Мой любимый хаос - Татьяна Сотскова

А еще вдруг изменился Максим. После того, как вынудил принять свой подарок, я его видела лишь в библиотеке, на занятиях и в столовой. И при этом мы по-прежнему хорошо общались, шутили, я даже провела ему маленький экскурс в магии времени, так как это стало его новым увлечением, и на этом все.

Я боялась, что спугнула его, что я перегнула палку, не приняв его подарок, но неожиданно каждый день мне стали приходить цветы. Эти букеты заполнили собой уже всю комнату, аромат стоял получше, чем от духов, которые подарил мне иномирянин. И я знала, кто их присылает.

На первом букете была записка, в которой говорилось: «В моем мире было множество прекрасных поэтов, которые лучше меня скажут обо всем». На втором букете была одна строчка стихов, на третьем еще одна. И так я уже собрала шесть строчек стиха:

«Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,

В тревогах шумной суеты..»

И мне было интересно, а что же там дальше. Я не решалась подойти к нему с этим вопросом, да и когда общались, о букетах мы разговаривали только намеками, словно это наша тайна, приятная и слишком романтичная.

Раздался стук в дверь, и, опасаясь визита кого-то необычного, боясь, что вот сейчас мне в лицо прилетит порошок, я открыла ее. Того, кого я увидела, я уж точно не ждала. Но была уверена, что вреда он мне не причинит.

– Папа?

– Здравствуй, Анэн, – отец вошел в комнату и обнял меня. Так крепко, что было ощущение, что косточки начали трещать. – Рад тебя видеть.

– Что ты тут делаешь?

Отец отстранился от меня, затем оценил комнату, уставленную цветами, даже бровь приподнял, и с таким же выражением лица посмотрел на меня, словно осуждая.

– У вас тут какой-то отморозок камиамию применяет, тебе приснился сон, в котором ты будешь жертвой, император пострадает, назревает битва с демоном, а ты спрашиваешь, что я тут делаю?

Невольно усмехнулась. Ну да, папа входит в совет магов, они заинтересованы в поимке мага, который навел столько шуму. А еще здесь я, и я в опасности, папа замотивирован поймать мага, который хочет причинить вред его дочери.

– Анэн, я чувствую, что твое время скоро придет.

Этот тон мне был знаком. Отец беспокоится за меня, и сейчас он серьезен. Обычно отец тот еще шутник, редко он бывает серьезным. Но сейчас, когда на кону жизнь его дочери, а он ничем не может помочь, ему страшно.

– Я тоже это чувствую, – не стала я шутить, подкалывать, и вообще хоть как-то намекать на то, что к происходящему отношусь пренебрежительно.

– То, что ты рассказала всем о деталях своего сна, нехорошо, – продолжил родитель. – Тот гад может поменять план. Прийти не с цветами в коридоре, а прямо к тебе в комнату, когда ты будешь одна, и напасть на тебя.

– Я это тоже понимаю, но что я могу сделать?

– Поставь сигналку на двери комнаты. Ах, да, вы же еще их не проходили. Так я тебя научу. Эта сигналка не пропустит никого и ничего, что может тебе навредить. Проверь круг лиц, не общайся ни с кем, кто бы мог хоть как-то быть связанным с порталами.

– Так ты веришь в это? Что призыватель не демонолог, а портальщик?

Отец нахмурился, эта информация явно пролетела мимо него, и сейчас он растерялся. Пока отец обдумывал новую информацию, он успел заварить чай и даже разлить на две кружки.

– Такое можно предположить, – наконец сказал он. – Хотя совсем не правдоподобно. Ну, ты сама представь, как обычный портальщик сможет призвать демона? Как ты вообще до такого додумалась?

– Это не я, а Максим, – тут же ответила я, делая глоток, и наблюдая за отцом.

Вот он нахмурился, явно не желая о нем слышать, вот он разозлился, только не понятно, на что именно, а вот махнул на все рукой, мол, «поступай как знаешь, но мне этот парень не нравится».

– Не суть. Держи дистанцию, не принимай чужих подарков, – папа обвел взглядом комнату, в которой стояло семь роскошных букетов цветов. – И не ходи одна.

Тут раздался новый стук в дверь, отец напрягся, но я только глаза закатила и направилась к двери. Ну, вот кто в здравом уме станет нападать на меня, когда рядом такая скала, как мой отец?

Он под два метра ростом, широкие плечи, узкие бедра, а кулак больше напоминает кувалду, честное слово. Бицепсы такие, что больше горы напоминают, и уж когда хмурится, так вообще страшно становится! И при этом маг, которого награждали за многие деяния, у него десятая степень силы, а уж что главнее – так это сочетание его магии и его физической мощи. Такому дорогу переходить совсем не хочется.

Я открыла дверь и на пороге увидела Максима, который, как всегда, был весел. Он не заметил моего папу и ворвался в комнату, даже не спросив, можно ли ему войти. А заметив, что я не одна, сначала напрягся, затем стал серьезным и протянул руку моему отцу в знак приветствия.

– Рад снова вас увидеть, Джек Талэо.

Отец нехотя пожал руку, даже глаза закатил.

– А я вот не очень. Наслышан о тебе, юноша. Музыкант, пропавший без вести, поклонники до сих пор носят тебе цветы на могилу. В пустую могилу, но если моя дочь будет из-за тебя плакать, то закопаю тебя прямо там, и поклонники уже будут носить цветы прямо к твоему трупу.

Знаю я эту схему, отец уже не раз так делал. Смотрит, кто за мной ухаживает, и если он ему не нравится, то начинает давить. Сначала авторитетом, затем силой и грубостью, а уже потом добивает своей должностью и фразой: «И никто мне ничего не сделает». После этого поклонники обычно сбегали, даже не сказав мне: «Извини, но кажется мы друг другу не подходим».

Я тоже хороша, отлично избавлялась от парней, которых мне навязывал отец. Начинала с того, что на все у меня есть свое мнение, затем показывала свой вульгарный характер, нарываясь на дуэль с кем-либо. Если и это не срабатывало, становилась жуткой ревнивицей, выносила постоянно мозг и флиртовала на глазах у ухажера с другими парнями. Обычно в таких случаях они уходили. С