Проклятая красавица для чудовища - Кира Стрельнева

На мгновение прикрыла глаза, стараясь выровнять сбившееся дыхание. Значит, я все-таки не ошиблась. Клэйтон мой истинный и он не сможет причинить мне вред.

— Почему сразу, как понял, что я твоя истинная, не рассказал мне об этом?

— По той же причине, по которой ты не рассказала о своих истинных мотивах нахождения здесь.

Я испуганно вскинула на герцога глаза, понимая, что он знает еще больше, чем я могла бы подумать. Неужели ему известно абсолютно все?

— О чем ты?

— Ты человек, а я не совсем полноценный дракон. Именно поэтому ты не ощущаешь нашу истинную связь. Я тоже не ощущаю ее в полной мере, в отличие от своего дракона. Ему приходится тяжелее всех, ведь он с самого начала рвался к тебе с непреодолимой силой. С твоим появлением мне стало тяжелее его контролировать, и он все чаще прорывается, захватывая мое сознание. Однако, как только я немного ему уступил и сам начал сближаться с тобой, то дракон начал успокаиваться, и мне стало легче с ним договариваться. Впервые за всю мою жизнь я начал общаться со своим драконом, который до этого предпочитал игнорировать меня. Твое появление оказалось подарком самой судьбы, но я не верил, что все может быть так просто, и собрал информацию о тебе и твоем роде. Тогда-то все и сложилось.

— Что именно? — затаив дыхание, спросила я.

— Ты — из проклятого рода, носитель проклятия, насланного моим предком. И здесь ты только с одной целью — снять проклятие. Для этих целей ты использовала меня, пытаясь втереться в доверие, чтобы я помог тебе с этим. Все правильно?

— Я так понимаю, у нас ничья? — вздернув бровь, спросила я, чувствуя, как в груди клокочет злость. — Ты использовал меня, чтобы сделать своего дракона послушным, а я использовала тебя, чтобы избавиться от проклятия. И что мы теперь со всем этим будем делать?

Глава 45

Пламя в камине трепетало, словно живое существо, пойманное в ловушку из камня и металла. Его отблески танцевали на стенах. Воздух был пропитан запахом горящих дров — сладковатым ароматом сосны, смешанным с едва уловимым дымом. Холод, ворвавшийся через распахнутое окно, обвивал ноги ледяными щупальцами, контрастируя с жаром, исходящим от очага.

Клэйтон, отвернувшись к окну, казался частью бушующей за стеклом метели. Его широкие плечи, очерченные темным камзолом с вышитыми серебряными узорами, напряглись, будто под тяжестью невидимого груза. Он напоминал древнего бога зимы — прекрасного и безжалостного, чей взгляд мог обратить в лед. Но когда он повернулся, в его глазах, обычно холодных, как глубины северных морей, вспыхнул тот самый алый отблеск, словно в них отразилось пламя, пожирающее его изнутри.

— Предлагаю сделку, — заговорил он, поворачиваясь ко мне. — Ты выходишь за меня замуж, а я помогаю тебе с тем, чтобы снять проклятие. От этого союза мы оба с тобой выиграем.

Пальцы непроизвольно сжали складки платья, а сердце гулко забилось в груди.

— Предлагаешь брак по расчету? — с горькой усмешкой спросила я. Губы дрогнули, выдавая внутреннюю дрожь.

— Такие браки самые надежные. В любовь я уже давно не верю, — он скрестил руки на груди, и тень от его фигуры, удлиненная и искаженная, легла на пол.

Я закрыла глаза, пытаясь заглушить гул в ушах. У меня ведь была обычная жизнь — да, с проблемами, но решаемыми. А теперь что? Этот холодный замок, этот человек-загадка, чья душа разрывалась между человеческим разумом и звериной сущностью. Проклятие, угрожающее мне каждый божий день, и цветок в комнате, что замедляет действие заклятия, наверняка уже начал увядать. Все это как-то… слишком для меня одной.

— Клэйтон, все не так просто… — начала я, но в дверь неожиданно постучали, и вскоре она распахнулась.

На пороге стоял слуга — юноша лет восемнадцати, с побледневшим лицом. Его рыжие волосы, обычно аккуратно приглаженные, торчали в разные стороны.

— Ваша светлость, мистер Клэптон просит о немедленной встрече с вами! Там что-то срочное по поводу нападения на Глорию.

Клэйтон вздохнул, и его дыхание превратилось в облачко пара, растворившееся в морозном воздухе. Он кивнул, бросив на меня взгляд, в котором смешались досада и нечто, похожее на сожаление.

— Обсудим позже, — произнес он, и его шаги, тяжелые и мерные, затихли в коридоре.

Я осталась одна, слушая, как ветер воет за окном.

* * *

Мои покои встретили меня тишиной, нарушаемой лишь потрескиванием дров в камине. Комната, утопающая в полумраке, казалась чужой, несмотря на дорогие гобелены и мебель из темного дерева. На комоде, рядом с серебряным зеркалом в оправе из черного жемчуга, стояла стеклянная колба с цветком.

Я подошла ближе, затаив дыхание, и со свистом выдохнула, видя, в каком состоянии некогда ярко-сияющая роза.

Лепестки, некогда ярко-синие, теперь походили на пепел. Оставалось два. Всего два лепестка из шести. Взяв колбу, я прижимаю ее к груди, чувствуя, как холод стекла проникает сквозь ткань платья. За окном метель выла, словно зверь, рвущийся внутрь. Северный ветер стучал в ставни, напоминая: время истекает, а я так и не приблизилась к тому, чтобы избавиться от проклятия.

Четыре лепестка потеряны, и за это время я так и не смогла завоевать сердце дракона. Так себе из меня получилась покорительница сердец. Думала, что это я охотница, а оказалось…

Мы с Клэйтоном использовали друг друга, пытаясь добиться свих целей. Ни о какой любви и речи не идет, несмотря на то, что мы истинные. Грустно и печально, потому что если проклятие не снять, то я обречена.

Глава 46

Пока я не увидела цветок с двумя лепестками, у меня еще была надежда, что время есть и я смогу все-таки добиться от герцога любви, но сейчас этой надежды нет.

Времени практически не осталось.

За время, что дали мне четыре погибших лепестка, я совсем не продвинулась в вопросе по завоеванию сердца Клэйтона. Тогда что я могу сделать, если осталось неполных два лепестка? Тем более, один из них уже видно, что начинает портиться, и сколько он протянет, я не знаю. Влитая мной магия совсем не помогла это исправить. Да и если говорить совсем уж откровенно, не уверена я, что сердце герцога способно любить.

Так что теперь я не знаю, что мне делать.

Видимо, главные линии сюжета книги не исправить, и я должна испытать на себе всю мощь проклятия и умереть вместо Линды. Да уж, не такого финала я себе хотела.

Стоило только потерять веру, как напала самая настоящая