ритуал! Он не может не сработать!

Маги переглянулись. Один из них выглядел так, будто его только что окунули в ледяную реку.

— Ваше величество… мы… мы не понимаем… — пробормотал старший. — Связь установлена. Имена названы. Намерение чисто… Всё по канону…

Лила едва не упала в обморок.

Не от слабости. От страха.

Потому что она поняла: если брак не будет одобрен, её «надежда королевства» превратится в «незаконную любовницу с животом». А это — не трон. Это — позор.

К ней подскочили фрейлины, замахали веерами, зашептали:

— Дышите, ваша светлость! Дышите!

Она висела на руке принца, как тряпичная кукла, а Вальсар смотрел на суету вокруг с выражением человека, который вдруг осознал: он не герой трагедии — он клоун в фарсе.

Я не могла не сдержать смешок. Ну надо же! Как круто получилось! Неужели они и правда существуют, эти Высшие Силы?

— Сейчас мы попробуем спросить, — дрожащим голосом произнёс маг, поднимая руки к потолку. — О Высшие Силы! О Хранители Клятвы! Почему вы молчите? Почему не нисходит Свет?

Маги снова зашептали. Пламя на алтаре вспыхнуло ярче. Воздух задрожал.

И вдруг — голос.

Не громкий. Не гневный. Спокойный. Глубокий, словно голос древнего предка.

— Потому что принц уже женат…

Толпа ахнула.

Король побледнел.

Лила схватилась за живот, как будто пытаясь спрятать его от самого Неба.

А Вальсар…

Вальсар поднял глаза на купол. И взгляд у него был испуганным.

— Спросите! Спросите! — тормошил мага король, не отрывая взгляда от потолка. — Что это значит? Его жена погибла!

— О Высшие силы, — запинаясь от волнения произнес чародей, а я видела, как у него тряслись руки. — Его высочество овдовел. Он может вступить в новый брак…

— Его жена жива! — произнес голос, и все стихло.

Тишина.

Полная. Глухая. Как в могиле.

А потом — шёпот.

Сначала один. Потом десять. Потом сотни.

— Принцесса жива? Неужели? Жива? Как она уцелела при пожаре? Где она?

Король схватился за трон, будто боялся, что тот ускользнет из-под него.

Лила зарыдала — по-настоящему, без театральности.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Как весь смех вдруг пропадает внутри, уступая место ужасу. Они знают, что я жива. А это значит, что принц не сможет обвенчаться, пока я жива!

А это значит только одно! Меня будут искать!

Глава 59

Первой мыслью было — бежать.

В Исмерию. Она ближе всего. Там никто не знает моего лица, моего имени, моего прошлого. Там я могла бы начать всё с нуля. С чистого листа. Без зелёных волос, без фургона, без блинов. Просто… исчезнуть.

Но пока народ кричал, как одержимый: «Принцесса жива! Слава богам!» — я стояла, прижавшись спиной к стене, и чувствовала, как прошлое вцепилось мне в пятки.

Оно не отпускало.

Оно тянуло обратно.

Хорошо, что я пришла. Хоть теперь я предупреждена. У меня есть время подумать. Спрятаться. Сбежать.

Но…

Куда?

У меня нет денег. Сегодня я потратила всё — на стаканчики, на бочонок, на «вкус-обманку».

Драгоценности? Да, они есть. Но если я попытаюсь продать их — даже в другой стране — меня запомнят. А на границе уже могут стоять посты.

А если я просто исчезну сейчас — прямо после этого чуда?

Кто поверит, что Дора Шелти, торговка блинами, вдруг собралась и уехала?

Это будет подозрительно! Взялась из ниоткуда, а потом исчезла!

Может, я себя накручиваю?

Мне просто кажется, что меня сейчас насквозь видят. Словно на мне табличка «Пропавшая принцесса».

Черт!

Меня будут искать.

А мой фургон — как маяк. Мои волосы — как знамя.