Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть - Анна и Валентина Верещагины

— Меня это не интересует. Оставь всё как... — но я запнулась. В его словах меня смутило множественное число. — Какие-то?

— Наконец-то ты меня услышала.

— Не ерничай, а отвечай.

Карлос забрался с ногами на мою кровать.

— Эй! Ты что себе позволяешь!?

Ничего не говоря, он улегся рядом со мной ослабив пояс своего халата. Только сейчас я заметила, во что мужчина был одет и что под халатом были только шелковые брюки.

— О боже... — закатила я глаза. — Если кто-то войдет и увидит тебя лежащим в моей постели, клянусь, я уйду в монастырь.

— Это ещё почему?

— Чтобы не выходить за тебя замуж.

— Неужели я тебе так ненавистен? Погоди.... Замуж?

— Что ты имел в виду, говоря: “какие-то твари”?

Карие глаза на секунду вспыхнули удивлением, но он быстро это скрыл.

— Рифан говорит, что тебя медленно травили задолго до чаепития. Но именно это и спасло тебя.

В моей голове словно муравьи копошились мысли.

— В твоем окружении есть предатель. Завтра я узнаю кто именно.

— Где мои служанки? — спохватилась я.

— В темнице.

— Что!? Выпусти их немедленно!

Если Эмма или Мия признаются в том, что Глория давала мне яд, то их жизни будут в опасности.

— Я сама принимала яд! Ясно тебе! А теперь немедленно выпусти их!

«Хвать!»

Ферзенец подорвался с подушки и схватил меня за плечи.

— Что ты только что сказала? Ты сама принимала яд? Но зачем?!

Усталая ухмылка расползлась на моих губах.

— Затем, потому как меня уже пытались отравить.

Шестеренки в его черепной коробке звучно захрустели.

— …Иммунитет к ядам? Ты серьезно?

Я смотрела на Карлоса холодно и отстраненно.

— Это не твое дело.

Небрежно сбросила его руки с себя и отодвинулась.

— Просто отпусти их. — чуть подумав я добавила: — Если хочешь что-то сделать, сделай так, чтобы все знали о моем иммунитете к ядам. Тогда я, возможно, скажу тебе — спасибо.

— Хорошо. — после долгого молчания он выпрямился, словно ничего не произошло. Однако в голосе слышалось некоторое недовольство, будто он не верил моим словам.

То же самое я ощутила, когда пыталась отбросить свои чувства на задний план, цепляясь за каждую подсказку, однако у тех не было никакой чёткости.

Кто посмел посягнуть на мою драгоценную жизнь?

Слишком много тех, кто жаждет моей смерти. Начиная с королевы и заканчивая той самой наложницей Михаэля...

Карлос сказал, что яд не был обнаружен, тогда как они отравили меня?

Слишком сложно... Нужно поговорить с Глорией.

— Знаешь... В тот момент, когда чертов яд подействовал... Несмотря на то, что ты была одурманена наркотиками, твой взгляд выглядел так, как будто ты собиралась разорвать их на куски и убить всех… Это было восхитительно.

—...что?

Он оскалился в слабой ухмылке подтвердив тем самым, что я не ослышалась.

Я изобразила двусмысленное выражение лица:

— Это оскорбление или комплимент?

Нет, подождите, что значит разорвать на куски и убить?

Конечно, мне хотелось проткнуть пальцами глаза тем, кто решился на этот мерзкий поступок, но я не думала о чем-то настолько ужасном, как это.

Чертов придурок...

“— О, может быть, это потому, что он великий Жак, воин, вот почему его выражения были жестокими?” — высунула нос из-за угла моя рассудительность.

— Я найду виновного и принесу тебе его голову.

— Как мерзко... — в этот момент в моих воспоминаниях вспыхнул взгляд полный ненависти. — А если виновным окажется близкий тебе человек?

Мужчина задумался. Его веки медленно закрылись и открылись. Атмосфера изменилась, и он взглянул на меня как-то странно.

— Отдохни.

У меня осталось много вопросов к нему, но я не остановила его, поднимающегося с постели.

Карлос ушел, оставив меня наедине со своими мыслями.

Глава 13

Спустя несколько дней...

— Повелитель. — произнес мужчина, оглядев сквозь стекла окон на прогуливающуюся группу женщин. — Этот мужчина слишком близок с Дианой. Мы не можем позволить ему забрать её.

Карлос смял в руке недавно пришедшее из-за моря письмо.

— Если уж она так дорога ему, то он должен был постараться лучше, чтобы она осталась с ним. Теперь она наша.

— Вы правы — убедившись, что Император находится на его стороне, он добавил. — Она больше не акросийка.

Однако старый император был умен и видел всю ситуацию совершенно под другим углом, нежели его внук.

— Как только мужчина принимает решение, ему все равно, насколько женщина в беде. Даже если возникнут проблемы, я уверен, что в конце концов он со всеми ними разберется.

Вскоре до него донесся тяжелый голос:

— Однако, мальчишке вроде тебя давно пора научиться контролировать свою жадность. Смирение высшая ступень мудрости. Я был на твоем месте однажды и как бы сильно не разъедало мою душу это жгучее чувство жажды, я остановился. Сломать легче, чем построить.

Карлос услышал, казалось, обычные слова и тускло улыбнулся.

— Вы пытаетесь говорить так, словно прошлое не вызывает у вас сожалений. Неужели не было даже глупых идей? Хах... — закрыв глаза и представляя свое будущее, кое навязывает ему император, Карлос продолжил: — Беспристрастно закрыть глаза и уши; избавиться от желания заполучить больше дозволенного; ограничивать себя от чего-то действительно желанного; жить честно и открыто, как до сих поступали вы, Повелитель?

С уст Карлоса продолжали слетать жестокие слова правды, что задевали ферзенского правителя. Пусть тот скрывал эту боль, но он продолжил переубеждать внука.

— Имея то, что жаждешь заполучить, ты должен знать, когда стоит отступить, дабы не разрушить то, что уже обрел.

Это было очень циничное замечание, но выражение лица и голос Императора оставались такими же спокойными и безмятежными, как пейзаж за окном.

— Это не для меня.

Карлос уставился прямо на своего деда с жестокими чертами на лице.

— Как ты!.. Невероятно... Ты циничнее чем я думал.

Подобно минералу, который не раз подвергался чистке и ударам... конце концов раскрыл свою истинную форму.

— Мне не совестно за это, ведь я знаю, чего действительно хочу и получу это любым способом.

“Возможно, он не сверкающая драгоценность, а всего лишь разбитый камень? “ — так думал пожилой мужчина.

Это сущность Карлоса, которую невозможно скрыть, так она сияет...

— Любым способом говоришь?.. — поглаживая длинную бороду, император хитро прижмурился. — Даже если она тебя возненавидит?

— Даже если возненавидит.

— Тело... Ты слишком алчен. Тебе этого будет недостаточно, ты это понимаешь?

— Тело? Хах! Вы прекрасно понимаете, что её ценность не в теле или красоте, хотя это превосходный бонус.

— Нет.

— Нет? — искренне не понимал он.

–...Ты