Ректор под контролем - Екатерина Сергеевна Богданова

После его ухода преподаватели начали активно обсуждать уже самого его, но Дариона это не заботило. Он и так знал, что подчинённые уже не один год пытаются разгадать тайну его личной жизни. Если бы они только знали, что разгадывать нечего…

Дарион Орс вернулся в свой кабинет, хотя, вообще-то, его рабочий день закончился. И ему бы отправиться в свои комнаты, но он почему-то пришёл в кабинет. Сел за стол, прикрыл глаза, постарался отрешиться от нескончаемых проблем. И вот вспомнилась же ему вредная ведьма из прошлого!

Дарион помотал головой, стараясь отогнать мысли о Заяре. Зажмурился, сосредоточился на проблемах академии. Не помогло! Перед глазами всё равно всплывало личико Заи. Не той маленькой девочки, которой ему нечего было сказать, а вот этой, новой, неожиданно ставшей такой дерзкой и притягательной.

— Издевательство, — прошептал он, прикрыв глаза. — Ты же ребёнок, мелкая неприятность, отравившая всю мою жизнь.

Но избавиться от видения Заяры он так и не смог. Её лицо будто преследовало его, маячило перед мысленным взором, навязывалось, буквально требовало внимания.

Он боролся с этим, попытался сосредоточиться на документах. Но видел всё то же лицо Заи. И Орс сдался. Убедил себя, что это просто необходимо для благополучия АИСТа, и вновь активировал соглядайку.

То, что он увидел, заставило ректора вскочить со стула и, забыв обо всём, побежать спасать глупую ведьмочку!

Глава 15

Я уже мысленно прощалась с жизнью, когда друзья с пыхтением переворачивали меня в вертикальное положение, чтобы преодолеть поворот в узком коридоре. Они честно старались быть осторожнее, и спешили, как могли. А Лория ещё и непрестанно просила прощения, характерно шмыгая носом и всхлипывая. В общем, ревела с тем же рвением, с каким пыталась меня спасти.

Однако либо я оказалась слишком тяжёлой, либо друзья слабоватыми, но продвигались мы медленно и, кажется, не туда, куда нужно, потому что вот этот узкий коридор я точно видела впервые. От невозможности сказать им об этом хотелось выть, но сделать я это могла опять же только мысленно.

Тартуросс, похоже, бросил нас на произвол судьбы, с помощью колдовства транспортировать меня побоялись из-за непредсказуемости лабиринтов АИСТа. И вот, мы медленно движемся в неправильном направлении, а времени остаётся всё меньше. Лори уже начала подвывать от отчаяния, Дасмир пытался её успокоить, но я слышала, что и у него голос дрожит.

Вот чувствовала же, что не стоит больше в эти бесконечные коридоры соваться, так нет же, гордость не позволила признаться, что боюсь! И что мне теперь от той гордости? Действительно, есть чем гордиться! Так и запишут в летописях «Героически окаменела в лабиринтах АИСТа из-за глупой гордости», или, скорее, от глупости и гордости.

Единственное, что не давало полностью сдаться, это всё усиливающееся ощущение пристального внимания. Соглядайка продолжала сопровождать меня на протяжении всего этого времени. Надежды на спасение Орсом было мало, но она всё же была. Ну должен же он хоть что-то предпринять, если не из сострадания или в память о прошлом, то хотя бы из чувства профессионального долга. Ректор он, или кто⁈ Назвался руководителем академии, так будь добр, заботься об адептах!

— Стой, — неожиданно шепнул Дасмир, и мы остановились. — Слышишь?

— Что? — буркнула Лория, хлюпнув носом. — Ничего я не слышу. Шагай давай, тяжело же. И вообще, у нас нет времени к шорохам прислушиваться, крысы, наверное.

— Нет, я слышал… — начал Дас и запнулся на полуслове.

Теперь и я услышала! Скрип, хлопок двери и приближающиеся быстрые шаги. Так и подмывало закричать «Чего встали? Бегом на звук шагов!». А ещё очень хотелось поднять голову и посмотреть, кто там. Но я могла видеть только пол и частично стену, что в полумраке заброшенных каменных коридоров не давало абсолютно никакой информации.

— Точно кто-то идёт, — прошептал Дасмир. — Скорее, назад!

— Зачем назад? — удивилась Лория. — Наоборот, на помощь нужно позвать.

— А если это какой-нибудь злодей? — прошипел Дас, шикнув на неё, чтобы говорила потише.

— Ты что, книжек перечитал? — хмыкнула подруга. — Какие злодеи?

— А такие, которые не боятся ходить по лабиринтам и, в отличие от нас, свободно пользуются дверями, — ответил ведьмак.

И меня поволокли в обратном направлении. Мысленно взвыла и взмолилась, чтобы тот, кто где-то там вдалеке топает, ускорился. Иначе меня сейчас ещё дальше в переходы унесут и тогда нас уже никто не найдёт. Я часа через полтора окончательно окаменею, а друзья умрут с голоду или поубивают друг друга от досады.

Не знаю, сколько бы ещё продолжалось это паническое отступление неизвестно от кого и куда, если бы не случайность. Лория споткнулась обо что-то, оступилась и мы все дружно повалились на пол. Причём, как-то так вышло, что они уронили меня на себя.

Минуты две друзья возились, выбираясь из-под моего недвижимого тела, а потом Лория вдруг вскрикнула и простонала:

— Её волосы… Это её волосы, они крошатся.

— Времени всё меньше, — хрипло проговорил Дасмир.

— И тем удивительнее, что вы пытались сбежать от меня, вместо того, чтобы двигаться навстречу, — вдруг произнёс кто-то.

Голос показался мне знакомым, но точно разобрать я не могла, уши заложило. И рассмотреть говорившего тоже не получилось, наверное, я лежала лицом вниз, или тут слишком темно…

— Ректор Орс, — воскликнула Лория. — Слава предкам!

А вот она, похоже, и расслышала и увидела. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось вдвое быстрее. Дело не в свете или чём-то ещё. Я теряю возможность слышать и видеть, потому что уши и глаза тоже каменеют!

С появлением Орса всё изменилось. Я едва ли могла разобрать, о чём он говорил с Дасом и Лори, но, кажется, теперь меня будут транспортировать с помощью левитации.

Перед глазами встала непроглядная чёрная пелена, я ничего не ощущала и не ориентировалась в пространстве. Даже если бы меня не левитировали, а волоком тащили, не поняла бы.

Последним, что я услышала, был чей-то испуганный возглас. Потом наступила полная тишина. И вместе с ней пришла тяжесть, мешающая дышать. Мне и раньше было нелегко, теперь же и вовсе каждый вдох давался неимоверно тяжело, а в груди поселилась ноющая боль, расползающаяся по всему телу. И сердце, оно уже не колотилось, как обезумевшее, несмотря на страх. Оно билось медленно и едва ощутимо, словно через силу. А ещё очень спать захотелось. Я боролась с сонливостью изо всех сил, но сознание медленно затухало. Неужели это конец?..

* * *

— Вот-вот очнётся, — прошептал кто-то. — И сейчас ей будет нужен полный покой. Нельзя шевелиться, говорить, волноваться.

— Так усыпите её, — предложил